Читать онлайн «Путешествие по северным берегам Сибири и по Ледовитому морю». Страница 63

Глава пятая

Нижне-Колымск. — Обзаведение наше. — Приготовление экспедиции. — Основательное сомнение об открытиях сержанта Андреева. — Прибытие английского путешественника Кокрена. — Вечеринка. — Прибытие штурмана Козьмина. — Поездка на собаках. — Необходимое отступление от первоначального плана. — Известие о прибытии чукчей с Малого Анюя и отъезд Матюшкина в Островное.

Местечко Нижне-Колымск основано, по мнению Фишера, в 1644 году якутским казаком Михаилом Стадухиным, который выстроил на северном рукаве реки Колымы острог, церковь и несколько юрт. Лет за шестьдесят острог еще существовал, и по нем назван рукав реки Староострожским. Впоследствии, для удобнейшего перевоза провианта, перенесли заселение на остров, в другом рукаве находящийся. Острог лежит, по нашим наблюдениям, под 68°31 53» северной широты и 160°35 восточной долготы от Гринвича. Склонение магнитной стрелки было тогда 9?56 0, а наклонение 77?32 1/2 . Ширина реки здесь три версты. Горизонт ограничен к югу Анюйскими горами, очевидно соединенными с так называемыми Белыми Камнями, Пантелеевской сопкой и Суровым Камнем, который издали имеет вид кровли. К северу и западу взоры теряются в необозримых тундрах, изредка покрытых искривленными лиственицами и мелким ивовым кустарником. Самый острог обведен деревянным забором, по углам коего выстроены четыре маленькие, остроконечные башни. Внутри сей ограды находится большое строение для канцелярии, или присутственного места, и несколько сараев, по большей части пустых. В двух из них сберегаются материалы и остатки всякого рода от бывшей в 1739 году экспедиции лейтенанта Лаптева, а также и от судов «Паллас» и «Ясашна», на которых капитаны Сарычев и Биллингс совершали свои плавания по Ледовитому морю.[136] Местечко состоит, кроме острога, из одной церкви и 42 домов и юрт.

В Нижне-Колымском уезде находятся еще четыре селения: Керетова (6 дворов), под 68°49 27» северной широты и 12 восточной долготы, Походок (15 дворов), 69°4 21» с ш. и 4 в. д.; Черноусова (8 дворов), 68°50 20» с. ш. и 14 42» в. д. Пантелеева[137] (7 дворов), 68°35 57» с. ш. и 40 в. д. (долготы считаны от нашей обсерватории в Нижне-Колымске). Кроме сих деревень, находится еще на реке Омолоне несколько незначительных селений.

По приезде моем в Нижне-Колымск отвели мне квартиру в самом большом доме, стоявшем уже несколько лет пустым и слывшем убежищем нечистых духов. Изба была выстроена по общему образцу здешних строений и состояла из двух комнат, каждая в четыре квадратные сажени, и в 4 аршина вышины от пола до крыши, совершенно плоской и покрытой землей. Первая комната, с русской печью, служила кухней, в ней поместил я людей моих; в задней, с чувалом, расположился сам. В обеих комнатах находилось по одному маленькому окну, заделанному слоем льда, в 6 или 8 дюймов толщины, сквозь который проникал тусклый свет, подобный тому, какой дают на судах стекла, вделанные в палубу над каютами. Скамья, служившая кроватью, шаткий стол и стул, связанный ремнями, составляли всю мою мебель. При всей скудности и тесноте и невзирая на дурную репутацию дома, провел я в нем зиму довольно сносно. Желая лучше предохранить себя от холода, приказал я выстроить перед дверьми род сеней и к ним пристроил еще чулан для сохранения припасов и других вещей. Через полчаса после моего приезда возвратился Матюшкин с устья Колымы, куда ездил он вместе с частным исправником собирать сведения об успехе рыбного промысла.

Нам приятно было за вечерним чаем рассказывать о том, что мы испытали во время дороги, о новых предметах, нами встреченных, о нартах, рыбном промысле, оленях и сибирских морозах, в честь которых оставались мы при том в шубах, теплых сапогах и шапках: мы находились близ берегов Ледовитого моря.

На следующее утро донес мне Матюшкин о сделанных им распоряжениях. До прибытия его в Средне-Колымск (2 октября) тамошнее местное начальство о нуждах экспедиции не озаботилось: не было припасено ни одной рыбы, не привезено ни одного бревна для постройки обсерваторий; не приступлено к приуготовлению зимовья у Баранова Камня, долженствовавшего служить привалом во время поездок экспедиции, невзирая на подробные предписания от якутского областного начальника по сим предметам. Исправник уверял, что ему казалось несбыточным прибытие экспедиции из С. — Петербурга сюда в нынешнем году.

Такие неисправности могли иметь самые пагубные последствия для наших действий, если бы Матюшкин, во время краткого своего здесь пребывания, похвальной своей деятельностью не успел многого поправить; узнав по прибытии своем о положении дел, он закупил и уложил тотчас половину нужной для экспедиции рыбной провизии, закупив ее у жителей Колымска и окрестностей. По распоряжению его и под его надзором, невзирая на сильные морозы, от которых топоры, как стекло, ломались, была выстроена над домом моим башня с четырьмя окнами к четырем странам света для астрономических наблюдений; вскоре после моего приезда она была окончена, так что мы могли перенести туда инструменты и начать наши занятия.

Устроив несколько квартиру свою, я озаботился прежде всего заготовлением остального провианта и других нужных для экспедиции потребностей. Для сей цели приглашены были на совещание зажиточные жители Нижне-Колымска и старшины якутских, юкагирских и чуванских селений, находящихся на реках Омолоне и Анюе. 25 ноября все собрались; мы начали с того, что установили положительную таксу, по которой жители согласились доставить нам припасы и другие потребности.[138] Определив сие, приступили мы к не менее важному распределению подрядов по мере способов участвующих и назначилитсроки доставления. Анюйские юкагиры, имевшие в прошедшем году изобильный олений промысел, обязались доставить нужное количество оленьих кож на походное передвижное жилище, называемое уроса, также и большое количество оленьих ребер для корма собак. Омолонские юкагиры должны были снабдить нас березовым лесом на Гайдару и всем прибором с полозьями на походные нарты. Жители острога и других селений, по берегам Колымы лежащих, богатые одной рыбой, дополнили потребное для экспедиции количество мерзлой рыбы, а сколько недоставало сухого корма, т. е. юколы и юхолы, привозили из Средне- и Верхне-Колымска на расстояние 800 верст, ибо летний рыбный промысел был там изобильнее, нежели при устье реки. Остался еще для успеха наших поездок по льду весьма важный предмет, т. е. выбор для наших нарт потребного числа сильных, привыкших к езде собак, что поручил я казацкому сотнику Антону Татарииову, бывшему проводником Геденштрома и слывшему здесь отличным знатоком в искусстве водиться с собаками. Таким образом сделали мы главные распоряжения, и оставалось только понуждать к скорейшему исполнению их.