Читать онлайн «Тайное проникновение. Секреты советской разведки». Страница 100

Не желая подтверждать или опровергать связь этой реорганизации с делами Прайма и Уокера, полагаю, что поток ценных материалов от этих агентов потребовал значительного расширения соответствующих управлений.

Когда эта глава была написана, в американском журнале «Вашингтон пост мэгэзин» появилось интервью бывшего резидента внешней разведки в Вашингтоне Бориса Александровича Соломатина (За рубежом. 1995, 2–8 июня). Б. Соломатин сыграл главную роль в вербовке Уокера, когда в октябре 1967 года он инициативно появился в посольстве СССР в Вашингтоне и предложил секреты ВМС США в области шифров. Соломатин пошел на риск и принял предложение. Если бы Уокер был провокатором, это дорого бы обошлось. В пользу искренности Уокера говорил наш опыт, люди, имеющие отношение к шифрам, не используются в качестве двойных агентов. Шифр и шифровальная техника слишком важны, чтобы рисковать их секретами, разумно посчитал резидент.

В интервью Соломатин высказал мнение, что «в истории шпионажа не было провала в области безопасности такого масштаба и такой продолжительности по времени». Что касается сроков, то это бесспорно, а в части масштаба, то, вероятно, операция Уокера вполне сравнима с операцией «Карфаген». Прав, по-моему, Соломатин, высказавший мнение, что «в определенной мере Уокер помог обеим странам избежать ядерной катастрофы». Действительно, информация Уокера и других источников позволяла принимать трезвые, взвешенные решения, а также профилактические меры против возможности внезапного нападения.

Охота за шифрами, как я уже неоднократно отмечал, из-за их особой роли в ознакомлении с «чужими» секретами, ведется всеми спецслужбами мира неустанно, с тех пор, как они, шифры, появились и вошли в употребление в линиях связи секретного характера. Но наиболее совершенную форму разведывательные операции по добыче шифров приобрели сравнительно недавно.

Вот, например, в 1904 году всего за насколько недель до начала русско-японской войны, агент русской охранки Манасевич-Мануйлов, действуя под прикрытием журналистской деятельности, сумел раздобыть экземпляр шифра, которым пользовалось японское посольство в Гааге (Родан Р. Очерки секретной службы. Из истории разведок. СПб.: Логос-СПБ, 1996).

Другой случай изъятия и копирования английского шифра путем операции ТФП в британское посольство в Петербурге, о котором я уже упоминал, относится к 1906 г. Тогда английское посольство знало о фактах проникновения к их секретным архивам и хранилищам, но так и не смогло надежно защитить от этого свои помещения, поскольку агенты русской «охранки» имели своих агентов, работающих в посольстве.

Одной из ранних операций ТФП с целью добычи шифра была операция по изъятию шифра из китайского посольства в 20-х годах, проведенная Петром Леонидовичем Поповым, талантливым разведчиком-самоучкой, по профессии судовым механиком с канонерской лодки «Манджур», охранявшей в царское время рыбные промыслы в районе Камчатки. Об этом оставшемся малоизвестным российском разведчике, обладавшем аналитическим складом ума и необыкновенной смелостью, поднявшемся до уровня высококвалифицированного профессионала, подробно рассказал В. Гоголь.

Пользуясь завоеванным авторитетом у китайских властей и посла Китая в СССР Ли Тьяао, Попов получил свободный доступ в китайское посольство в Москве. Изучив обстановку там, он составил план получения слепков с ключей от сейфа, в котором находились шифрдокументы. Отключив отопление здания посольства перед очередным визитом туда, Попов по просьбе хозяев занялся проверкой всей отопительной системы и получил доступ в зону безопасности. Проверяя там отопительные батареи, он улучил момент и снял нужные слепки с ключей, лежавших на столе шифровальщика. Имея ключи от сейфа, изъятие шифра осуществили без затруднений (Гоголь В. Бомба для Сталина. М., 1996).

Другой замечательный советский разведчик-нелегал Дмитрий Александрович Быстролетов в 1930 году наладил регулярное снабжение Центра шифрами и кодами трех европейских государств.

Внешняя разведка в 1935 году в Голландии, в 1938 году в Австрии, в 1940 году в Швейцарии добывала английский дипломатический шифр, который позволил ей иметь доступ к секретной переписке МИД Англии и британской разведки. Благодаря этому внешняя разведка смогла своевременно информировать советское правительство о подготовке «мюнхенского сговора» Англии и Франции с Германией и Италией за спиной СССР (Гоголь В. Бомба для Сталина. М., 1996).

Позже, в преддверии и во время Второй мировой войны, вскрытие иностранных шифров превратилось в важнейшую задачу специальных служб.

Еще в Первую мировую войну в этой области особыми успехами могли похвалиться дешифровальщики Англии. Я упоминал о том, как они раскрыли немецкий шифр с помощью документов, добытых русскими водолазами с потопленного германского крейсера. Что отличало англичан в ту пору, так это умение оперативно использовать в свою пользу добывавшуюся путем дешифрования разведывательную информацию.

Не меньшее искусство показала английская разведка и британская криптологическая служба в период Второй мировой войны. В 1941 году они раскрыли секрет японского шифра и читали телеграммы, которыми Токио обменивалось со своим посольством в Берлине. Об этом свидетельствует получение англичанами телеграммы японского посла в Берлине в свой МИД в Токио, в которой сообщалось, что послу стало известно о предстоявшем нападении Германии на СССР.

Англичане сообщили об этом в общем виде, конечно, но без ссылки на источник, который они тщательно скрывали от советского руководства. Такое весьма общее сообщение от Черчилля, которому Сталин совершенно не поверил, было сочтено за провокационную дезинформацию, направленную на обострение советско-германских отношений.

Теперь представьте себе, как мог бы отреагировать Сталин, если бы ему сообщили об источнике и тем более показали расшифрованную телеграмму японского посла. Вот так недоверие часто делает самые надежные сведения бесполезными.

В то же время получение в ноябре 1941 года содержания телеграммы МИД Японии своему послу в Берлине с указанием сообщить Гитлеру, что Япония не намерена нападать на Советский Союз, так как имела другие, антиамериканские планы, позволило нашему правительству снять часть дальневосточных войск и перебросить их на германский фронт. Это укрепило оборону Москвы и ускорило начало первого мощного наступательного удара против немцев, приведшее в конечном итоге к их сокрушительному поражению под Москвой.

В этом случае Сталин не имел оснований не верить информации, так как она была получена нашими спецслужбами путем самостоятельной расшифровки японского шифра в дополнение к сообщениям Зорге.

Вот еще ряд примеров из истории. В 1920 году между правительственными делегациями пяти военно-морских держав: США, Великобритании, Франции, Италии и Японии, состоялись ответственные переговоры по поводу пакта, определяющего размеры их военно-морских сил. Пакт должен был определить соотношение между флотами, выраженное в тоннаже.

Американская делегация предложила принять равное соотношение своего флота с английским, а с Японией в отношении 10 к 6. При этом имелось в виду, что в этом соотношении каждый пункт означал 100 тысяч тонн водоизмещения основных судов (примерно 3 боевых корабля).

Японская делегация настаивала на соотношении 10 к 7 и не хотела уступать. Конференция оказалась в тупике.

В этот момент американские дешифровальщики, уже раскрывшие японский дипломатический шифр за год до указанной конференции, прочитали телеграфное указание Токио своей упорно сопротивлявшейся делегации внести предложение о соотношении 10 к 6,5. Но поскольку Япония не хотела бы идти на обострение отношений с США, то в конце концов делегации предлагалось соглашаться и на соотношение 10 к 6.

Получив такую важную информацию, американская делегация и добилась своего (Бамфорд Дж. Дворец головоломок. Лондон, 1983).

Американские криптологи в работе над японскими шифрами добивались, можно сказать, систематических успехов. Они сумели разгадать новый их шифр, когда в 1935 году он был введен, и снова стали читать практически всю японскую телеграфную переписку. В 1939 году японцы вновь сменили шифры, но уже 25 сентября 1940 года американские криптологи раскрыли и их. Таким образом, правительство США знало о намечавшейся японской агрессии против США заранее.

Кажется, в процессе американо-японской войны американцы многому научились на горьком опыте Перл-Харбора. Читая переговоры японских боевых кораблей, они упреждали все их действия, о которых узнавали заблаговременно.

Агент внешней разведки Руперт, сотрудник американской криптографической службы, сообщал в феврале 1945 года, что американские специалисты уделяли большое внимание перехвату и расшифровке телеграмм, которыми обменивались МИД Японии и ее посол в СССР; последний часто встречался с Молотовым. Японский посол добивался от Москвы заключения договора о ненападении. Читая телеграммы посла, американские руководители убеждались в том, что Москва ведет честную игру в отношении США.