Читать онлайн «Плен. Жизнь и смерть в немецких лагерях». Страница 106

Но побежденный всегда виноват! Так случилось и с нами, не с “врагами Народа”, а с его сыновьями, от которых правительство этого народа отказалось по приказу Сталина.

Нужно ли еще добавить, что мы не чувствовали себя обязанными, а только отвергнутыми за то, в чем мы не были виноваты!»

В сущности, и Александр Исаевич Солженицын говорил о том же самом: «Если режим безнравствен, то свободен подданный от обязательств перед ним».

Отсюда возникает вопрос: могут ли власовцы, да и сам Власов считаться нравственными людьми? Ведь общество и народ — это вовсе не режим и не Сталин. Да и присяга, как официальное торжественное обещание, есть клятва соблюдать верность прежде всего своему народу, а значит — обществу, а не режиму.

Когда к генералу Деникину обратились за благословением власовской армии, то он воскликнул в гневе: «Я воевал с большевиками, но никогда — с русским народом! Если бы я мог стать генералом Красной армии, я бы показал немцам!» Для него «сохранение любимого Отечества для будущих поколений было выше желания увидеть при жизни крах ненавистного “режима”». Словом, желание оправдать власовщину есть прежде всего стремление к обесцениванию Великой Победы.

По утверждению психологов, как «само пленение, так и реальная возможность пленения» значительно увеличивают нагрузку на психику и уменьшают стрессоустойчивость военнослужащего. «Хронология двух последних мировых войн и последующих локальных вооруженных конфликтов подтверждает значимость фактора пленения в качестве важного элемента психологического воздействия на противника, — считает В. Малышев. — Накопленный в этот период опыт позволил специалистам сделать вывод о том, что успешным оказывается такое воздействие, которое направлено на наиболее злободневные и значимые элементы обыденного сознания военнослужащего.

Причем сама ситуация пленения (нахождения в плену) в значительной степени соответствует данному правилу. Во-первых, к военнослужащему приходит осознание возможности реального применения к нему издевательств или пыток; во-вторых, полная неопределенность своего будущего; в-третьих, абсолютная зависимость от противника и, наконец, возникающее чувство неполноценности или вины за “неумелое” поведение на поле боя, а также понимание возможного в связи с этим осуждения сослуживцев, избежавших подобной участи. (…)

Опыт войн и вооруженных конфликтов XX века подтверждает, что пропаганда плена выступает в качестве составной и одновременно заключительной фазы психологического воздействия с целью слома морального духа противника и побуждения его к прекращению вооруженного сопротивления. Наибольшую результативность такое воздействие приносит в случае, если были достигнуты положительные результаты на предшествующих этапах психологического противоборства, которые, как правило, осуществлялись по следующим направлениям: дискредитация военного и военно-политического руководства противника; разрушение образа врага; создание позитивного образа и отношения к своей стране и действиям своих войск; активизация стремления к уклонению от участия в боевых действиях, внушение страха и неуверенности перед будущим; демонстрация преимуществ собственного оружия, материально-технического обеспечения и т.д.».

Далее В. Малышев пишет: «В США тема пленных в настоящий момент выступает в качестве одного из культурных лейтмотивов, рассматривающего каждого оказавшегося в руках противника военнослужащего как сражающего воина. Подобное отношение к военнопленным в США имеет свою предысторию. Во время войны в Корее 1950—1953 годов сдались в плен 7140 американских военнослужащих, что соотносительно с численностью войск США на Корейском полуострове непропорционально велико. Изучение причин такого явления выявило, что значительная часть американцев, подвергшись психологической обработке пропагандистских служб корейской армии, консультантами которых в основном выступали китайские специалисты, были склонны считать своего противника достаточно гуманным и рассматривали плен как способ сохранения собственной жизни. Однако впоследствии они убедились в том, что условия корейского плена оказались чрезвычайно тяжелыми. Из 7140 человек погибли 2702, в основном — от голода, холода, болезней и под пытками. Кроме того, все пленные подверглись усиленной психологической и идеологической обработке. Американский термин “промывание мозгов” появился именно в результате этой войны. В итоге, около 30 человек отказались вернуться в США.

Военно-политическое руководство Соединенных Штатов оперативно среагировало на факты массовой сдачи военнослужащих в плен в Корее, а также на связанную с этим потерю уважения к армии в обществе…

…по инициативе президента США Дуайта Эйзенхауэра в 1955 году был принят “Кодекс поведения” американских солдат, действующий как в мирное, так и в военное время. Согласно этому кодексу, пленные американские военнослужащие могут называть врагу только свое имя, воинское звание, личный номер и дату рождения и не имеют права “делать заявления, нелояльные к США”.

Принятие данного документа, а также продуманная интенсивная программа выработки моральной устойчивости военнослужащих на поле боя и верности присяге, показ всеми видами информации ужасов плена привели к тому, что уже в ходе вьетнамской войны, согласно официальным данным, в плен сдались лишь 589 американцев. В абсолютных величинах это в 12 раз меньше, чем в Корее, хотя война продолжалась в три раза дольше, и через нее прошло более трех миллионов американских солдат. (…)

8 ноября 1985 года в США была учреждена медаль “За достойную службу в плену”, которой награждаются все военнослужащие и лица вольнонаемного состава армии, плененные во время выполнения боевого задания или при выполнении служебных обязанностей. Для награждения этой медалью способ освобождения из неволи не имеет значения, но если будет доказано, что, находясь в плену, военнослужащий сотрудничал с противником или нарушил “Кодекс поведения”, то он может быть лишен этой награды.

Не без влияния событий второй военной кампании в Ираке президентом США весной 2003 года было объявлено о создании нового государственного праздника — Дня памяти американских военнопленных. Начиная с 2003 года 9 апреля в США становится национальным праздником. Ежегодно в этот день, согласно тексту подписанной президентской прокламации, “страна отдает дань уважения бывшим военнопленным”, а на Белом доме вывешивается специальный флаг, созданный как символ признания заслуг этих военных».

«Только к началу XX века появилось международное законодательство (в частности, Гаагская конвенция “О законах и обычаях войны” 1907 года, а также Женевские конвенции 1929 и 1949 годов “Об обращении с военнопленными”), в Соответствии с которым военнопленные получили определенные права, а пленившая сторона — определенные обязанности, — заключает В. Малышев. — Вместе с тем, как продемонстрировали войны и военные конфликты последних десятилетий, эта правовая система, ставшая частью военной культуры, даже в Европе зачастую оказывалась недееспособной. В других регионах мира жестокость по отношению к военнопленным все еще остается реалией войны».

Ставка верховного главнокомандующего 12 мая 1941 г.

Совершенно секретно (для высшего командования)

I. OKX предложило проект…

Директива относительно обращения с ответственными политическими работниками и тому подобными лицами во исполнение задания, данного 31 марта 1941 г.

Этот проект предусматривает следующие моменты:

1. Ответственные политические работники и политические руководители (комиссары) должны устраняться.

2. Поскольку они будут захватываться войсками, решение о том, должны ли они устраняться, принимается офицером, имеющим право накладывать дисциплинарные взыскания. Для решения достаточно установления того, что данное лицо является руководящим политическим работником.

3. Политические руководители в войсках не считаются пленными и должны уничтожаться самое позднее в транзитных лагерях. В тыл не эвакуируются.

4. Технических руководителей хозяйственных учреждений и на производстве следует задерживать только в том случае, если они оказывают сопротивление германским вооруженным силам.

5. Эти мероприятия не должны мешать проведению военных операций. Планомерные операции по розыску и прочесыванию проводятся позднее.

6. В тылу войск руководящих политических работников и комиссаров (за исключением политических руководителей в воинских частях) передавать специальным командам (эйнзатцкомандам) полиции безопасности.

II. В отличие от этого, памятка № 3 рейхслейтера Розенберга предусматривает, что следует уничтожать только крупных и высших руководящих работников, так как государственные, коммунальные, хозяйственные руководители нужны для управления оккупированными областями.