Читать онлайн «Рыцарь пустыни. Халид ибн ал-Валйд. Крушение империй». Страница 102

Оба полководца были на конях. Они обнажили мечи и начали поединок. Оба великолепно владели мечом и продемонстрировали зрителям искусство рубить, колоть и парировать удары противника. Римляне и мусульмане затаили дыхание. Затем, через несколько минут после начала боя, Григорий развернул коня и легким галопом поскакал прочь. В рядах мусульман раздались радостные возгласы, так как казалось, что римлянин признал свое поражение, однако Абу 'Убайда так не считал. Не отрывая взора от отступающего римлянина, он погнался за ним.

Не успел Григорий проскакать и сотню шагов, как Абу 'Убайда настиг его. И вот Григорий, который специально сдерживал бег своего коня, стремительно развернулся и нанес удар по Абу 'Убайде. Его мнимое бегство было уловкой, призванной притупить бдительность противника. Однако Абу 'Убайда не был новичком: он знал об искусстве владения мечом намного больше, чем Григорий. Римлянин успел занести свой меч, да и только. Абу 'Убайда нанес ему удар по основанию шеи, и, выронив меч, римлянин рухнул на землю. Несколько мгновений Абу 'Убайда неподвижно сидел на своем коне, дивясь огромным размерам римского генерала. Затем, в свойственном ему духе игнорирования мирских сокровищ, не позарившись на изукрашенные самоцветами и инкрустированные золотом доспехи и оружие римлянина, этот праведный воин развернулся и направился к своим.

Когда Абу 'Убайда вернулся, Халид покинул его, чтобы присоединиться к кавалерии, стоявшей позади корпуса 'Амра ибн ал-'Аса. Приехав на свое место, он подал сигнал к общему наступлению, и весь мусульманский фронт устремился вперед. Мусульманские центр и левый фланг ударили римлянам в лоб, но не стали развивать наступление. На правом фланге кавалерия приготовилась ударить по левому римскому флангу. Оттуда Халид направил полк, чтобы вступить в бой с римской кавалерий на левом фланге и связать ее, а с остальной частью мусульманской конницы ударил в бок римскому левому флангу (по славянам), тогда как в это же самое время 'Амр неистово обрушился на него спереди. Славяне были храбрыми воинами, и в течение некоторого времени они держали героическую оборону, но, не получая поддержки от своей конницы, атакуемые и спереди, и с фланга, они были вынуждены отступить. Откатываясь назад под ударами Халида и 'Амра, они отошли к центру, где находились армяне.

Когда римский левый фланг рассыпался на части, 'Амр повел свой корпус вперед и, отклонившись немного влево, ударил по левому и теперь незащищенному флангу армян, в рядах которых из-за беспорядочного отступления побитых славян теперь царил изрядный хаос. Тем временем Халид развернул свою кавалерию и атаковал римскую кавалерию левого фланга, которую до этого втянул в бой отряд, отправленный им ранее. Вторая фаза мусульманского наступления началась тогда, когда Шурахбйл атаковал фронт армян, а 'Амр тем временем ударил по их флангу. Затем Халида нанес удар по кавалерии левого фланга и заставил ее отступить с занятых ею позиций. Эта конница, основательно потрепанная Халидом, спасая свою жизнь, ускакала в северном направлении. Она свое отвоевала. (См. карту 24.) Я не стану пытаться объяснить суть плана Халида, так как она станет понятной читателю по мере того, как мы будем следить за ходом сражения. Однако особо следует отметить намерение Халида в отношении вражеской конницы. Он вознамерился изгнать римскую конницу с поля боя, чтобы пехота, из которой состояла основная часть римской армии, осталась без поддержки кавалерии и тем самым оказалась бы незащищенной от атак с фланга и с тыла. В стремительных операциях кавалерия играла главную роль, и без нее пехота оказалась бы в незавидном положении, не имея возможности быстро передвигаться или спастись за счет стремительной смены позиции.

Примерно в то время, когда Халид гнал кавалерию левого фланга римлян, Махан собрал оставшуюся у него кавалерию в единый мощный, мобильный отряд, стоявший за римским центром, чтобы идти в контрнаступление и вернуть себе утраченные позиции. Однако еще до того как римская кавалерия приступила к осуществлению каких бы то ни было маневров, она была атакована с фронта и фланга мусульманской кавалерией. Римляне, побуждаемые бестрепетным Маханом, какое-то время героически сражались, однако в такой стремительно меняющейся ситуации регулярная тяжелая кавалерия не могла сравниться с легкой, стремительно передвигавшейся конницей Халида, которая могла нанести удар, откатиться назад, совершить маневр и нанести новый удар. Наконец римская кавалерия, не видя иного выхода спастись от истребления, прекратила бой и ускакала на север, увлекая за собой пытавшегося остановить ее Махана. Таким образом, римская кавалерия бросила пехоту на произвол судьбы. Всего с Маханом поле боя покинули 40 000 всадников, часть которых относилась к римской кавалерии, а другая часть — к мобильным отрядам арабов-христиан Джабалы ибн ал-Айхама.

Дирар в то утро не принимал участия в кавалерийских операциях. Мусульмане не видели знакомого полуобнаженного воина в битве, в которой он мог бы отличиться. Они не знали, где он, а Халид ничего им не говорил!

Тем временем армяне стойко отбивали попытки сокрушить их, предпринимавшиеся 'Амром и Шурахбйлем. Эти два мусульманских корпуса смогли немного продвинуться вперед, но не слишком значительно, и это понятно, потому что армяне были по-настоящему героическими воинами. Абу 'Убайда и Йазйд также наступали на римлян на своем фронте (хотя пока что они играли второстепенную роль, связывая силы противника), но им не давали развивать наступление армия Курйна и армия цепей. Именно на этой стадии сражения изгнавший с поля боя римскую кавалерию Халид занялся армянами и ударил им в тыл. (См. карту 25.) Подвергшись атаке с трех сторон, армянские ряды раскололись на части. Бросая свои позиции, они бежали на юго-запад, в единственном оставшемся свободном направлении, и испытывали большое облегчение и удивление по поводу того, что мусульманская кавалерия не предпринимала ни малейших попыток помешать их отступлению, хотя ей это ничего бы не стоило. Армяне двигались в том направлении, где, по их мнению, они могли оказаться в безопасности. Они не подозревали, что Халид хотел, чтобы они пошли именно в этом направлении.

Карта 24. Йармук — день шестой (1)

Когда армянская армия была ослаблена и, превратившись в толпу, перемешавшуюся с остатками славянской армии Канатира, побежала в сторону Вади ар-Раккад, остальные римские армии поняли безнадежность своего положения. Их фланг и тыл оказались совершенно незащищенными. Поэтому они тоже начали отступать и стройными рядами, в полном порядке отходить в западном направлении. И вновь Халид не стал препятствовать их отходу.

Солнце еще не поднялось в зенит, когда вся римская пехота перешла в отступление: часть ее бежала, охваченная паникой, другая часть отступала в полном порядке. Она двигалась к Вади ар-Раккад. За отступающими римлянами шли мусульманские корпуса, теперь выстроенные стройными рядами вдоль укороченного фронта. Мусульманская кавалерия переместилась севернее римской армии, чтобы никто не мог ускользнуть в этом направлении, хотя до того как этот путь к спасению был полностью перекрыт, им все же успели воспользоваться тысячи славян и армян. Так мусульмане взяли в кольцо уже разгромленную ими армию Кесаря.[284 Утверждение некоторых более поздних западных писателей, что римляне потерпели поражение из-за того, что Халид воспользовался сильнейшей песчаной бурей, когда ветер дул в лицо римлянам, в корне неверно. Ни один мусульманский историк не упоминает об этой буре. Гиббон (т. 5, с. 327) утверждает, что, согласно Феофану, были «туча пыли и неблагоприятный ветер», но только ребенок может вообразить, что мусульманская армия, все еще состоявшая из примерно 30 000 способных носить оружие воинов, растянутая вдоль 11-мильного фронта, могла столь быстро осуществить столь тщательно продуманный маневр, просто воспользовавшись песчаной бурей. И это во времена, когда сообщения доставлялись всадниками! Это всего лишь попытка надменного западного историка найти предлог для объяснения понесенного римлянами поражения.]

У бежавших с поля боя римлян было одно желание: оказаться как можно дальше от мусульман. Они знали, что путь на север перекрыт мусульманской конницей, однако оставалась еще одна возможность бегства — через Раккад, в том месте, где находился брод, по хорошей дороге. И командиры вели своих воинов к этому броду. Когда первый полк дошел до брода, люди стали стремительно спускаться по склону ущелья, чтобы перебраться на другую сторону ручья. Здесь восточный склон был не таким отвесным, как в других частях ущелья, однако западный склон был намного круче, а в верхней его части дорога оказывалась зажатой между двумя обрывами, создававшими узкую горловину, в которой несколько отважных человек могли бы остановить целую армию.