Читать онлайн «Убийство демократии: операции ЦРУ и Пентагона в период холодной войны». Страница 161

В декабре 1980 года репортер «Нью-Йорк тайме» Рэймонд Боннер (Raymond Bonner) спросил Хосе Наполеона Дуарте (Jostt Napolfion Duarte): «Почему в горах были партизаны?». Дуарте, только что ставший президентом правящей хунты, удивил Боннера своим ответом: «Пятьдесят лет лжи, пятьдесят лет несправедливости, пятьдесят лет разочарований. Это история людей, умирающих от голода, живущих в нищете. Пятьдесят лет у таких же людей была вся власть, все деньги, все рабочие места, все образование, все возможности» [2].

После знаменитого крестьянского восстания 1932 года, потопленного в крови, реформистское правительство было у власти лишь дважды: в течение девяти месяцев в 1944-м, затем в 1960 году. Второй случай прихода реформистов к власти был вызван волнениями нескольких тысяч студентов Национального университета, проводивших акцию протеста против ущемления гражданских свобод. Правительство вывело против них полицейские отряды, которые принялись методично крушить офисы, кабинеты и лаборатории, избили президента университета, убили библиотекаря, кололи студентов штыками и изнасиловали десятки девушек. Наконец, когда студенты собрались заново, войска открыли по ним прямой огонь.

Кровавый инцидент стал одним из поворотных моментов для группы младших армейских офицеров. В Октябре они устроили переворот с целью проведения основных социальных и политических реформ. Но новое правительство продержалось всего три месяца и было свергнуто в результате контрпереворота, в котором, как сообщается, участвовали США [3]. Доктор Фабио Кастильо (Fabio Castillo), бывший президент Национального университета и член свергнутого правительства, свидетельствовал перед Конгрессом США несколько лет спустя, что в процессе свержения правительства реформ американское посольство сразу же начало «вмешиваться напрямую», а «члены военной миссии США открыто призывали к заговору и восстанию» [4].

На протяжении 1960-х годов разнообразные американские специалисты занимались в Сальвадоре усилением и совершенствованием аппарата государственной безопасности и силового аппарата по борьбе с повстанцами: полиции, национальной гвардии, армии, сетей связи и разведки, а также координации с коллегами из других стран Центральной Америки. Как оказалось, эти силы и средства были приведены в состояние готовности для проведения повсеместных репрессий и развязывания войны. Годы спустя газета «Нью-Йорк тайме» отмечала:

«В Сальвадоре американская помощь была использована для подготовки сотрудников полиции в 1950— 1960-х годах, многие офицеры трех департаментов полиции позже стали лидерами правых «эскадронов смерти», убивших десятки тысяч человек в конце 1970-х и начале 1980-х годов» [5].

Если в 1960-е годы аппарат госбезопасности в Сальвадоре нельзя было обвинить в крупномасштабной кампании убийств, пыток или исчезновений политических оппонентов, как в Гватемале и других странах Латинской Америки, то это было связано скорее с незначительной степенью открытого инакомыслия и беспорядков, чем с уважением прав человека. Оппозиционные группы, которые не были объявлены вне закона, считались безобидными; раздутые от голода животы крестьянских детей вообще не рассматривались в качестве угрозы.

Поскольку даже милитаристы считали необходимым соблюдать видимость законности, в течение 1960-х годов определенным политическим организациям, состоящих в основном из представителей городского среднего класса, было разрешено выдвигать кандидатов в муниципальные и законодательные органы. Они в этом преуспели, хотя подсчитываемые правительством результаты выборов последовательно оставляли оппозицию в меньшинстве в законодательных органах, то есть фактически без реальной власти. В 1967 году правительство разрешило участие в первых выборах на пост президента нескольким партиям, впервые с 1931 года. После объявления своей Партии национального примирения (El Partido de Conciliation National, PCN) победителем, правительство оперативно запретило одну из главных конкурирующих — Истинную революционную партию (Partido Autentico Revolucionario, PAR) — на том основании, что она поддерживает принципы, «противоречащие Конституции». По словам представителя PAR, «принципом», о котором шла речь, являлась поддержка аграрной реформы. Другой источник сообщает, что партия была объявлена вне закона «якобы за распространение коммунистической идеологии» — в рамках системы ценностей правительства «незаконный» и «коммунистический» могло значить одно и то же [6].

В 1972 году была сформирована левоцентристская коалиция (UNO), выдвинувшая христианского демократа Хосе Наполеона Дуарте (Jose Napoleon Duarte) в качестве кандидата в президенты. Хотя UNO столкнулась с насилием в отношении своих кандидатов и участников кампании, в том числе с убийством помощника Дуарте и саботажем радиопередач коалиции, наступивший день выборов был полон больших ожиданий для UNO. Через два дня после голосования центральная избирательная комиссия после первого объявления о победе Партии национального примирения потрясла всех, объявив, что пересчет голосов показал: победителем стала левоцентристская коалиция — UNO. Правительство быстро наложило запрет на освещение выборов в СМИ, и в течение следующих двух дней о результатах выборов ничего не было слышно. На третий день избирательная комиссия объявила, что победителем все-таки стала Партия национального примирения.

Чтобы сохранить бразды правления в своих руках, в 1974 и 1976 годах на выборах в законодательные органы, а затем в 1977 году на президентских выборах, власти использовали такой же творческий подход при подсчете голосов наряду с грубым физическим запугиванием кандидатов, избирателей и наблюдателей [7].

Массовая демонстрация после выборов 1977 года, организованная против их фальсификации, была окружена правительственными силами безопасности, которые открыли огонь и устроили кровавую бойню. Число погибших измерялось сотнями. Сразу же после этого лидеры UNO были отправлены в ссылку, а сторонники партии подверглись арестам, пыткам и убийствам [8]. Президент страны полковник Артуро Молина (Arturo Molina) возложил вину за протесты на «иностранных коммунистов». Его ответом на обвинения в фальсификации выборов была фраза: «Только Бог совершенен» [9].

Правительственное политическое насилие такого рода продолжалось местами в 1960-х, но стало обычным явлением в 1970-е годы, поскольку все больше и больше сальвадорцев, разочарованных в выборах как средстве достижения социальных изменений, готовы были выразить свой протест другими средствами. Пока одни ограничивались воинственными демонстрациями, забастовками и захватами территорий, все большее число людей обращалось к актам городской партизанской войны — убийствам лиц репрессивного аппарата, взрывам и похищениям людей с целью выкупа. Правительство и военизированные правые группы парламента, называвшие себя в современном стиле «эскадронами смерти», ответили кампанией, направленной против лидеров профсоюзов, крестьянских организаций и политических партий, а также священников и религиозных деятелей. «Будь патриотом — убей священника!» — таким был лозунг одного из «эскадронов смерти». Служители церкви были обвинены в обучении крестьян подрывной деятельности, которую сами люди называли Словом Божьим — и это происходило в стране, единственной в мире названной в честь Христа. ЦРУ и американские военные играли важную роль в организации работы органов безопасности, из которых вышли «эскадроны смерти». С помощью средств наблюдения ЦРУ регулярно поставляла в эти учреждения информацию о местонахождении различных людей, будущих жертв «эскадронов смерти» [10].

В октябре 1979 года группа заговорщиков, состоявшая из младших офицеров, уставших от участия в регулярных правительственных массовых убийствах демонстрантов и забастовщиков, желая восстановить «доброе имя» военных, свергла генерала Карлоса Ромеро (Carlos Romero) с поста президента и пришла к власти в результате бескровного переворота. Ряд видных гражданских политических деятелей получил должности в новой администрации, представившей впечатляющую программу реформ. Но ей не суждено было осуществиться. Молодые и политически неопытные офицеры быстро ассимилировались со старшими консервативными офицерами, шло давление и со стороны Соединенных Штатов, требовавших поставить на ключевые позиции определенных военных [11]. Гражданские члены правительства оказались не в состоянии вести контроль над вооруженными силами и были сведены к функции реформистского камуфляжа.

Вашингтон поддержал свержение жестокого режима Ромеро. Всего лишь три месяца назад сандинисты свергли диктатуру Сомосы в Никарагуа, и администрация Картера не хотела рисковать потерей второго клиента в Центральной Америке за такой короткий промежуток времени, поэтому пошла на уступки, чтобы управлять процессом.

Между тем силы безопасности продолжали расстреливать толпы людей: число жертв за один лишь первый месяц «реформистского» правительства было больше, чем за первые девять месяцев года. В январе 1980 года почти все гражданские лица ушли в отставку из отвращения к правительству [12]. Опыт этого переворота стал той соломинкой, которая переломила хребет многим умеренным и либералам, а также членам компартии Сальвадора, которые все еще питали надежды на мирные реформы. Коммунистическая партия поддержала новое правительство, даже содействовала работе министра труда, «потому что мы считаем, что он собирается выполнять свои обещания и способствовать демократизации страны». Компартия стала последней левой группой, присоединившейся к партизанским силам [13].