Читать онлайн «Горцы Северного Кавказа в Великой Отечественной войне 1941-1945. Проблемы истории, историографии и источниковедения». Страница 57

Структура хозяйственных инспекций повторяла структуру Восточного экономического штаба. Они состояли из групп руководства и групп «Л», «М», «В». В состав хозяйственной команды входили начальник – офицер – и специалисты по отраслям (сельскому хозяйству, промышленности и транспорту, использованию рабочей силы, вооружению и общим экономическим вопросам). В ее подчинении находились подразделения по охране орудий производства и сырья, инженеры для руководства сельскохозяйственными предприятиями и МТС (по мере надобности). Хозяйственная группа состояла из начальника – офицера, подчиненного военному коменданту, и консультантов по вопросам промышленности, сельского хозяйства, экономики в целом731.

Военная комендатура оказывала содействие хозяйственной команде при проведении обысков, реквизиций и других мероприятий. В районах, где отсутствовали специальные хозяйственные подразделения, комендатура самостоятельно использовала местные ресурсы для германских нужд. Военно-хозяйственные организации укомплектовывались опытными офицерами интендантской службы, многие из которых являлись участниками Первой мировой войны. В них привлекались офицеры запаса из числа предпринимателей и специалистов различных отраслей хозяйства732. Уполномоченный по продовольствию и сельскому хозяйству статс-секретарь Г. Бакке подготовил для них специальную инструкцию «О поведении должностных лиц на территории СССР, намеченной к оккупации» («Двенадцать заповедей поведения немцев на Востоке и их обращения с русскими»), К 1 августа 1942 г. на Северный Кавказ в составе тыловых служб группы армий «А» прибыло 3898 различных чиновников – специалистов в различных областях хозяйства733.

Главной опорой немецких властей на оккупированной советской территории Северного Кавказа являлись войска вермахта и местные полицейские формирования. Вследствие близости линии фронта их численность в отдельных населенных пунктах нередко менялась. Так, военный гарнизон Майкопа в сентябре 1942 г. состоял примерно из 2 тыс. чел., а в октябре вырос до 10 тыс. чел.734 В ноябре численность оккупационных войск в Майкопе вместе с различными полицейскими формированиями составила уже 20 тыс. чел. В городе также размещался штаб 44-го армейского корпуса во главе с командиром, генералом артиллерии де Ангелисом. Для борьбы с партизанами были созданы отряд полевой жандармерии и конный карательный отряд из военнопленных красноармейцев735.

В селах, находившихся вдали от линии фронта и главных коммуникаций, охрану нередко несла только местная полиция. По агентурным данным партизанской разведки, в населенных пунктах Адыгеи немецкие гарнизоны отсутствовали, и охрану несли полицейские отряды. Например, в ауле Хачемзий полиция состояла всего из 8 адыгейцев736.

Немецким комендантам подчинялась местная гражданская администрация – городские и районные управы, которой отводилась вспомогательная роль. Работой управы руководил бургомистр или городской голова, назначенный комендантом. Обычно городские и районные руководители еженедельно проводили совещания, на которых присутствовали комендант или начальник одного из отделов комендатуры. Бургомистры и старосты отчитывались, получали задание на следующую неделю, их знакомили с распоряжениями оккупационных властей.

В обязанности бургомистра входили выполнение приказов и распоряжений немецких властей, поддержание порядка, организация полиции, сбор оружия, арест солдат и командиров РККА, регистрация населения, запрет собраний и демонстраций, восстановление работы учреждений и предприятий, ремонт поврежденных сельскохозяйственных орудий и машин. Бургомистры обязывались следить за затемнением окон и дверей, препятствовать образованию политических партий. В то же время им запрещались самостоятельные мероприятия по преобразованию существовавшего порядка хозяйствования и управления, не разрешался «самовольный дележ земли, скота и запасов», относившийся к компетенции немецких властей737. Районные бургомистры обязывались также следить за выполнением старостами деревень сельскохозяйственных поставок, проведением необходимых агротехнических мероприятий, благонадежностью крестьян. Обо всех отклонениях им следовало доносить коменданту.

Бургомистр имел право налагать штраф до 5 тыс. руб. (500 марок), заменявшийся принудительными работами до четырех недель. Штрафы обжалованию не подлежали, денежные средства поступали в городские и районные кассы, а случаи штрафования проверялись комендатурой. Однако бургомистр не мог наказывать лиц немецкой национальности или германских подданных, которые подлежали дисциплинарному взысканию со стороны немецкой комендатуры738.

Управы состояли из отделов: административного, финансового, промышленного, торгового, транспортного, земельного, жилищного, дорожного, строительного, коммунального, просвещения, здравоохранения и других. Различия в структуре зависели от численности жителей населенных пунктов, специфики их положения и социально-экономического развития. Управы небольших районов и населенных пунктов состояли из четырех-пяти отделов. В прифронтовом Малгобеке немецкое командование вообще не стало создавать городской управы, разделив город на девять участков во главе со старостами, которым в помощь придавалось несколько полицейских. Старосты подчинялись напрямую военному коменданту города обер-лейтенанту Линдеману739. Для работы в управах часто привлекались бывшие служащие советских учреждений, хорошо разбиравшиеся в вопросах организации управления и руководства хозяйством. Обычно управы занимали прежние помещения Советов или исполкомов.

Бургомистрам как руководителям местной гражданской администрации подчинялись сельские старосты. В специальной инструкции для старосты определялись его должностные обязанности: восстановление деятельности всех учреждений, продолжение сельскохозяйственных работ, сбор оружия, регистрация жителей, розыск советских военнослужащих, организация вспомогательной полиции, обеспечение светомаскировки, а главное – поддержание порядка и выполнение распоряжений немецких властей740. Староста был обязан доводить до сведения населения приказы немецкого командования. Просьбы и ходатайства жители подавали лишь через старосту. Староста имел право наказывать жителей за незначительные проступки, налагать денежный штраф до 1 тыс. руб., сажать под арест и отправлять на принудительные работы на срок до 14 дней741. Нередко должность сельского старосты, считавшуюся выборной, занимали случайные люди. В других местах оккупанты назначили старостами первых попавшихся на глаза колхозников, нередко помогавших жителям и партизанам. Так, староста аула Верхняя Маара в Карачаевском районе А. Эбзеев прятал у себя дома разведчика М. Хутова и сотрудника органов госбезопасности Л. Узденова742.

В крупных селениях Кабардино-Балкарии главы местной администрации назывались бургомистрами, а районные руководители – шефами743. В городах бургомистры назначали в каждом квартале специальных уполномоченных – квартальных, а в каждом доме – ответственных (комендантов), возложив на них обязанности соблюдения порядка и правил общежития, санитарных и противопожарных инструкций. Их деятельность контролировал начальник полиции744.

Важное место в структуре аппарата власти занимали органы управления сельским хозяйством. Ключевая роль в данной сфере отводилась немецким учреждениям – сельскохозяйственным комендатурам. Сельскохозяйственный комендант (офицер вермахта) назначал главного агронома как непосредственного руководителя сельского хозяйства района и руководителей МТС. На районного руководителя сельским хозяйством возлагалась ответственность за работу колхозов и МТС, сельскохозяйственных предприятий и учреждений по заготовке и сбыту сельхозпродукции. Его штат включал агронома, зоотехника, ветеринара, землеустроителя и статистика745.

Агрономы совхозов и колхозов отвечали за уборку, обмолот и сдачу хлебов, сохранность скота и семенного фонда, подготовку складских помещений, инвентаря, сельскохозяйственной техники, а при ее отсутствии – организацию ручного труда. Они несли ответственность перед бургомистром или старостой за бесперебойную работу и беспрекословное исполнение всех предписаний германских сельскохозяйственных руководителей. Им также вменялось в обязанность следить за сбором оружия и боеприпасов, препятствовать саботажу, «всякой политической деятельности и выборам каких бы то ни было Советов», вести борьбу с партизанами, докладывать обо всех лицах без определенных занятий.

Одной из самых главных задач в организации управления на захваченной территории оккупанты считали создание полиции. На каждые 100 жителей по штату полагался 1 полицейский. В сельской местности полицейские управления входили в состав управ. В городах полиция выполняла распоряжения бургомистров, но подчинялась непосредственно военным комендантам. Полицейское управление состояло из отделов: политического, выявлявшего лиц, враждебно относившихся к оккупационному режиму, криминального, боровшегося с уголовной преступностью, наружной службы и службы порядка, патрулировавших улицы и охранявших объекты, паспортного, пожарной охраны, а также располагало следственной тюрьмой и тюрьмой для осужденных. Все полицейские чины подчинялись ортскомендатуре, а политическим отделом руководила служба безопасности.