Читать онлайн «Османская угроза России — 500 лет противостояния». Страница 53

Сразу же после заключения Мудросского перемирия из состава флотов Антанты была сформирована так называемая Союзная эскадра Эгейского моря. В ее состав вошли: британская группа (2 линкора, 7 крейсеров, 7 мониторов, 6 эсминцев и 2 канонерки), французская (6 линкоров, 4 крейсера, 6 эсминцев и 2 канонерки), итальянская (4 линкора, 2 крейсера, 3 эсминца) и греческая (2 линкора, 1 крейсер, 2 эсминца). Итого 14 линкоров, 14 крейсеров, 11 канонерок и мониторов, 17 эсминцев, а также вспомогательные суда.

В середине ноября 1918 г. английские войска высадились в Константинополе, а 23 ноября английский крейсер «Кентербери» прибыл в Севастополь.

24 ноября на линкоре «Воля» (бывший «Александр III») и большинстве других русских кораблей, стоявших в Севастополе, русскими моряками были подняты Андреевские флаги. Однако командир английского крейсера в ультимативной форме потребовал спустить русские флаги к утру 25 ноября.

25 ноября в Севастополь пришла эскадра союзников в составе английских линкоров «Сьюперб» и «Тандерер», французского линкора «Джастис» («Justice»), итальянского линкора «Леонардо да Винчи», двух крейсеров и девяти эсминцев.

Первыми в Константинополь вошли англичане, за ними последовали французы и итальянцы. Каждой державе определили район оккупации: англичане заняли Пера, Галата и Шишли; французы оккупировали сам Константинополь и его западные пригороды, а итальянцы контролировали азиатский берег Босфора.

Район Проливов и ряд стратегических пунктов Турции были оккупированы силами союзников. Среди них было 41,5 тысяча английских, 59 тысяч французских и 17,4 тысячи итальянских солдат. Турецкая же армия была сокращена до 50 тысяч человек. К концу 1918 г., согласно Мудросскому перемирию, турки сдали 145 тысяч винтовок, 682 пулемета, до двух тысяч орудий. Однако основная часть оружия разошлась по всей стране.

Обычно после поражения срочно начинаются поиски козлов отпущения. Новый великий визирь, он же и премьер-министр, Дамад Ферид-паша заявил 21 января 1919 г.: «Война – это дело рук нескольких преступников, которыми Турция была втянута в войну без всякой на то внутренней необходимости». Естественно, султан Мехмед VI оказался не причем. Зато на трех публичных процессах были осуждены «виновники войны». К смертной казни через повешение были приговорены Энвер-паша, Талаат-паша, Джемиль-паша и Джавид-бей, а также губернатор Токата Махмуд-паша. Первые четверо были приговорены заочно, поскольку их не было в Турции, а Махмуда-пашу публично казнили, причем позорной для мусульманина казнью через повешенье. Ряд других деятелей, включая духовного главу мусульман Турции, или шейха уль-ислам периода войны, Мусу Кязима-эфенди, приговорили к каторжным работам.

Почти сразу после оккупации Константинополя французы и итальянцы вспомнили об идеи Екатерины II «водрузить крест над Святой Софией». Однако главную мечеть империи они хотели сделать не православным, а католическим храмом. Главных доводов было два. Во-первых, во время завоевания Константинополя султаном Мехмедом II в 1453 г. город находился в церковном общении с Римом. Во-вторых, разрыв с Римом произошел только в XI веке, и Святая София была католической дольше, чем православной.

Полумесяц над Айя София уцелел только благодаря «владычице морей», а конкретно, ее министерству по делам Индии. Там весьма резонно спрогнозировали бунт индийских мусульман. (Напомню, что Пакистан был частью Британской Индии). Ну а в 1935 г. по требованию Ататюрка Айя София превратился их мечети в музей византийской и исламской культуры.

Дабы разъяснить ситуацию с «турецкими греками», придется обратиться к далекому прошлому. С VI века до н. э. греческие поселенцы основывали города-колонии по всему черноморскому побережью Малой Азии.

В 1204 г. Константинополь был взять крестоносцами. Но значительная часть бывшей Византии осталась под пантеоном греков – Эпирский деспотат на северо-западе Греции, Никейская империя в Малой Азии и Трапезундская империя на юго-восточном побережье Черного моря. Трапезундскую империю часто называли Понтийской империей, а греков, живущих на южном берегу Черного моря – понтийскими греками.

В 1261 г. никейский император Михаил VIII Палеолог выбил крестоносцев из Константинополя и восстановил Византийскую империю. Однако Трапезундская империя осталась независимой. В 1453 г. турки захватывают Константинополь, а в 1461 г. – Трапезунд.

Во второй половине XIX века наблюдался экономический рост валейета Трабозон, причем в первую очередь за счет греков.

В 1865 г. понтийских греков насчитывалось 265 тыс. человек, а в 1880 г. уже 330 тысяч. Проживали они в основном в городах. Понтийский эллинизм, концентрировавшийся в начале XX века в областях Синопа, Амазеи, Трапезунда, Самсуна, Лазики, Аргируполиса, Севастии, Токаты и Никополя, поглощенных Османской империей, насчитывал, согласно переписям Вселенской Патриархии и османских властей, примерно 600 тыс. человек. При этом в южной России и на Кавказе в то время жило приблизительно 150 тыс. понтийских греков.

В 1860 г. в районе Понта было 100 греческих школ, а в 1919 г., после распада Османской империи, количество школ достигло 1401, а учеников – 86 тыс. человек. Наиболее известными были Курсы Трапезунда. Понтийские греки также имели свои клубы и театры, типографии, где издавали журналы и газеты. Все это свидетельствует не только об их высоком духовном уровне, но также и о национальном самосознании.

В июле 1914 г. Турция вступила в Первую мировую войну на стороне Германии и объявила всеобщую мобилизацию. Призывались и понтийские греки, но не для службы в турецких вооруженных силах. Правительство считало понтийских греков неблагонадежными, особенно после развала русско-турецкого фронта, и начало выселение греческого христианского населения Восточной Анатолии вглубь страны. Все годные к службе мужчины в возрасте 20–45 лет отправлялись в рабочие батальоны (ameles taboures). Тех, кто не подлежал призыву, вскоре также постигла эта участь, в особенности после занятия Трапезунда русскими 5 апреля 1916 г., приведшего турок в бешенство.

Трапезунд с апреля 1916 г. по март 1918 г. был занят русской армией. В городе образовалось Временное греческое правительство, которое возглавил митрополит Хрисанф. Следует заметить, что Николай II и его министры в ходе Первой мировой войны так и не сумели выбрать какой-либо стратегии в национальном вопросе на территориях, как захваченных, так и планируемых к захвату.

В этот период активно действовали политические организации понтийских греков, ставящие целью создание Понтийской республики: сентябрь 1917 г. – «Центральный национальный комитет понтийцев» на юге России; ноябрь 1918 г. – «Общество понтийцев» в Стамбуле; 1919 г. – «Центральный союз понтийских греков»; 1921 г. – «Центральный совет Понта»; «Греческий закавказский национальный совет» и др.

Созывались съезды понтийских греков: «Национальное собрание» греков Закавказья в Тифлисе (05 мая 1917 г.); съезд греков в Таганроге (29 июня – 10 июля 1917 г.); «1-й Всепонтийский съезд» в Марселе (04 февраля 1918 г.); «Всеобщая конференция», результатом которой стало создание «Национального совета Понта» (2–15 января 1919 г.).

Создавались вооруженные формирования понтийских греков: три греческих полка в составе русской армии в Трабзоне (1916 г.); «Кавказская греческая дивизия» (1917 г.), которая размещалась в Карсе и Маглисе; «Греческий военный корпус» в Закавказье (с 1918 г. по 1921 г.).

Как видим, греческие организации были разрозненными, но они имели общую идею – восстановление Византийской империи. Да, это кажется утопией, но восстановили же Польшу через 150 лет, а еврейское государство почти через 2 тысячи лет. А подсказала грекам эту идею… Екатерина Великая.

10 (21) сентября 1782 г. Екатерина отправил австрийскому императору Иосифу II письмо, вошедшее в историю под названием «Греческий проект». Екатерина утверждала, что в европейских владениях Порты христиан в пять или шесть раз больше, чем турок.

На освобожденных от турок землях предполагалось создать два полностью независимых государства: Дакию и Греческую империю. В составе Дакии должны были быть нынешние Молдавия, Румыния и часть Болгарии. Греция, южная Болгария, Македония и острова Архипелага должны были составлять Греческую империю со столицей в Константинополе. Для проектируемой империи был уже готов и император – Константин II. При этом наследник цесаревич Павел и его старший сын великий князь Александр должны заранее письменно отречься от всяких претензий на константинопольский престол.

Возможность реализации проекта – тема особая. Я лишь замечу, что «Греческий проект» отвечал чаяниям многих поколений греков.

Термин «Мегами Идеа» («Великая Идея») впервые прозвучал в речи премьер-министра Греции Иоана Колеттиса во время дебатов о Конституции, провозглашенной в 1844 г. Эта «идея» состояла в реставрации Византийской империи со столицей в Константинополе.