Читать онлайн «КГБ СССР. 1954–1991 гг. Тайны гибели Великой державы». Страница 107

За последние годы мы создали подразделения для борьбы с ним. На их счету десятки обезвреженных взрывных устройств, десятки освобожденных заложников….

Так уж повелось, что День работников органов безопасности не отмечается ни шумными торжествами, ни пышными приемами: об их деятельности не принято много и громко говорить. Таковы законы этой службы.

Наверное, это правильно. Люди занимаются своим делом и не вмешиваются в политику. Принципы демократии и работа органов безопасности у нас не противоречат друг другу.

Сегодня в рядах наших спецслужб — подлинные патриоты своего дела. Эти люди работают не за славу и награды, а — не побоюсь этого слова — за идею. За безопасность государства. За мир и покой наших граждан.

И мы должны с уважением относиться к труду сотрудников спецслужб. К их нелегкой и зачастую — героической работе.

Российские вести, 20 декабря 1997 г.

В 2009 году вышла в свет книга «Кто руководил НКГБ — МГБ СССР» (1941–1953 годы)», подготовленная историками Н.В. Петровым и К.В. Скоркиным. Несколько страниц в ней посвящены и моему отцу, полковнику КГБ СССР Максиму Васильевичу Хлобустову.

Но, думаю, читателям мало что скажут такие строки: «… заместитель].начальника] отдела «ЛИ» опер. сектора МГБ в Берлине 15.07.49–20.08.49…. нач. 1 отд-я, нач. Зотд-я отд. «ЛИ» опер. сектора МГБ земли Бранденбург 03.02.50–14.08.50…. ст. советник аппарата Уполномоченного МВД при Потсдамском окружном управлении МГБ ГДР 10.06.53……

В последние годы жизни отец иногда говорил о намерении написать нечто вроде воспоминаний, хотя понимал, что тогда, в 80-е годы прошлого века, о многом еще говорить было не принято — многочисленные мемуары чекистов стали появляться уже значительно позднее.

Разумеется, я с детства много слышал о пребывании нашей семьи в Германской Демократической Республике, куда отец был направлен из Свердловска, ныне Екатеринбурга, почти за три месяца до самого образования ГДР. Именно о жизни, а не о работе там отца, поскольку он никогда, даже когда я стал его коллегой по работе в КГБ, не считал возможным распространяться о подробностях оперативной работы. И я считаю это в принципе правильным, за исключением тех событий и фактов, которые уже не являются секретами и могут быть освещены во имя формирования объективного представления о недавнем историческом прошлом нашей страны.

Этим очерком автор стремится, в меру своих возможностей и способностей, рассказать о мало известных страницах истории отношений нашей страны и Германии, а также США и других стран в середине прошлого века. Ибо они — неотъемлемая реальная часть всемирной истории XX века.

…33-летний капитан государственной безопасности Максим Хлобустов прибыл с женой в Берлин в середине июля 1949 года. При этом он имел за плечами 8 лет стажа контрразведывательной службы в управлении НКВД-МГБ по Свердловской области.

И мало кто тогда в нашей стране, да и за рубежом, знал, что согласно «Чрезвычайному плану боевых действий» армии США война между бывшими союзниками по Антигитлеровской коалиции могла начаться уже 1 июля того же года…[1].

В то время восточная часть Берлина, равно как и 6 восточных земель бывшего «тысячелетнего германского рейха», были советской оккупационной зоной. И в этих словах нет ничего обидного или унизительного для немцев, поскольку именно так официально в то время именовался статус отношений союзников по бывшей Антигитлеровской коалиции с населением Германии и подконтрольными Союзным военным администрациям гражданскими властями немецких земель.

По решениям Потсдамской конференции (17 июля — 2 августа 1945 г.) глав государств Антигитлеровской коалиции, как известно, Германия была разделена на советскую, французскую, американскую и английскую оккупационные зоны.

Восточная ее часть стала советской оккупационной зоной, управлявшейся Советской военной администрацией (СВАГ) вместе с создававшимися немецкими муниципальными органами управления.

В силу сложившихся исторических и геополитических обстоятельств, в послевоенные годы Берлин вновь стал одним из мировых центров шпионажа — такие парадоксы иногда случаются в истории. Так, до начала первой мировой войны, подобной «столицей международного шпионажа» считалась австрийская Вена. Затем, до начала Второй мировой войны 1 сентября 1939 г. — Берлин, в годы войны — швейцарский Цюрих, и наконец — вновь Берлин, в качестве каковой он пребывал до начала 90-х годов прошлого века.

Создание советских органов государственной безопасности на территории Германии, отданной по решению союзников под контроль Советской военной администрации, начал генерал-полковник И.А. Серов, помимо основной своей должности полномочного представителя Народного комиссариата внутренних дел (НКВД) СССР в Германии, занимавший «по официальному прикрытию» должность заместителя главы Советской военной администрации маршала Г.К. Жукова.

Одной из первоочередных задач СВАГ и органов госбезопасности в лице управлений и отделов военной контрразведки СМЕРШ, помимо розыска и ареста нацистских преступников и сотрудников разведывательных, контрразведывательных и карательных органов германского Рейха, являлась борьба с остатками нацистского подполья[2].

Помимо этого, фронтовые управления Главного управления контрразведки (ГУКР «СМЕРШ») Наркомата обороны СССР с начала мая 1945 г. выполняли все функции разведки и контрразведки в советской оккупационной зоне Германии.

Однако, учитывая масштабность и специфику задач, стоявших перед органами государственной безопасности СССР на территории Германии, возникла необходимость создания специального контрразведывательного органа[3].

Получивший назначение Уполномоченным НКВД в Германии И.А. Серов 7 мая 1945 г. докладывал наркому внутренних дел и члену Государственного комитета обороны Л.П. Берии: «… в настоящее время для организации оперативно-чекистских мероприятий на территории Германии нам необходимо не менее 200 оперативных работников НКВД-НКГБ. Кроме того, 20 руководящих оперативных работников для назначения на должности уполномоченных НКВД в крупных городах Германии в соответствии с постановлением ГКО от 2 мая 1945 г…… В соответствии с этим письмом в подчинение Серову в Германию были командированы 100 сотрудников военной контрразведки «СМЕРШ» и по 50 сотрудников наркоматов внутренних дел и государственной безопасности.

12 мая Серов докладывал в Москву о планах «… во всех уездах, городах, округах и провинциях создать оперативные группы НКВД, зашифрованные под видом органов военной администрации». В этом же письме указывалась и их общая предполагавшаяся численность в 1700 оперативных работников, при имеющихся в наличии 800 сотрудниках.

В июне 1945 г. на территории занятых РККА земель и провинций Германии для руководства деятельностью оперативных групп были созданы оперативные сектора (о/с) НКВД, а при Управлениях Советской военной администрации (СВА) земель и провинций сектора — впоследствии отделы, — официально именовавшиеся Отделами общественной безопасности и внутренних дел при комендатурах СВАГ.

Первоначально были созданы 5 таких оперативных секторов в границах бывших земель (административно-территориальных единиц) Германии, а также и особый берлинский оперативный сектор, в зону ответственности которого входили и «западные сектора» оккупационной зоны — американский, английский и французский, — Берлина.

Ставший новым наркомом внутренних дел С.Н. Круглов совместно с наркомом госбезопасности В.Н. Меркуловым докладывал И.В. Сталину, 31 января 1946 г., что в подчинении уполномоченного НКВД в Германии И.А. Серова оперативную работу в советской оккупационной зоне (СОЗ) ведут 2 230 работников НКВД и 339 работников НКГБ. Оперативная группа в Берлине насчитывала 35 сотрудников.

С мая 1946 г. с назначением бывшего начальника ГУКР «СМЕРШ» В.С. Абакумова министром госбезопасности СССР, деятельность оперативных секторов на территории Германии переходит полностью под его контроль, а оперативное руководство ими было возложено на контрразведывательное — Второе Главное управление МГБ СССР.

Оперативные сектора МГБ СССР на территории Германии являлись оперативными подразделениями, с учетом специфики пребывания на оккупированной территории, решавшими весь комплекс задач, возложенных на территориальные управления НКГБ в СССР, по сути дела — повторявшие структуру самого наркомата. А главнейшими задачами являлись розыск и арест сотрудников бывших спецслужб фашистской Германии и их агентуры, предателей и коллаборационистов, бежавших при отступлении вермахта с временно оккупированных советских территорий, а также розыск немецких ученых — создателей ракет Фау (V-1 и V-2) и физиков-ядерщиков.