Читать онлайн «Фронтовые разведчики. «Я ходил за линию фронта»». Страница 76

Почему же лейтенант не добился успеха? Только ли он виноват в этом?

Вся беда в том, что поиски проводились здесь на узком участке фронта, никто не отвлекал противника в других местах. Они начинались в обычное, уже установившееся время — в 2–3 часа ночи. Все это было слишком понятно для противника. Кроме того, разведчики ничего не знали о привычках врага, находящегося перед ними, о режиме его поведения, быте и обо всем том, что способствовало бы выполнению задачи. Ведущееся днем наблюдение было поверхностным, подслушивание ночью не велось.

Разведкой удалось лишь установить незаминированные пути подхода к переднему краю вражеской обороны, но ведь этого слишком мало. Командир части, организующий поиск, понадеялся, что лейтенант Кучеренко со своими разведчиками сумеет добыть необходимые данные о противнике и объекте. В данной обстановке командиру части должно быть совершенно очевидно, что нельзя проводить поиск на одном и том же участке, да еще в одно и то же время. А почему бы не предпринять активные действия разведчиков на других участках фронта и в другое время, не видоизменить способы действий подразделений в поиске?

Некоторые командиры, к сожалению, считают провал поиска незначительной неудачей. Это, мол, не проигранный бой: нет «языка» сегодня — будет завтра или послезавтра.

Таким суждениям не может быть места в современном общевойсковом бою. Противник может безнаказанно перегруппироваться, организовать наступление на том или другом направлении, вывести или подвести новые подразделения.

Можно, конечно, сказать, что разведка не ограничивается проведением поиска и захватом контрольного пленного. Имеется много других способов и средств разведки, применяя которые можно определить, что делает противник и к чему он готовится. Однако не следует забывать и опыт войны, когда говорили: «День без „языка“ — это неприятное происшествие». И если так случается, то на следующий день должны быть предприняты чрезвычайные меры: изменены способы действий разведывательных органов, время и направления их действий, привлекаемые силы и средства, наконец, что имеет немаловажное значение, проявлена находчивость, военная хитрость и решительность в действиях.

Как уже говорилось, успех поиска зависит от внезапности действий разведчиков. Это, пожалуй, самое главное и вместе с тем самое трудное в организации и проведении поиска. Действительно, можно добиться внезапности действий раз или два. Но как этого достигать ежедневно? Скептики считают такую задачу трудно разрешимой. Между тем если достаточно скрупулезно изучить противника, присмотреться к его привычкам и повадкам, не пропускать ни одного его шага, то можно каждый раз находить новые способы действий и добиваться успеха в разведывательной деятельности наших войск. Об этом всегда помнили разведчики в Великую Отечественную войну, не должно забывать эти принципы молодое поколение советских воинов и теперь.

Засада как способ разведки заключается в заблаговременном и скрытном расположении подразделения (группы) на ожидаемом или вероятном пути движения одиночных военнослужащих или небольших групп противника для внезапного нападения на них с целью захвата пленных, документов, образцов вооружения, боевой техники или снаряжения.

По опыту минувшей войны засады устраивались как при подготовке наступления, так и в ходе боевых действий в любое время суток и любую погоду. Места для засад выбирались вблизи троп, дорог, преднамеренно поврежденных линий проводной связи, у источников воды, переправ, мостов, в проходах заграждений, ходах сообщения и других местах, где наиболее вероятно появление одиночных солдат, офицеров или небольших групп противника.

В зависимости от обстановки засады устраивались на переднем крае противника, перед передним краем наших передовых (охраняющих) подразделений, в расположении своих войск, а также в глубине расположения противника.

Объектом нападения при действиях в засаде обычно являлись: одиночные солдаты (связной, офицер связи, подносчик боеприпасов), небольшие группы солдат и офицеров, следующие в пешем порядке или на наземных средствах передвижения, подразделения разведки и охранения и т. п.

Засада по сравнению с другими способами разведки имеет ряд преимуществ. Подразделение (группа), находящееся в засаде, всегда располагает большими возможностями для внезапного нападения, так как противник, не подозревая об опасности, неожиданно попадает в руки разведчиков и не в состоянии оказать организованного сопротивления. Действуя из укрытия с близкого расстояния, разведчики могут небольшими силами и в короткое время успешно выполнить задачу и нанести противнику потери. В годы Великой Отечественной войны внезапное нападение из засады в большинстве случаев завершалось захватом пленных, документов, образцов вооружения или боевой техники противника. Вот несколько примеров.

Допросом пленных, принадлежащих 28-й легкой пехотной дивизии, было установлено, что на участке южнее Котовицы одна из частей их дивизии сменилась прибывшими из глубины подразделениями.

Командование поставило начальнику разведки дивизии задачу — захватив пленных и документы, установить в районе Котовицы группировку частей противника и его намерения.

Перед передним краем обороны противника р. Волхов, покрытая льдом, ширина которой в этом районе от 100 до 150 м. От западного берега р. Волхов до переднего края обороны немцев местность открытая, с болотными порослями и подъемом в сторону противника, оборона которого состояла из дзотов (расположенных один от другого на расстоянии 200–250 м) и открытых пулеметных площадок. В глубине обороны, в 100–125 м от огневых точек, находились жилые землянки на четыре-восемь человек каждая. Перед передним краем обороны противника имелось проволочное заграждение в два кола и минное поле в два ряда.

Порядок подготовки и проведения засады. Начальник разведки дивизии майор Ковалев наметил район действий в 200 м северо-восточнее Котовицы и решил захватить пленного методом засады. Местность впереди объекта простреливалась двумя пулеметами противника.

Разведывательная группа, состоящая из 16 человек, была разбита на три подгруппы: разграждения — три человека, прикрытия — шесть человек и захвата — шесть человек. Старший подгруппы захвата — старший сержант Кунявский.

В течение трех суток разведчики вели непрерывное подслушивание и наблюдение за противником. Были засечены огневые точки противника, определен режим его огня и намечены пути подхода к переднему краю. Кроме того, установили, что противник пользуется для связи между дзотами траншеей, причем днем посыльные ходят

по траншеям очень редко, а с наступлением темноты движение увеличивается. Решили организовать засаду ночью непосредственно в траншее противника.

К огневому обеспечению действий разведывательной группы привлекались артиллерийский дивизион и три станковых пулемета. Ночью, накануне выступления разведчиков, орудия были выдвинуты на заранее подготовленные позиции.

15 декабря в 18 часов разведчики переправились по льду на западный берег р. Волхов. Командир разведывательной группы лейтенант Мулин выслал подгруппу разграждения для проделывания прохода в заграждениях противника. Через 45 минут от подгруппы разграждения прибыл связной, доложивший о готовности прохода.

Бойцы подгруппы захвата, пройдя проход в проволочном заграждении, подползли к намеченному объекту. Вслед за ними двигалась подгруппа прикрытия, которая расположилась левее подгруппы захвата. Подгруппа разграждения охраняла проход в проволочном заграждении.

Через 10–15 минут в траншее показались три немецких солдата, громко разговаривавшие. Когда гитлеровцы поравнялись с разведчиками подгруппы захвата, старший сержант Кунявский скомандовал: «Руки вверх!» Немцы подняли крик и стали стрелять из винтовок. Разведчикам пришлось открыть огонь из автоматов. Двое немцев были убиты, а третьего — раненого — разведчики взяли в плен и начали отходить в свое расположение. Вдруг из расположенной справа землянки выбежало еще несколько гитлеровцев. Солдаты подгруппы прикрытия уничтожили их гранатами и огнем из автоматов. Когда подгруппа захвата отошла к проволочному заграждению, командир разведывательной группы дал сигнал «три красные ракеты». Артиллерия и пулеметы открыли огонь.

Разведывательная группа под прикрытием огня артиллерии отошла на восточный берег р. Волхов, захватив в плен раненого немецкого солдата 2-й роты 561-го штрафного батальона. На допросе пленный показал, что 49-й пехотный полк 28-й легкой пехотной дивизии, действительно переброшенный на другой участок фронта, заменен штрафным батальоном. Кроме пленного, были захвачены трофеи — две винтовки и один ручной пулемет.