Читать онлайн «Что к чему». Страница 36

Это длинно, но это, похоже, так. Вечно пишут, что нет общепринятого и общепризнанного определения государства. В энергоэволюционной парадигме мы это определение дали минуту назад. А в социологической вот сейчас.

Смысл государства в том, чтобы каждому и всем вместе предоставить возможность совершить в жизни максимум того, на что они способны, и заставить сделать это. Это такой гуманистическо-экономический смысл. Культурологический в широком смысле слова.

Что же я имею против современной социологии, которую я так неполиткорректно охаял в начале беседы, и которая имеет массу заслуг, и вершин, и свершений, и всего; и которую я знаю, разумеется, несравненно хуже, чем надо, чтобы судить о ней в полном объеме и на всю глубину? Ибо она уже неохватна и неподъемна в библиотеках своих трудов бесчисленных научных работников?

Отсутствием единого естественнонаучного фундамента она мне чуток не совсем нравится.

1 августа 1914 года европейская философия кончилась. Настала эра экзистенциализма, модернизма, постмодернизма, волюнтаризма и прочей болтологической многословной ахинеи. Эра прекрасных пожеланий, душевных копаний и морализаторских сентенций. Настала эпоха деградации. Пустых умствований и напыщенного отрицания истин. Разумеется, вы не должны воспринимать эту иронию всерьез и представлять меня нигилистом. Я всего лишь хотел в этой несколько экспрессивной и ненаучной форме сказать, что у меня другая точка зрения.

Социология не может покоиться на религиозных постулатах. Тогда это подотдел теософии.

Социология не может базироваться на моральных пожеланиях и требованиях. Тогда это курс морального воспитания, и только.

Социологии приходится покоиться на науке, потому что больше ей не чем покоиться. Коли она и сама наука.

Выводы социологии могут быть верными и неверными. Но не могут быть нравственными или безнравственными. Хорошими или плохими. Лояльными или оскорбительными. Иначе это мракобесие. Как бы ни декларировались его цели.

Государство объективно существует не для блага людей. Социальные отношения существуют не для всеобщей любви. К добру надо стремиться, за него надо бороться, но нельзя провозглашать его фундаментальной истиной бытия и основанием социологии.

И когда мы после Лоренца говорим об агрессии как о необходимом инстинкте. И когда мы констатируем разную степень возбудимости, и темперамента, и выносливости к разным условиям, и коэффициента интеллекта у разных этносов и народов. И когда мы видим, что групповая самоидентификация на этнической или религиозной основе доминирует над групповой самоидентификацией на основе гражданской сплошь и рядом. И когда нам декларируют отрицание всех форм коллективной ответственности (кроме почему-то отрицания коллективной ответственности Германии за войну, которая кончилась 65 лет назад и в которой никто из ныне живых немцев не повинен), и тем самым отрицают групповую самоидентификацию и групповую самооценку относительно негативной информации – зато уж гордость своим народом за все хорошее пропагандируется всеми! И когда господствующие сегодня в социологии передовых стран псевдоученые с докторскими степенями отрицают социум как единую систему, отрицают социальные законы как законы объективные, надличностные, – говоря о недопустимости смертной казни к изуверам-убийцам и тем самым отрицая необходимость рассматривать социальные события не только на индивидуальном, но прежде всего на социальном уровне, на уровне общественных необходимостей. То —

Мы должны постоянно твердить себе старинный рецепт Блеза Паскаля: «Давайте учиться хорошо мыслить – это и есть основа морали».

Ритуал – это когда делают что-то не как придется, не как хотят, не кто в лес кто по дрова, а общепринятым, традиционным, утвержденным, тщательно соблюдаемым образом. Придерживаясь в действиях деталей, мелочей, принятой последовательности. И речь не о топке печи, не о мытье пола, не о производственных каких-то операциях, – речь о чем-то сколько-то торжественном, отвлеченном, церемониальном. Принесение присяги; целование знамен; разрезание ленточки при пуске объекта; свадьбы, крестины, похороны.

Ритуал – это действия без конкретной утилитарной направленности. Они никак не помогают в хозяйстве. Они носят оттенок символичности, торжественности, некоей особой значимости. Вечный огонь. Президиум на сцене. Подъем флага.

Ритуал есть военный, церковный, государственный, бытовой: можно много наподразделять. Производственный ритуал тоже везде почти есть. Но производственный уже ближе к рабочим привычкам. Церемониальный марш, воскресная обедня, вставание парламента при исполнении государственного гимна. Условные действия. Выражают общее уважение к каким-то ценностям.

Мы подъезжаем.

Ритуал – это традиция. Церемония. Общепринятость. Единообразие. Символичность. Отсутствие прямой утилитарной целесообразности. Приподнятость. Значение. Формальная условность. Но психологически важная. Рекомендуемая участникам определенных ситуаций и действий.

Ритуал – это формальное единообразие символических действий. Парад, закладка фундамента, молитва, рукопожатие. Действия эти – или совместного характера, или общение человека с богами. Связанные с более или еще более важными вещами: армия-война, боги и как с ними ладить, совместное дело и совместное проживание.

Ритуал есть поведенческая разновидность культурного кода. А именно: проявляется ритуал именно через поведение, он есть упорядоченная форма поведения в традиционных социальных ситуациях. И важны ритуальные действия не сами по себе – сами по себе они условны. А важны тем, что они выражают. Доброжелательность, уважение, согласие, подчиненность, мощь, веру.

Ритуал у животных частично совпадает с социальным кодом, частично – способ передачи информации для координации действий. Через ритуальные движения и действия животное обозначает свой статус, свое отношение и свои намерения. Ритуалом могут стать особенности способа действия, когда эти особенности утеряют утилитарный смысл и превратятся в привычку без физической целесообразности, но психически связанную с действием.

По мере наращивания культуры человеческие отношения чрезвычайно усложняются, а поведение чрезвычайно разнообразится. Личность становится многограннее, а свобода ее больше. А сожительствовать и сотрудничать в одном социуме как-то надо. Не говоря уж о необходимости дружить с Господом.

Чем богаче культура, чем сложнее человек, – тем меньше знаешь, чего от него ожидать. Может он всего-разного много, и обо всем не расспросишь, и рассказывать долго. Объем и ассортимент возможных опасностей со стороны окружающих растет. То есть:

По мере роста социума – растет неопределенность внутрисоциального поведения. Или, что то же самое, нарастает социальная энтропия. Разросшийся народишко движется в сторону вавилонского столпотворения, оно же вавилонской башни.

Упомянутую неопределенность необходимо упорядочить, ибо без этого нельзя.

Ритуализация есть форма социальной синергетики.

Любая система стремится упорядочить себя.

Любая система существует в динамическом равновесии центростремительной тенденции к сильной организации – и центробежной тенденции к развалу и хаосу.

Можно сказать чуть иначе:

Любая система существует в динамическом равновесии синергетического и энтропийного начал.

В молодой системе побеждает самоорганизация, в старой – энтропия. Так и вершится эволюция в смене отживших систем на новые, в конечном итоге всегда более энергопреобразующие.

Социальная система не составляет исключения.

Ритуал – одна из форм самоорганизации социальной системы.

Ритуал – это самоорганизация социальной системы на поведенческом уровне.

Система отличается от аморфной массы чем? – упорядоченностью, структурированностью, организацией. Социальная система состоит из автономных монад-индивидов, обладающих самостоятельной волей, свободой, потребностями. Самопроизвольное поведение каждого – а поведение есть совокупность цепей целесообразных действий и вообще реакций, – вот это поведение надо как-то совокупно структурировать, организовать, скоординировать, – чтоб каждый своими действиями не мешал другому, не противоречил, не сталкивался, но напротив – координировал действия для общей цели, и чтоб встроиться в общий «поток движения», и иметь свое место в общем доме.

А для этого необходимо, чтобы каждый понимал намерения каждого. Что он собирается делать? Как он ко мне относится? Будем ли мы сотрудничать? Каковы его боги, его мораль, его взгляды на жизнь? Он полагает себя равным мне, или выше меня, или ниже? У него счастье, или горе, какое у него настроение? Нам что сейчас: пить, или идти на войну, или на работу?