Читать онлайн «Трагедия сорок первого. Документы и размышления». Страница 77

В операции 33-й армий на витебском направлении 23 декабря ввод танкового корпуса в бой планировался после овладения пехотой р. Лучеса (18 км в глубине обороны). На этом основании танковый корпус при продвижении пехоты в первые три дня наступления на глубину до 8–10 км в бой не вводили. А когда пехота была остановлена организованным огнем противника с заранее подготовленных рубежей и впереди продолжала оставаться р. Лучеса, танковый корпус бросается в бой и после потери 60 танков, не добившись успеха, отводится за боевые порядки пехоты.

В операции на богушевском направлении 8 января танковый корпус был введен в бой, когда по существу никакого успеха пехота не имела. Понеся до 70% потерь, танковый корпус продвинулся вместе с пехотой на 2–4 км и после этого был выведен из боя.

Таким образом, постоянное стремление командования фронтом добиться прорыва обороны посредством преждевременного ввода в бой танкового корпуса не дало результатов и привело к тому, что в танковом корпусе в настоящее время осталось два танка.

В танковых бригадах, действующих непосредственно с пехотой, во всех боях наблюдаются исключительно большие потери. Основная причина этих потерь заключается в том, что противотанковые средства противника не подавляются нашим артиллерийским огнем и отсутствует взаимодействие между танками, поддерживающей артиллерией и пехотой».

О работе штаба комиссия отметила: «Штаб Западного фронта не выполняет своей роли. Штаб обезличен, оторван от командования фронтом и от насущных задач, решаемых войсками, и по существу является каким-то статистическим бюро, собирающим только данные по обстановке и то с опозданием. Вопросы планирования операции, организации боя и контроля за выполнением принятых командованием решений на деле изъяты из функций штаба. В течение 4-х месяцев начальник штаба и весь штаб находится на расстоянии около 100 км от расположения командования фронтом, и за это время командующий и начальник штаба встречались не более 3–4 раз. С командующим на ВПУ (хотя в данном случае это название не подходит) находится от штаба один полковник, выполняющий по существу обязанности адъютанта. Такое невиданное в практике положение командующий фронтом тов. Соколовский считает вполне нормальным. На такое положение низвел штаб не только командующий фронтом, но в этом повинен и начальник штаба генерал-лейтенант Покровский, который боится ответственности и не может самостоятельно принять решения даже по мелкому вопросу. Покровский не принимает никаких мер к выправлению создавшегося ненормального положения со штабом. Работает формально и бюрократически. Начальник оперативного отдела генерал-майор Чирков безынициативный работник и на роль руководителя оперативного отдела фронта не годится».

Командарм Гордов считался командованием фронта лучшим командующим армии. «Однако факты показывают обратное», отмечает Чрезвычайная комиссия. «Нигде так плохо не был организован бой, как в армии Гордова. Вместо правильного использования артиллерии Гордов стремился пробить оборону противника живой силой. Об этом свидетельствуют потери, понесенные армией. Общее количество потерь, понесенных 33-й армией, составляет свыше 50% от потерь всего фронта.

Гордов преступно нарушил приказ Ставки о запрещении прибегать к расстрелам командиров без суда и следствия. Так, 6 марта по приказу Гордова без суда и следствия был расстрелян майор Трофимов якобы за уклонение от боя. На самом деле, как установлено следствием, майор Трофимов не был виноват… Гордов часто прибегал по отношению к своим подчиненным к угрозам расстрела. Так было в отношении командира 277 сд генерал-майора Гладышева и командира 45-го ск генерал-майора Поплавского…»

Комиссия отметила, что «главной причиной неуспехов операций на Западном фронте является неудовлетворительное руководство войсками со стороны командования фронтом».

«Командование Западным фронтом, вместо изучения недостатков и их устранения, проявляло самодовольство, зазнайство, не вскрывало недостатков, не учитывало ошибок, не учило людей, не воспитывало кадров командиров в духе правдивости. Крупнейшие недостатки и ошибки повторялись во всех операциях. Причиной этого является тот недопустимый факт, что разборы операций и издания итоговых приказов по недостаткам и результатам боевых действий на Западном фронте не практиковались.

Командование фронтом знало о больших потерях в людях вследствие плохой работы в артиллерии, о громадном расходе боеприпасов и, однако, мер к выправлению работы артиллерии не принимало.

Командование фронтом критики не терпит, попытки критиковать недостатки встречаются в штыки».

Делая выводы, члены Чрезвычайной комиссии констатировали:

«1. Все проведенные за эти полгода операции по вине командования фронта провалились. Западный фронт не выполнил задач, поставленных перед ним Ставкой Верховного Главнокомандования, и ослаблен в результате тяжелых потерь в людях и технике, явившихся следствием неумелого руководства командования фронтом.

Западный фронт в настоящее время требует укрепления и помощи.

2. Такое положение на Западном фронте явилось результатом неудовлетворительного руководства командования фронтом и, следовательно, в первую очередь, неудовлетворительного руководства со стороны командующего фронтом генерала армии Соколовского, бывшего Члена Военного совета Западного фронта генерал-лейтенанта Булганина и работающего ныне Членом Военного совета фронта генерал-лейтенанта Мехлиса.

Командование Западным фронтом зазналось, критически к своим недостаткам и ошибкам не относилось и не относится. Несмотря на провал в течение полгода одиннадцати больших и малых операций, командование фронтом уроков из этого не извлекло и не докладывало правдиво Ставке о положении на фронте.

Генерал армии Соколовский оказался, как командующий фронтом, не на высоте положения.

Ошибкой ныне работающего Членом Военного совета Западного фронта Мехлиса является то, что он не докладывал в Ставку об истинном положении дел на фронте…

6. В интересах дела необходимо:

а) снять генерала армии Соколовского;

б) объявить выговор генерал-лейтенанту Булганину;

г) снять с должности командующего артиллерией фронта генерал-полковника Камера».

Итак, член Ставки Государственного Комитета Обороны Г.М. Маленков и Генштаб в апреле 1944 г. считали, что причина наших неудач на Западном фронте заключалась не столько в прочности вражеских позиций, сколько в грубых нарушениях командованием фронта правил организации, обеспечения и ведения наступления. Тогда — зимой 1943–1944 гг. — Западный фронт имел в своем составе пять общевойсковых армий, а в общей сложности 33 стрелковые дивизии, три артиллерийские, две пушечные, две зенитно-артиллерийские и одну минометную (41 дивизия). Кроме того, у него была воздушная армия и находились в подчинении танковый корпус, девять отдельных танковых и восемь артиллерийских бригад, одна бригада гвардейских минометов «катюша», два укрепленных района и другие специальные соединения и части.{326}

И вот при такой громадной силе советские военачальники, генерал армии Соколовский, генерал-полковники Гордое и Камера и им подобные, Булганин, Мехлис… уже прошедшие более 2-х лет войны, получившие большие звания и ранги, полководческие награды, окончившие советские академии, не смогли (а может быть, не хотели) взять Витебск и Оршу в течение более полугода, угробив при этом сотни тысяч советских бойцов, созданные героическим трудом советских людей в тылу танки, самолеты, артиллерию, боеприпасы, опорочили «честь Красной Армии». Эти же самые «генералы» воевали на Западном фронте в июне-июле 1941 г. Эти же самые «генералы» в 1941 г. не умели организовать оборону советских войск, не могли они же организовать и провести наступление в 1943–1944 гг.

«За позорящую звание командира трусость, бездействие, отсутствие распорядительности, развал управления войсками» командующий войсками генерал армии Павлов, командующий войсками 4-й армии Коробков, начальник артиллерии Клич… были отданы под суд и расстреляны.

Генерал-лейтенант Соколовский (с февраля 1941 г. зам. начальника Генштаба, в июле — начальник штаба Западного фронта), генерал-майор Гордое (в июне — июле 1941 г. — начальник штаба 21-й армии), принимавшие непосредственное участие в планировании и проведении операций в июле 1941 г., и не только они одни, несут ответственность за гибель сотен тысяч людей (на войне без жертв не бывает, но гибель по вине горе-командиров — совсем другое дело); в 1943 г. уже генерал армии и генерал-полковник, один командует Западным фронтом, другой, уже покомандовав Сталинградским фронтом, командует 33-й армией на Западном фронте, и опять никаких успехов на Западном фронте, и опять большие потери. За что им выпал дождь наград и званий? Причиной поражений наших войск, особенно на Западном фронте в 1941 г., в октябре 1943 г. — апреле 1944 г., была значительно более низкая боеспособность советских войск и превосходство германских генералов в деле организации и управления ими над советскими генералами типа Соколовского, Камеры, Гордова, Виноградова, Покровского….