Читать онлайн «Британская разведка во времена холодной войны. Секретные операции МИ-5 и МИ-6». Страница 113

Даже когда напряженность между Великобританией и Китаем достигла беспрецедентного накала во время конфронтации в 1967 г., JIC давал аналогичные взвешенные оценки. Во многом благодаря этим брифингам JIC британские министры не прибегли к безотлагательным военным действиям или разжиганию страстей путем слишком острого реагирования8.

И хотя об этом не говорилось прямо в отчетах JIC, кажется, что лучшим источником информации британской разведки по Китаю во время конфронтации была радиотехническая разведка. После 1946 г. Центр правительственной связи открыл станции прослушивания и на острове Гонконг, и на соседнем острове Маленький Сай-Ван, которые были специально нацелены на перехват русского трафика и, самое главное, сообщений КГБ. В 1954 г. Великобритания использовала свои возможности радиотехнической разведки, чтобы начать операцию «Долговое обязательство» – секретный радиопроект, названный «первой операцией Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии сколько-нибудь значимого масштаба с целью проникновения в материковую часть Китая». Ее цель состояла в том, чтобы создать тайную нелегальную вещательную станцию, которая усиливала бы желание среди китайцев среднего класса устанавливать связи с Гонконгом и увеличивала бы число перебежчиков через границу. Изначально Гонконг получил клеймо за эту нелегальную станцию, но она была в конечном счете размещена в Сингапуре – скрыта на одной из тамошних военных баз.

В Гонконге, как и на Кипре, англичане тоже экспериментировали с радиолокационной установкой для сбора информации. Фактически, после начала корейской войны в июне 1950 г. сильное расширение требований к радиотехнической разведке в Гонконге само стало представлять проблему. Поток британских военнослужащих, которые изучали китайский язык на языковых курсах Королевских ВВС, дали подразделениям ЦПС в Гонконге лингвистов, но к 1957 г. спрос на них был такой, что ЦПС был вынужден начать использовать гражданских лиц, говорящих на китайском языке. Так как гражданских лиц нельзя было использовать для выполнения некоторых обязанностей военнослужащих, ЦПС прибег к найму глухонемых местных жителей в своих засекреченных пунктах в Гонконге9.

В Гонконге в 1950-х и 1960-х гг. разведка была столь деятельна, что некоторым английским дипломатам не нравилась должность, на которую они были назначены, так как они постоянно были вынуждены отрицать участие в тайных операциях. Одному из губернаторов Гонконга сэру Александру Грэнтаму очень не нравилось то, каким образом его территория стала местом проведения бесчисленных шпионских операций. Событие, которое вызвало возмущение Грэнтама, произошло в июле 1952 г., когда Совет по радиоэлектронной разведке США попытался убедить своих британских коллег в необходимости отправить в Гонконг подразделение радиотехнической разведки американских ВВС численностью 800 человек. А дело было в том, что, несмотря на протесты Грэнтама, Гонконг был слишком важен, чтобы не быть использованным во время холодной войны ни Великобританией, ни США. В 1950-х и 1960-х гг. Госдепартамент США и Пентагон считали Гонконг самой важной заморской территорией Великобритании с точки зрения сбора разведывательной информации. Управление национальной безопасности США много чего понастроило на Гонконге и окружающих островах, в то время как главная радиолокационная станция ЦПС была расположена на высоте 3 тысяч футов над уровнем моря на обрывистых скалах Тай-Мо-Шан на Новых Территориях Гонконга – материковой территории Китая. Нацеленная прямо в воздушное пространство Китая, она давала разведывательную информацию о Китае Лондону, Вашингтону и Канберре. Одним из главных успехов совместных усилий англо-американской радиотехнической разведки в Гонконге было предсказание испытания Китаем своего первого ядерного оружия в 1964 г.10

Гонконг оставался главным центром британской разведки на Дальнем Востоке до тех пор, пока англичане наконец не передали эту колонию Китаю по истечении 99 лет аренды в июле 1997 г. Один бывший высокопоставленный чин SIS утверждал, что SIS давала последнему британскому губернатору Гонконга Крису Пэттену важную информацию о том, как проводить передачу власти, до тех пор пока не упал занавес. Спуск британского флага в Гонконге был символическим моментом для Великобритании, недвусмысленно ознаменовавшим конец империи11.

Быстрый выход Великобритании из империи за два десятилетия после 1945 г. проходил в целом относительно гладко и успешно, особенно по сравнению с беспорядочным уходом из своих империй других колониальных держав – Франции, Голландии и Бельгии. И хотя в некоторых случаях Великобритания передавала власть государствам, оказавшимся провальными, таким как Пакистан, и другим, которые превратились в диктатуры и выпали из Содружества, такие как Бирма и Зимбабве, обычно ей удавалось поддерживать достаточно дружеские отношения со своими бывшими колониями, особенно в сравнении с другими европейскими колониальными державами. Как показала эта книга, разведывательные службы Великобритании помогали сглаживать процесс выхода из колоний, демонстрируя причудливое маневрирование на закате империи.

«Холодная» война была тем контекстом, в котором Великобритания волновала свою колониальную империю после 1945 г., так что красный цвет, который когда-то горделиво покрывал карты Британской империи, сократился к середине 1960-х гг. к небольшим зависимым территориям по всему земному шару. Как мы уже видели, именно холодная война формировала и диктовала то, как британская разведка и британские политики отвечали на антиколониальные движения в послевоенные годы. На самом деле холодная война означала, что британские разведывательные службы были не поверхностно вовлечены в деколонизацию, а находились на ее переднем крае. Предположение, которое делали правительства по обеим сторонам Атлантики, состояло в том, что Советский Союз и коммунистический Китай имеют намерение превратить бывшие колонии Великобритании в свои новые государства-сателлиты. И это не было нереальным. По всему миру КГБ использовал разные меры для привлечения на свою сторону правительства стран, которые получили независимость от Великобритании. И все же Малайя была единственным колониальным государством, в котором Британия действительно столкнулась с восстанием, инспирированным коммунистическими идеями. Все другие колониальные чрезвычайные положения в послевоенные годы, включая Палестину, Кению, Кипр и Аден, были вызваны действиями радикальных националистов, а не коммунистов.

Можно выявить ряд областей, в которых действия британской разведки приносили прямые дивиденды британскому правительству (и благодаря «особым отношениям» еще и американскому правительству) во время выхода из империи. Одной из таких самых поразительных областей была радиотехническая разведка. И хотя она не признается большинством историков, феноменальные успехи, которых добились английские дешифровщики во время Второй мировой войны с сообщениями «Ультра», продолжились и во время холодной войны. Соглашение UKUSA (о сотрудничестве в области радиоэлектронной разведки), заключенное в 1946 г. между Центром правительственной связи Великобритании и Управлением национальной безопасности США (текст которого был открыт общественности в 2011 г.), гласило, что Великобритания имела важное значение для Вашингтона, потому что по условиям соглашения ЦПС нес ответственность за сбор информации радиотехническими средствами в новых государствах, вступающих в Содружество. ЦПС предоставлял правительствам Великобритании и США ценную информацию о клонящейся к закату Британской империи, которая включала большую часть стран, которые в настоящее время называют развивающимся миром. Тот факт, что многие правительства колоний и стран Содружества использовали шифровальные машины, как это делали немцы во время войны, означал, что их сообщения в послевоенные годы ЦПС мог легко взламывать.

Разведывательные службы Великобритании также помогали «сглаживать» конец империи тем, что предоставляли информацию на лидеров антиколониального движения, многие из которых, как Джомо Кеньята в Кении, стали первыми руководителями новых независимых государств. Как мы уже видели, в противоположность тому, что можно было бы предположить, многие оценки британской разведки в отношении лидеров вроде Кеньяты были здравыми и взвешенными, скорее рассеивающими страхи об их коммунистических взглядах, нежели нагнетающими их. Более того, хотя этот момент и отсутствует почти во всех историях о деколонизации Великобритании, секретные службы помогали британскому правительству создавать, а затем поддерживать тесные связи с бывшими колониями. Передача власти в Индии в 1947 г. создала прецедент, которому последовали во всех крупных британских колониях, которые после этого получали независимость. До обретения колониями полной независимости МИ-5 установила с ними тесные отношения – такие тесные, что они сохранились и после обретения ими независимости. Как мы уже видели, во многих случаях офицеры связи МИ-5 по вопросам безопасности обеспечивали секретный канал связи между Лондоном и недавно ставшими независимыми национальными правительствами. Как было продемонстрировано в Индии, разведывательная связь между Великобританией и ее бывшими колониями оставалась крепкой даже тогда, когда дипломатические отношения становились напряженными.