Читать онлайн «Тайны Второй мировой». Страница 66

В 1921–1922 годах боевые действия вели также войска Дальневосточной республики, потерявшие убитыми около 0,8 тыс. человек, ранеными — 1,4 тыс. и погибшими в результате несчастных случаев, самоубийств и по другим небоевым причинам — 2,2 тыс. человек. Больных было 3,5 тыс. человек. Общие безвозвратные потери армии Дальневосточной республики, включая умерших от ран и болезней, мы оцениваем в 3,7 тыс., а с добавлением потерь в ходе ряда неучтенных операций, в частности, Приморской операции в октябре 1922 года, — в 5 тыс. человек.

Таким образом, общие потери советских войск в 1921–1922 годах погибшими и умершими можно оценить в 54,5 тыс. Приняв такими же потери противостоявших им формирований, получим общие безвозвратные потери всех воюющих сторон в тот период примерно в 110 тыс. человек. Таким образом, потери мирного населения России — СССР в ходе боевых действий в 1918–1920 годах можно оценить путем вычитания из 5,75 млн. общих безвозвратных потерь 1150 тыс. и 110 тыс. потерь вооруженных сил всех сторон в 4,5 млн. человек. Очень трудно сказать, какая именно часть из них пала жертвой красного, белого или «зеленого» террора, а кто стал жертвой голода и эпидемии. В свое время созданная А. Деникиным комиссия по расследованию деяний большевиков оценила число жертв красного террора в 1918–1919 годах в 1,7 млн. человек. Нам эта цифра кажется значительно преувеличенной, даже если включить в нее жертвы 1920 года, часть военнослужащих белых армий и других антисоветских формирований, уничтоженных после сдачи в плен (так были, например, уничтожены тысячи военнослужащих врангелевской армии, оставшиеся в Крыму). Не вызывает только сомнения, что жертв красного террора было значительно больше, чем число уничтоженных мирных жителей военнослужащими и карательными органами других властей на территории бывшей Российской империи в ходе гражданской войны. Только советское правительство провозгласило террор средством государственной политики, тогда как у правительств Колчака, Деникина, Врангеля, Петлюры и др. террор был следствием эксцессов подчиненных командиров, на которые закрывало глаза или которые даже поощряло вышестоящее командование, а не результатом целенаправленной политики. Не практиковали они в широких масштабах и заложничества, столь распространенного при советской власти. Наконец, размер территорий и численность вооруженных сил и карательных органов этих правительств были несопоставимы с численностью советских войск и мощью Ч.К. И все же мы полагаем, что жертв террора было примерно вдвое меньше, чем жертв голода и эпидемий, причем здесь речь идет лишь об избыточной по сравнению с довоенным 1913 годом смертности от этих причин, а не обо всех погибших от голода и болезней. Ведь и до войны смертность в России была очень высока, достигая 3% населения в год, так что и в условиях мира от эпидемий и недоедания умирало немало жителей России. Избыточную смертность от голода и болезней, главным образом инфекционных, вроде тифа, мы оцениваем в 3 млн. человек, а число жертв террора — в 1,5 млн. человек, из которых примерно 1 млн. приходится на красный террор и примерно 0,5 млн. — на террор всех других сил: белых, «зеленых», петлюровцев и др.

Общее число мобилизованных в Красную армию с учетом ее максимальной численности и разных видов потерь можно оценить в годы гражданской войны в 6,4 млн. человек (без учета дезертиров), из которых погибшие составили 10,3%. Число мобилизованных в белые и иные антисоветские формирования установить не представляется возможным. Характерной особенностью гражданской войны 1918–1920 годов стало то, что потери гражданского населения почти вчетверо превысили потери вооруженных сил. Косвенные потери за счет падения рождаемости в 1918–1920 годах оцениваются нами в 6 млн. человек в границах 1926 года.

После гражданской войны и до Великой Отечественной Красная армия участвовала в целом ряде военных конфликтов, о потерях в которых имеются официальные советские (и скорее всего заниженные) данные, которые мы и приведем далее.

В борьбе с басмаческим движением в Средней Азии с октября 1922 года по июнь 1931 года советские войска, по неполным данным, потеряли 516 убитых, 14 пропавших без вести и 44 пленных, а также 867 раненых и больных, что с учетом умерших от ран и болезней дает около 580 погибших. Достоверных данных о потерях басмачей не имеется.

В ходе советско-китайского конфликта 1929 года потери составили 147 убитыми и пропавшими без вести и 665 ранеными. С учетом умерших от ран число погибших, возможно, превысило 200 человек. Потери китайских войск многократно превышали советские. Китайская армия, по сравнению с советскими войсками, была армией колониальной державы, противостоявшей армии с европейской организацией и уровнем вооружения.

В 1929 году советские войска численностью около 1 тыс. человек предприняли интервенцию в Афганистан, чтобы помочь Аммануле-хану, против которого началось восстание. По свидетельству чекиста-перебежчика Г.С. Агабекова, потери Красной армии составили около 120 убитых и раненых, потери же афганцев (как солдат, так и мирных жителей) превысили 8 тыс. человек.

В 1936–1939 годах на стороне правительства Испанской республики сражалось около 3 тыс. советских добровольцев, из которых погибло 158 человек.

В 1937–1939 годах на стороне Китая против Японии сражалось около 3,7 тыс. советских военных советников и специалистов, из которых погибло 195 человек.

В ходе советско-японского военного конфликта в районе озера Хасан в 1938 году советские войска потеряли убитыми и пропавшими без вести 792 человека, ранеными — 2752 человека и больными — 527 человек. С учетом умерших от ран и болезней число погибших красноармейцев (при 6% летальности) достигло, вероятно, 1000 человек. Японские потери были меньше — около 900 раненых и около 500 убитых и умерших от ран и болезней, что было в два с лишним раза меньше советских потерь. В боях участвовало более 23 тыс. красноармейцев.

В ходе советско-японского конфликта у реки Халхин-Гол в Монголии в 1939 году советские войска потеряли 6831 убитыми и 1143 пропавшими без вести. Раненых было 15 251, а больных — 701. С учетом умерших от ран и болезней общее число погибших можно оценить в 9 тыс. Японские потери были значительно больше — около 61 тыс. убитыми, ранеными и пленными, в том числе около 25 тыс. — убитыми и умершими от ран, что почти втрое больше советских потерь. Среднемесячная численность советских войск в ходе конфликта составила около 70 тыс. человек.

Советско-финляндская война 1939–1940 годах была наиболее крупным конфликтом, в котором участвовала Красная армия в период между гражданской и Великой Отечественной войнами. Потери в нем советских войск, выступавших в роли агрессора, согласно составленным в послевоенные годы книгам поименного учета безвозвратных потерь РККА, в советско-финляндской войне составили 131,5 тыс. погибших{443}. Сюда не вошли умершие от ран и болезней в тыловых госпиталях. Кроме того, ряд погибших в ходе войны так и не был учтен поименно, а документы ряда частей и соединений о потерях были утрачены. Финские источники оценивают потери Красной армии примерно в 200 тыс. погибших. К этой оценке близка и оценка германской разведки 1942 года, основанная на советском агентурном источнике. Согласно этой оценке, потери РККА в войне с Финляндией оценивались в 430 тыс. погибших и инвалидов (на погибших здесь приходится, вероятно, несколько меньше половины). Мы оцениваем общее число погибших красноармейцев в «зимней войне» как среднее между данными советского поименного учета (скорее всего, неполного) и финской оценкой (скорее всего, завышенной), т.е. в 166 тыс. погибших. В плен попало около 6000 бойцов и командиров РККА, из которых примерно 5770 вернулись на родину, а около 200 человек предпочли остаться в Финляндии. Точных данных о числе раненых и больных военнослужащих нет. По неполным данным российских военных архивов, общее число раненых и заболевших превышало 248 тыс. человек, но в свете даже минимальной оценки общего числа погибших такое число раненых и больных выглядит явно заниженным.

Финская армия потеряла 23,5 тыс. убитыми и умершими от ран, 1 тыс. пленными и 43,5 тыс. ранеными, из которых примерно 10 тыс. остались инвалидами. От советских бомбардировок погибло 646 гражданских лиц. По нашей оценке, советские потери погибшими превышали финские в 7 раз, а пленными — в 6 раз. Такое соотношение потерь было следствием низкой боеспособности Красной армии и плохой подготовки (хотя на нее ушло 5 месяцев) войны против Финляндии. Сказалась низкая тактическая подготовка бойцов и тактическая, и оперативная подготовка командиров, неумение военнослужащих обращаться с современным вооружением и техникой, низкий уровень самостоятельности, боязнь риска. Все эти недостатки так и не были преодолены, хотя к концу войны численность советских войск превысила 1 млн. человек, в 2,3 раза превзойдя численность противостоявшей им финской армии, при подавляющем превосходстве в танках и авиации. Всего в войне приняло участие более 1,3 млн. советских военнослужащих и около 600 тыс. финнов.