Читать онлайн «Очерки истории российской внешней разведки. Том 4». Страница 104

Оба помощника «Фелипе» также занялись подбором людей, и уже к осени 1941 года было положено начало комплектованию нелегальной организации.

Поначалу, однако, предстояло выяснить, какое конкретно стратегическое сырье, в каких объемах и какими способами закупается для немцев, как и куда транспортируется перед отправкой через океан. Для сбора такой информации были использованы все имевшиеся у подпольщиков связи в деловых кругах Аргентины. Одновременно аналогичная задача решалась и по Чили, где у «Фелипе» было несколько надежных друзей и куда он несколько раз выезжал в течение военных лет.

Через некоторое время ситуацию удалось прояснить. Оказалось, что в Германию вывозилась главным образом чилийская селитра — исходный материал для изготовления взрывчатых веществ. В 1942 году, например, немцы импортировали из Чили около 100 тысяч тонн этого сырья. Кроме того, закупались индустриальные масла, зерно, хлопок, табак, отдельные виды продовольствия. Грузы переправлялись в Европу как из чилийских портов, так и — в особо больших количествах — из Буэнос-Айреса, наиболее крупного и технически оснащенного порта атлантического побережья.

Поскольку использовать морские суда под своим флагом немцы не могли из-за плотной англо-американской блокады морских коммуникаций, перевозчиками служили корабли государств, которые официально объявили о своем нейтралитете — Португалии, Испании, Швеции. В основном грузы следовали в порты самой Германии, но некоторая их часть выгружалась в Португалии и Испании, откуда судами каботажного плавания или тяжелогрузным автотранспортом доставлялась в оккупированную немцами Францию.

Начались длительные раздумья о наиболее подходящих способах проведения диверсий. Ни «Фелипе», ни его товарищи ранее никогда подобными делами не занимались. Кроме самых примитивных представлений о технике организации пожаров, взрывов, почерпнутых из американских кинобоевиков, ни у кого не было ясного представления о том, какими могут быть диверсионные средства. Рассматривались самые различные варианты, порой явно нереальные, иногда даже наивные. Вычитали как-то из сельскохозяйственного пособия, что зерновые подвержены некоторым грибковым заболеваниям. Возникла идея — организовать таким методом порчу зерна на складах, где оно хранилось в ожидании отправки в Германию. В одном из писем в Центр в 1942 году «Фелипе» писал: «…Пытаемся устроить заражение пшеницы лишаем…». Однако замысел остался нереализованным. В этих же целях намечалось использовать… саранчу. Для определения ее способности пожирать большие массы зерна провели эксперименты: специально отловленная саранча выпускалась в зерновой «склад», оборудованный в подвале одного городского дома. И хотя первые опыты дали обнадеживающие результаты, от этой задумки пришлось отказаться: основные зерновые склады располагались на периферии, а там трудно было подбирать надежных исполнителей.

В конце концов решили, что самым подходящим способом диверсий может стать поджог. Приняли вариант зажигательного сна' ряда с воспламенителем на основе химической реакции и с возможностью регулирования момента зажигания во времени. Определили основные объекты диверсий: грузы, находящиеся на складах и в пути из хранилищ в порт Буэнос-Айреса, а также сами суда-перевозчики.

Стало необходимым подобрать специалиста, способного разработать химическую основу и конструкцию зажигательного снаряда. Такого человека нашел «Марчелло», ему присвоили псевдоним «Доминго». Это был аргентинец, имевший, по его собственному утверждению, «незаконченное высшее химическое» образование. По специальности не работал, переключился на коммерцию, но успеха не достиг. По собранным отзывам, это был честный, скромный, не очень молодой человек с не до конца сформировавшимися политическими убеждениями. В то же время являлся пацифистом, осуждал фашизм как систему с ее агрессивной сущностью. «Марчелло» углубил с ним отношения и предложил ему оказывать помощь «подпольному антифашистскому движению». Разъяснил, что конкретно от него ожидается. Получил согласие, и организация пополнилась ценным специалистом, преданным работником. (Забегая вперед, отметим, что все последующие участники диверсионной группы привлекались к работе исключительно на антифашистской основе. Ни к каким иным мотивам — материальная заинтересованность и др. — не прибегали.)

После долгих недель кропотливого труда «Доминго» разработал химическую смесь и принципиальную схему устройства зажигательного снаряда. Опуская здесь технические детали, укажем лишь, что компоненты зажигательной смеси можно было найти в свободной продаже, а конструкция позволяла «заводить» снаряд на заранее заданный срок, с замедлением от 1–2 суток до двух недель. Корпус снаряда изготовлялся из латуни. Собиралось изделие при строгом соблюдении последовательности операций: установка детонатора, заливка зажигательной смеси и т. д. Положение при переноске снаряда — вертикальное. С момента его поворота в горизонтальное положение начиналась химическая реакция, после чего через заданный промежуток времени зажигательная смесь вспыхивала. Под давлением газов и высокой температуры латунный корпус разрушался и пламя вырывалось наружу.

…Значительно позже в Центре решили проверить действительную способность этих снарядов. В техническую службу НКГБ СССР передали рабочий блокнот «Доминго» с соответствующими записями и чертежами. Вот выписка из экспертного заключения специалистов от апреля 1945 года: «…Представлены чертежи и описание зажигательного снаряда кустарного изготовления, состоящего из… (следует перечень деталей устройства. — Прим. авт.).

Вывод: приспособление может служить для зажигания горючих и трудновоспламеняемых материалов».

Из письма «Фелипе» в Центр от 29 мая 1942 года: «Для работы с термитными бомбами организовал лабораторию, где имею двух человек, занятых специально в этом деле».

Только после войны стали понятнее эти скупые строки военного донесения. «Лаборатория» — это, конечно, непроизвольное преувеличение. В действительности это было полутемное подвальное помещение, походившее скорее на склад давно отслуживших свой век вещей. Там и хозяйствовал «Доминго» со своим помощником.

Изготовлением металлической оснастки занимался аргентинец «Оскар», квалифицированный слесарь. Знающий себе цену, солидный, семейный человек, он по совету «Тинто» устроился работать в морской арсенал в порту, на объект, который сам по себе представлял разведывательный интерес. По переданным ему чертежам он в короткий срок освоил изготовление металлических частей снаряда и деталей для детонатора. Затем сам постоянно совершенствовал их. Учитываемый в арсенале дорогостоящий металл — латунь — доставал методом, который законодательством всех стран квалифицируется как хищение. На случай вопроса со стороны мастера, который заметил бы на станке постороннюю деталь, имелось объяснение: поделка для дома или «левая» работа. Обычная в те годы жизненная ситуация.

Для оперативных надобностей «Марчелло» подобрал в столице восемь помещений. Содержал их обслуживающий персонал состоятельных домовладельцев: дворники, садовники, смотрители зданий. Чаще всего это были семейные пары и в их распоряжении всегда находились нежилые помещения — подвалы, сараи, чуланы.

Важнейшим звеном формировавшейся организации должны были стать непосредственные исполнители диверсионных акций. Подбирали их с особой тщательностью, и в результате удалось скомплектовать группу из восьми смельчаков. Упомянем их здесь, чтобы сохранить для истории имена этих отважных борцов с фашизмом на далеком фронте.

Вержбицкий Феликс Клементьевич, поляк, уроженец Западной Украины, рабочий-ремонтник в портовых доках. Одновременно был помощником «Доминго» по сборке зажигательных снарядов. Почти ежедневно он приходил в «лабораторию» — рано утром или по вечерам, в зависимости от смены в порту, здесь же проводил выходные дни. Кузнецу по профессии, получившему лишь начальное образование и имевшему прежде дело лишь со сваркой и ковкой металла, ему непросто было переключиться на «тонкую» работу с аптекарскими весами при подготовке зажигательных смесей, действовать при этом в резиновых перчатках, чтобы на металле не оставлять отпечатков пальцев. Он отменно справлялся с этим делом.

Фурдас Григорий Иванович, украинец, в портовых доках выполнял малярные работы.

Яремчук Григорий, украинец, двоюродный брат Фурдаса, матрос на портовых баржах.

Борисюк Павел Степанович, украинец, портовый разнорабочий.

Яков (фамилия не установлена), выходец из Западной Украины, рабочий припортового склада.

«Матис», испанец, по совету «Тинто» покинул прежнюю работу в городе и устроился грузчиком в порту.