Читать онлайн «Путешествия на берег Маклая». Страница 117

Эта же репутация дает мне иногда возможность видеть и узнавать многое, которое, вероятно, осталось бы недостижимым, был бы я в идеях туземцев не Каарам-тамо, а простой «белый человек». Она приносит даже туземцам ту несомненную пользу, что благодаря ей я был в состоянии не допустить несколько раз междуусобные войны и избавить туземцев от всех соединенных с ними бедствий.

Признаюсь, однако, что если <бы> потребовались для сохранения этой репутации не единственно пассивное молчание и иногда уклончивые ответы, я вряд ли воспользовался бы долго ее покровом; но в таком случае вряд ли мне удалось бы прожить так мирно и спокойно, как живу вот уже около 3 лет между ними.

* * *

Сообщив в общих чертах о предметах моих работ, о направлениях моих экскурсий и об образе этих путешествий, рассказав некоторые эпизоды, прерывающие иногда мою спокойную жизнь, и познакомив, наконец, читателя, вследствие какой коллизии обстоятельств мне удается без особенных хлопот уживаться с папуасами, перейду к обратной, теневой стороне медали.

Сюда относится, во-первых, нездоровие мое и моих людей, которые чаще были больны, чем я. Кроме моей старой знакомой – лихорадки (Febr. remitt.) со своими непредвиденными и неправильными пароксизмами, которые иногда являются в форме сильных невралгий (neuralg. Ram I et II Nervi Trigemini), род хронической Dermatitis,[185] особенно ног, заставляет меня проводить целые дни, иногда даже недели (!) дома, и, как назло, это нездоровие было причиною, что мне пришлось упустить случай (пока еще не возвратившийся) предпринять экскурсии, которые помогли бы дополнить мои наблюдения обычаев туземцев.

Другая неприятность была: недостаток европейской провизии и многих весьма важных мелочей (между проч[ими] бумаги, чернил, стальных перьев, носок и т. п.), запас которых или истощился, или которые были забыты или утрачены дорогою из Батавии сюда.

Главная причина этой неприятности – почти годовое запоздание прихода ожидаемого судна.

Об этом несколько слов.

Я упустил из вида, что с членом коммерческого сословия слова и поручения должны сопровождаться положительными доказательствами, что при исполнении их он не будет в убытке; я не догадался подкрепить мою просьбу прислать[186] в ноябре или декабре 1876 г. за мною судно суммою наличных денег, векселем или т. п. ручательством. Моя непрактичность была наказана, что остаюсь вот уже 20 месяцев без писем[187] и что приходится изловчиться прожить с запасом провизии на 5 или 6 месяцев вот уже 17![188] Вся вина лежит, разумеется, на мне самом: я не могу винить человека, с которым был знаком несколько недель, что он не оказал мне более доверия и не пожелал рисковать суммою, которая могла бы стать при большой цене найма судна (500 долларов в месяц), при, может быть, продолжительном плавании в местностях, подверженных неправильным ветрам (полоса штилей и переменных ветров близ экватора).[189]

При другом характере и других воззрениях на окружающее я мог бы отнестись к такому стечению обстоятельств и вследствие его – весьма некомфортабельной жизни в продолжение месяцев как к значительному несчастию; но на опыте я убедился, что отношусь к этим аксессуарам жизни, которую сам избрал, с большим индифферентизмом и, замечая новое лишение или недостаток удобства, могу повторять слова философа [Сократ]: «Много есть, однако же, вещей, которых мне не нужно»…

Если, замечая, что я ни слова не говорю о новооткрытых видах райских птиц, не обещаюсь описать сотни и привезти тысячи новых редких насекомых, меня, может быть, удивляясь, спросит ревностный зоолог: отчего я ради вопросов по этнологии, которые, собственно, не составляют моей специальности, отстранил от себя собирание коллекций{103}, я замечу на это, что хотя и считаю вопросы зоогеографии этой местности, особенно после весьма подвинувшегося в последние годы знакомства с фауною Малайского архипелага, весьма интересными, все-таки счел за более важное обратить мое внимание, теряя при этом немало времени, на status pfaesens [нынешнее состояние (лат.)] житья-бытья папуасов, думая, что эти фазы жизни этой части человечества при некоторых условиях (которые могут явиться каждый день) весьма скоропроходящи. Размышляя, что в будущем те же райские птицы и бабочки будут восхищать зоолога, те же насекомые насчитываться тысячами в его коллекциях, между тем как почти наверное при повторенных сношениях с белыми не только нравы и обычаи теперешних папуасов исказятся, изменятся и забудутся, но может случиться, что будущему антропологу придется разыскивать чистокровного папуаса в его примитивном состоянии в горах Новой Гвинеи, как я искал сакай и семанг в лесах Малайского полуострова.

Время, я уверен, докажет, что при выборе моей главной задачи я был прав: Tempo и galant' uomo [Время покажет; переноси.: правды не скроешь (итал.)].

М. -М.Написано в Бугарломе, на Берегу Маклая в Новой Гвинее, в октябре 1877 г.Переписано и дополнено некоторыми примечаниями во время якорной стоянки в лагуне Рифа Канделярия в июле 1879 г.Из письма к князю А. А. М. {104}

…Так как остается еще несколько листов бумаги, то я могу доставить себе удовольствие писать Вам и дополнить мое письмо Русскому географическому обществу, которое не хотел растянуть лишними подробностями, боясь главным образом, что не хватит бумаги, которой, хоть обходился с нею весьма экономно,[191] остается очень немного. Причина, что многие из моих запасов истощились или близки к тому, та, что вот уже десять месяцев или более, как со дня на день ожидаю прихода судна, которое должно было прийти сюда в ноябре прошлого года, чтоб забрать меня или в случае, если пожелаю остаться, возобновить припасы и привезти письма. Хотя совершенно верно, что жду прихода шхуны каждый день и подчас с нетерпением, но в то же время боюсь ее прихода, боюсь, что ее приход (в случае, если решу не остаться здесь) оторвет меня от работ, которые так интересны, но так трудно и медленно достаются, что приходится дорожить каждым днем, тем более что между многими незначительными является иногда такой день, который дает более результатов, чем недели терпеливого наблюдения!