Читать онлайн «Необязательная страна». Страница 62

Соперничество достигло своей символической кульминации в споре по поводу того, у кого есть право объявлять джихад против или за Антанту либо против или за блок центральных держав во главе с Германией и Австро-Венгрией во время Первой мировой войны. В итоге шериф Хуссейн связал свою судьбу с англичанами, которые полагали, в свою очередь, что его фетва будет иметь большой вес не только среди арабов, но и среди многих мусульман Британской Индии и британских африканских колоний. С учетом этой краткой истории (читатели могли ознакомиться с некоторыми ее моментами из хорошо известной книги Т. Э. Лоуренса «Семь столпов мудрости» или кинематографического шедевра 1962 года сценариста Роберта Болта «Лоуренс Аравийский») нетрудно видеть, как недавний взлет неоосманской Турции раздражающе действовал на чувства саудовцев и вдохнул новую жизнь в старое соревнование между Меккой и Стамбулом.

Турция и Саудовская Аравия могут сотрудничать по Сирии, но они борются друг с другом за влияние на Египет и Ирак. Идея турецкого министра иностранных дел Давутоглу об «оси демократии», простирающейся между Анкарой и Каиром и идущей вопреки саудовским надеждам на вовлечение Египта как инструмента сдерживания «арабской весны» и вызываемых ею демократических чаяний240. Саудовская Аравия смотрит на Египет обеспокоенным взглядом. Египет с беспорядками принесет саудовцам массу проблем, и демократический Египет может представлять собой не меньшую занозу для королевства. Нефтяные принцы, конечно, не получают удовольствия от того, что большая арабская страна, в которой проживает много суннитов по другую сторону Красного моря, привечает саудовских диссидентов, проводит выборы на конкурентной основе, разрешает массовые демонстрации и все прочее. В отличие от Ирана от Египта нельзя отмахнуться как носителя персидского и шиитского уклонизма. Саудовской Аравии уже приходилось закрывать свое посольство в Каире на какое-то время241. Саудовские правители смогут расслабиться, только если в Египте будет авторитарный режим.

В мировоззрениях общества в Турции меньше межконфессиональных разногласий, чем в Саудовской Аравии, и у нее гораздо больше общего в интересах с Ираном, чем у Саудовской Аравии. И мы можем наблюдать, что там нет строго установленного альянса суннитов, направленного против Ирана, а есть некая степень сотрудничества между Анкарой и Тегераном, которая позволяла бы Турции находиться вне зависимости от Саудовской Аравии.

Иранский бизнесмен, занимающийся торговлей в иракском Курдистане, говорил мне: «Все те турецкие бизнесмены, деловые люди, которых вы видите в Северном Ираке, на самом деле не турки – многие являются иранцами или наполовину иранцами». Он сказал также: «Стражи исламского порядка революционной гвардии не могут заниматься бизнесом в Ираке после 2003 года, поскольку американцы им бы этого не разрешили. Поэтому [стражи] создали подставные компании в Турции. Этими компаниями владеют стражи, либо они находятся в совместном владении стражей и турецких бизнесменов. Вместе они ведут дела в Ираке. Вы едете на встречи в Стамбул с этими турецкими компаниями, чтобы поговорить о деловой активности в Ираке, а там встречаете в комнате иранцев. Турки знают об этом, они все делают деньги; это вклад в бюджет революционной гвардии».

Америке следует быть более благосклонной к процветающей и демократической Турции, чем к консервативной и авторитарной Саудовской Аравии, примеривающей мантию суннитского лидера. Саудовская Аравия и другие монархии Персидского залива окажутся на перепутье между сдерживанием шиитских центров силы (Ирана, Ирака, Ливана) и урегулированием взаимоотношений с возвышающимся суннитским исламизмом «Братьев-мусульман» и салафитов с их популистским и антимонархическим уклоном. Для того чтобы иметь надежду на выживание, эти монархии должны будут тяготеть к исламизму и подпитывать суннитский экстремизм по всему региону. И здесь снова Пакистан сигнализирует об опасности. Там саудовцы накачивают деньги, чтобы привести к власти суннитских экстремистов (и финансируют ядерную программу) с целью окружения шиитского Ирана. Если неприятности, которые суннитские экстремисты, поддерживаемые саудовцами, принесли в Пакистан, его соседям и миру в целом, могут служить неким барометром, следует надеяться, что именно Анкара, а не Рияд выступит старшим братом в мусульманском мире. Турция, как окажется, также поменяет курс и станет двигаться в направлении исламизма, охватывающего сейчас весь арабский мир. Это не будет отвечать глобальным амбициям Анкары, и нам следует сделать все, что в наших силах, чтобы Турция не слишком быстро сошла со своего курса, чтобы соответствовать настроениям в арабском мире. Неоосманство сможет быть позитивным фактором только в том случае, если оно избежит выстраивания под знамена исламизма.

Монархии Персидского залива сейчас как раз принимают самые активные усилия для того, чтобы пережить эту новую волну. Катар и Саудовская Аравия оказывают поддержку силам салафитов в Ливии, Сирии и Ливане. И тем не менее Вашингтон очень сильно повязан с богатым природным газом Катаром, крохотным эмиратом с большими региональными амбициями и глубокими карманами, помогающими их реализации. Катар, занимая маленький полуостров, выступающий с Аравийского побережья в Персидский залив, имеет спорные проблемы с ОАЭ, и особенно Саудовской Аравией (имели место даже вооруженные пограничные стычки). Правящая семья аль-Тани предоставила базы Центральному командованию США (Центком); также она владеет телеканалом «Аль-Джазира» – самым популярным в арабском мире и влиятельным спутниковым телевизионным каналом. Это необычное сочетание американских военных мускулов и влияния на арабское общественное мнение посредством телевидения дает Катару возможность несоразмерно большого присутствия в арабской политике. Канал «Аль-Джазира» склонен соблюдать интересы суннитского режима, показывая леденящие кровь новости из Сирии для того, чтобы настроить арабское общественное мнение против Ассада, но, по большей части, никак не реагируя на шиитские протесты против суннитской монархии в соседнем Бахрейне.

Катар сыграл лидирующую роль, договариваясь о перемирии между враждующими фракциями в Ливане в 2008 году, что помогло избежать открытого конфликта в этой стране. Совсем недавно Катар сыграл ключевую роль в рассмотрении Лигой арабских государств вопроса о вмешательстве в Ливии и Сирии. Вашингтону нравится такого рода региональная активность. У Дохи, по мнению Америки, есть средства и желание вести политику. Но это несколько рискованное предположение. Стоит ли Америке доверять маленькой стране, которая, может быть, и стремится сделать так, чтобы ее голос был услышан дипломатически, но не имеет дипломатических и военных возможностей довести до конца предпочитаемую ею политическую линию?

Не всегда силовые игры Катара отвечают целям США. Маленькая рыбка, желающая плавать рядом с китом, должна знать несколько ловких приемов, но есть ли у нее такая выносливость, чтобы она могла плыть против течения? В районе, где силен антиамериканизм, Катар решил балансировать свои тесные связи с Вашингтоном сохранением возможности уйти на другую сторону. Только тогда, когда «Аль-Джазира» стал показывать миру кадры «арабской весны», Вашингтон обнаружил на этом телеканале что-то для себя привлекательное. На протяжении многих лет «Аль-Джазира» постоянно критиковал американскую политику – и во многих случаях весьма заслуженно. В ответ Вашингтон закрыл его передачи по американским кабельным каналам. И возможно, по какому-то удобному совпадению и в Ираке, и в Афганистане американская огневая мощь была сосредоточена на представительствах канала «Аль-Джазира». Антиамериканский уклон сети не вызывал возражения семьи аль-Тани и их приспешников, которые указывали на этот факт, когда хотели опровергнуть обвинения в том, что они являются американскими прихвостнями.

Однако подстраховка, которой занимаются в Катаре, не ограничивается «Аль-Джазирой». Эмират также оказывает поддержку исламистским силам (как «Братьям-мусульманам», так и, что более всего тревожно, салафитам) в Ливии, Египте и Сирии242. Катарская авиакомпания «Катар эйруэйз» объявила о сделке с Ираном и взяла на себя пятую часть всей индустрии внутренних авиалиний этой страны в то время, когда нехватка запасных частей и возросшее количество инцидентов в воздухе, вызванных американскими санкциями, стали вызывать у рядовых иранцев много беспокойства243.

Монархии Персидского залива не достигли своей цели пройти те опасности, которые для них таит «арабская весна», и они особенно восприимчивы к ним. Решение ОАЭ закрыть представительства Национального демократического института (поддерживаемая правительством США продемократическая организация) в марте 2012 года стало явным тому подтверждением. Правящие элиты Персидского залива очень хотели бы иметь американскую военную защиту, но не перенимать американские ценности.