Читать онлайн «КГБ СССР. 1954–1991 гг. Тайны гибели Великой державы». Страница 89

В связи с многочисленными вопросам об отказе в реабилитации бывшему председателю ОГПУ СССР Г.Г. Ягоде, «проходившему» по «делу Бухарина — Рыкова», было разъяснено, что под его руководством и по его непосредственным указаниям фальсифицировались многие уголовные дела, по которым осуждались невиновные. В этой связи Комиссия не нашла оснований для его реабилитации.

Информация о рассмотрении дел Комиссией ЦК и Верховным Судом СССР, о ходе реабилитации, регулярно появлялась в СМИ.

Подчас комиссии приходилось рассматривать и принимать решения по сложным вопросам, имевшим и политические, и исторические, и юридические, и моральные аспекты.

Ставший после ухода М.С. Соломенцева на пенсию председателем комиссии А.Н. Яковлев 26 октября 1988 г. заявил:

— … в воздухе повис такой вопрос: а не пойти ли нам на такой шаг, как отмена решений всех «троек», так как они были незаконны как таковые? Но надо себе отдавать отчет, что это вопрос политический. Мы с вами только его решить не можем…. Потому что здесь содержится и определенное противоречие: ведь «тройками» были осуждены и лица, которые занимались шпионажем, бандитизмом, диверсиями и т. д., то есть практически действиями, подсудными по уголовному праву? В политическом плане нужно, чтобы народ знал, как мы относимся к этим бывшим судебным органам.

В связи с поставленным А.Н. Яковлевым вопросом, значительный интерес представляет записка в ЦК КПСС «Об антиконституционной практике 30-х — 40-х и начала 50-х годов» от 25 декабря 1988 г., содержащая подписи как секретарей ЦК КПСС A. Н. Яковлева и В.М. Чебрикова, так и председателя КГБ СССР B. А. Крючкова[2].

В ней подчеркивалось:

«В результате изучения документальных материалов органами КГБ установлено, что в период 1930–1953 гг. по возбужденным органами ОГПУ, НКВД, НКГБ-МВД 2 578 592 уголовным делам было подвергнуто репрессиям 3 778 234 человека, в том числе осуждено к высшей мере наказания (расстрелу) 786 098 человек. Среди лиц, подвергнутых репрессиям, осуждено

— судебными органами — 1 299 828 человек (в т. ч. к расстрелу — 129 550 чел.),

— несудебными органами — 2 478 406 человек (656 548 человек).».

Специальный раздел данной записки касался вопроса «О личной ответственности Сталина и его непосредственного окружения за организацию и осуществление массовых репрессий, насаждение противоправной, антиконституционной практики», где приводились сведения о персональной ответственности И.В Сталина, В.М. Молотова, Л.М. Кагановича, А.А. Жданова, Н.С. Хрущева, Г.М. Маленкова, А.А. Андреева, М.А. Суслова.

Приведем только небольшой фрагмент этого документа:

«Произвол Сталина и его окружения способствовал проиволу других, в том числе руководителей на местах, превращал беззаконие и преступления в средства политики, антиконституционность и противоправие — в норму, разрушительные последствия которых полностью преодолеть практически невозможно.

В инструмент осуществления массовых репрессий были превращены органы ОГПУ — НКВД, прокуратуры, суда. В проведение репрессий были втянуты руководители партийных органов на местах.

Массовые репрессии не прекратились в конце 30-х годов. Уже после окончания Великой Отечественной войны одно за другим фабрикуются дела на большие группы партийных, советских работников, представителей интеллигенции. Только по так называемому «ленинградскому делу» были незаконно репрессированы тысячи людей, в том числе видные деятели партии, члены Политбюро, Секретариата и Оргбюро Центрального Комитета партии.

Значительная группа советской интеллигенции была репрес-сированв в связи с деятельностью «Еврейского антифашистского комитета». Фактически инициатором этой расправы был М.А. Суслов. 26 ноября 1946 г. он направил Сталину записку, в которой содержались клеветнические обвинения в адрес комитета. Эта записка послужила основанием для проведения следствия органами МГБ. По делу «Еврейского антифашистского комитета» было осуждено 140 человек, из них 23 — к высшей мере наказания, 20 человек — к 25 годам тюремного заключения.

Суслов — участник массовых репрессий в бытность его секретарем Ростовского обкома. Став первым секретарем Орджоникидзевского крайкома партии, он не только резко возражал против освобождения ряда невинно осужденных лиц, но и настаивал на новых арестах. Комиссия НКВД в июле 1939 г. докладывала Берия, что Суслов недоволен работой краевого управления НКВД, так как оно проявляет благодушие и беспечность. Суслов прямо называл лиц, арест которых необходим. В результате в 1939–1940 гг. в крае усилились репрессии. Как председатель Бюро ЦК ВКП(б) по Литве он несет непосредственную ответственность за репрессии, незаконные выселения большой группы лиц из Прибалтики. Суслов был инициатором и организатором преследований и травли многих видных представителей советской художественной и научной интеллигенции» [3].

В подготовленном по этой записке, но не принятом проекте «Постановления ЦК об антиконституционной практике 30-х -40-х и начала 50-х годов» (далее в тексте жирным шрифтом выделены особо значимые фрагменты, исключенные из итогового текста документа) отмечалось:

«Документальные данные, изучение многочисленных дел, опыт реабилитации, накопленный непосредственно после XX и XXII съездов КПСС, а также в самое последнее время, неоспоримо свидетельствуют: в период 30-х — 40-х и начала 50-х годов имела место антиконституционная практика, носившая организованный характер. Ее крайним выражением стали проводившиеся в этот период массовые репрессии, произвол, депортации. Репрессиям было подвергнуто 3 778 234 человека, из них 786 098 расстреляно. Депортировано 2 300 000 человек».

Следует подчеркнуть, что исключение из окончательного варианта текста опубликованного в прессе Постановления ЦК статистических данных о подлинных масштабах репрессий означало именно попытку преднамеренно скрыть историческую правду, способствовало дальнейшему росту социальной напряженности в обществе, распространению разного рода домыслов, слухов и спекуляций на эту драматическую тему, с отголосками чего мы нередко сталкиваемся еще и сегодня, по прошествии более чем 20 лет после описываемых событий.

В этой связи представляется необходимым процитировать еще некоторые фрагменты проекта, не вошедшие в окончательный текст Постановления Политбюро ЦК:

«Подобная практика обернулась трагическими последствиями для судеб миллионов советских людей. Она оказала пагубное воздействие на общественно-экономическое развитие страны; утверждала в сознании и в практике пренебрежение к нормам закона и морали, к человеческой жизни; стимулировала процессы разложения кадров, ставила многих в положение потенциально преследуемых за проявление инициативы, различий во мнениях, самостоятельности, партийной и гражданской ответственности. Прогрессу советского общества, его нравственному самосовершенствованию, делу социализма и авторитету партии был нанесен серьезный ущерб. Компрометировался путь социалистического развития, который в глазах многих честных людей ассоциировался с произволом и беззаконием сталинщины.

За допущенные массовые репрессии и беззакония огромная и непростительная вина перед партией и народом лежит на Сталине и его ближайшем окружении: Берии, Молотове, Кагановиче, Ворошилове, Калинине, Маленкове, Жданове, Микояне, Хрущеве, Булганине, Андрееве, Суслове, а также Вышинском, Ежове, Ягоде, Абакумове, Ульрихе и других. В инструмент произвола и осуществления массовых репрессий ими были превращены органы НКВД, прокуратуры и суда. Верхом беззакония, попрания действующих конституции и законов стали специально созданные несудебные органы — так «тройки», «особые совещания», а также практика составления и утверждения списков репрессируемых.

Вопросы восстановления исторической, юридической, человеческой справедливости имеют исключительное политическое и общественное значение. От их конкретного решения зависит, на какой основе будет формироваться в нашем обществе социалистическое правовое государство, в каком направлении пойдет развитие общественного сознания и нравственности. Вспышки политического экстремизма, возникающие в настоящее время, попытки решать назревшие проблемы методами незаконного силового давления своими морально-политическими истоками восходят к антиконституционной практике 30-х — 40-х и начала 50-х годов, объективно способствуют сохранению в обществе бацилл произвола.

К настоящему времени реабилитировано 1 354 902 человека. Полной реабилитации всех невинно пострадавших, увековечивания их памяти ждут общественность, их родственники и близкие. Четкого указания на ответственность инициаторов и организаторов антиконституционной практики требуют интересы нравственного обновления и развития социализма. Сложившееся в последние годы в общественном сознании новое понимание содержания и сути противозаконных явлений прошлого, вызвавших их объективных и субъективных причин должно найти отражение в соответствующих документах Коммунистической партии и Советского государства».