Читать онлайн «Рокоссовский. Солдатский Маршал». Страница 10

На аттестации командующий 5-й отдельной армией И. П. Уборевич (Уборявичус) написал 3 декабря следующее: «Заслуживает выдвижения на должность комбрига кав. не отдельной вне очереди».

Мнение командира и комиссара 5-й отдельной Кубанской кавалерийской бригады о необходимости командировать Рокоссовского на курсы не осталось без внимания. Осенью 1924 г. молодого командира направляют в Ленинград на учебу в Высшую кавалерийскую школу. Здесь К. К. Рокоссовский познакомился с Г. К. Жуковым, И. X. Баграмяном, А. И. Еременко, которые, как и он, стали впоследствии видными советскими полководцами.

Высшую кавалерийскую школу возглавлял В. М. Примаков, но вскоре его сменил известный теоретик кавалерийской тактики М. А. Баторский. Школа была преобразована в Кавалерийские курсы усовершенствования командного состава (ККУКС), время обучения сократили до одного года, что, естественно, еще больше увеличило нагрузку слушателей. Основное внимание на курсах уделялось изучению тактики, новых средств борьбы, умению организовать бой и осуществлять взаимодействие с артиллерией и танками. Изучалась также организация армий вероятных противников. По словам самого К. К. Рокоссовского, на курсах его чрезвычайно впечатлил рассказ одного из преподавателей-военспецов о немецком военном теоретике К. Клаузевице, одно время служившем в русской армии. И с тех пор Рокоссовский всегда стремился обогащать боевую практику глубоким изучением военной теории.

Слушатели курсов изучали методику проведения занятий по огневой подготовке и материальную часть оружия, состоявшего на вооружении конницы. По давней традиции, на высоком уровне велось обучение верховой езде, выездке, владению холодным оружием. Курсы являлись еще и своеобразной лабораторией конного спорта как прикладного вида для конных соединений, и слушатели по окончании курсов обычно становились в частях главными инициаторами широкого развития конного спорта. Рокоссовский вместе с Жуковым, Баграмяном и другими спортсменами курсов принимал активное участие во всех спортивных состязаниях. Кроме того, Константин Константинович значительную часть личного времени уделял фехтованию на саблях и эспадронах. Немногочисленные зрители становились свидетелями ожесточенных поединков: на эспадронах сражались друг с другом будущие Маршалы Советского Союза Жуков и Рокоссовский, причем успех чаще сопутствовал последнему.

Во время учебы в летние месяцы слушатели выезжали на полевую практику, где решали задачи по тактике действий конницы, совершенствовали технику верховой езды. Завершала полевую учебу длительная поездка по современной Новгородской области. В ее финале устраивался конный пробег от Новгорода до Ленинграда. Двухсоткилометровый путь преодолевали за сутки. Непосредственно перед выпуском была проведена большая военная игра.

Маршал Советского Союза И. Х. Баграмян, вспоминая о своей учебе в Ленинграде, писал: «Константин Константинович выделялся своим почти двухметровым ростом. Причем он поражал изяществом и элегантностью, так как был необычайно строен и поистине классически сложен. Держался он свободно, но, пожалуй, чуть застенчиво, а добрая улыбка, освещавшая его красивое лицо, притягивала к себе. Эта внешность как нельзя лучше гармонировала со всем душевным строем Константина Константиновича, в чем я вскоре убедился, крепко, на всю жизнь сдружившись с ним[38]».

По окончании курсов в августе 1925 г. Рокоссовского вновь направили в Забайкалье, где его ждали жена, уехавшая туда ранее, и только что появившаяся на свет дочь Ада.

6 сентября Рокоссовский снова вступил в командование полком, который стал именоваться 75-м кавалерийским полком. Но уже через неделю он получает повышение – становится исполняющим должность командира 5-й отдельной Кубанской кавалерийской бригады. Все основное внимание, как и прежде, Константин Константинович уделяет боевой и строевой подготовке, политической работе среди бойцов и командиров, а также оказывает помощь властям Бурят-Монгольской АССР в формировании национального бурят– монгольского кавалерийского эскадрона. Среди бойцов и командиров бригады Рокоссовский пользовался большим уважением и авторитетом. Генерал-майор в отставке М. И. Сафонов, проходивший службу в 5-й отдельной Кубанской кавбригаде красноармейцем, а затем заместителем командира взвода, писал: «Я сейчас, вспоминая то время, часто задумываюсь, за что же мы любили своего командира? За то, что старался больше бывать в эскадронах, а не в штабе? За то, что в казармах и на учебном поле учил нас, командиров, организации занятий? Или за то, что сам был застрельщиком и участником многих состязаний по боевой подготовке? Пожалуй, за все это, вместе взятое[39]».

1 июля 1926 г. Рокоссовский получил новое назначение – военным инструктором 1-й кавалерийской дивизии Монгольской народно-революционной армии. В течение двух лет он передавал весь свой богатый опыт монгольским командирам, помогая им в формировании и обучении кавалерийских подразделений и частей. В октябре 1928 г. Константин Константинович вернулся на Родину, получив назначение на должность командира и комиссара 5-й отдельной Кубанской кавалерийской бригады. Но уже в январе следующего года его направляют в Москву на Курсы усовершенствования высшего начальствующего состава (КУВНАС).

Преподаватели курсов, как правило, лучшие специалисты в области тактики и оперативного искусства, стремились помочь своим слушателям усвоить ряд важнейших оперативно-тактических и специальных тем, познакомить их с образцами новой техники и вооружения, которые в это время начали поступать в части Красной Армии.

В апреле 1929 г., завершив обучение на курсах, Рокоссовский вновь вернулся в Забайкалье. Теоретические знания предстояло теперь закрепить на практике при обучении бойцов и командиров 5-й отдельной Кубанской кавалерийской бригады. Но вскоре Константину Константиновичу пришлось опять вступить в бой.

Китайско-Восточная железная дорога (КВЖД) была построена на средства России в 1897—1903 гг. Согласно русско-китайскому договору 1896 г. она с момента постройки в течение 80 лет являлась собственностью «Общества Китайско-Восточной железной дороги». По истечении этого срока дорога бесплатно переходила в распоряжение китайского правительства. 31 мая 1924 г. в Пекине было подписано «Соглашение об общих принципах урегулирования вопросов между Союзом ССР и Китайской Республикой». Один из его пунктов предусматривал пересмотр прежнего устава «Общества КВЖД» и установление совместного советско-китайского управления дорогой на паритетных началах. Одновременно было заключено «Соглашение о временном управлении КВЖД», определившее ее статус как чисто хозяйственного, коммерческого предприятия и порядок совместной эксплуатации дороги, а также предусматривавшее сокращение срока ее аренды с 80 до 60 лет.[40]

Однако претворение в жизнь заключенного соглашения сразу же натолкнулось на серьезные трудности. К середине 20-х гг. Китай оказался поделенным между несколькими враждовавшими между собой милитаристскими группировками. Правитель Маньчжурии Чжан Цзолинь, не признававший пекинское правительство, подписал 20 сентября 1924 г. в Мукдене договор, в соответствии с которым к СССР перешло не только формальное, но и фактическое право пользования КВЖД. Но Чан Кайши, прежний союзник СССР, пришедший к власти в Китае 12 апреля 1927 г., принял решение захватить КВЖД. Эта задача возлагалась на нового правителя Маньчжурии маршала Чжан Сюэляна. Его войска заняли 10 июля 1929 г. телеграф по всей линии КВЖД, закрыли торговое представительство СССР, отделения Госторга и Совторгфлота, отстранили от должности управляющего дорогой и арестовали более 200 советских работников, которые затем подверглись насилиям и издевательствам со стороны китайских властей.

Вдоль советско-китайской границы началось сосредоточение маньчжурских войск и отрядов, сформированных из русских эмигрантов. Правительство СССР 13 июля заявило решительный протест по поводу беззаконных действий китайских властей и предложило начать переговоры с целью мирного урегулирования конфликта. Но данное предложение не было принято, а потому 17 июля Правительство СССР сообщило китайскому правительству об отзыве своих официальных представителей, прекращении железнодорожной связи между обеими странами, и предложило китайским дипломатам немедленно покинуть пределы Советского Союза. С этого момента события приобрели необратимый характер. Посредничество Франции и США с целью урегулирования возникшего конфликта не увенчалось успехом. 20 июля Чан Кайши обратился к армии с призывом к борьбе против СССР.

Резкое обострение отношений с Китаем потребовало принятия экстренных мер по укреплению дальневосточных границ Советского Союза, поэтому Реввоенсовет СССР 6 августа 1929 г. постановил «объединить все вооруженные силы, ныне расположенные на территории Дальнего Востока, в армию, присвоив ей наименование «Особая Дальневосточная армия[41]». Командующим армией был назначен В. К. Блюхер.