Читать онлайн «Три путешествия». Страница 29

Река Сиам — это поток, который берет свое начало в великом Ганге, и уровень его воды повышается и спадает вместе с ним [25]. Когда вода подымется так, что она, судя по времени года, уже должна спадать, то, принимая это во внимание, король поднимается вверх по реке на судне, позолоченном внутри и снаружи, как будто сделанном из чистого золота. Он садится на стул или трон из цельного золота с балдахином, украшенным алмазами и другими неоценимыми драгоценными камнями. Он окружен высшим дворянством и рядом с ним первосвященник. Все свободное место и все проходы на этом великолепном судне заполнены музыкантами и украшены флагами и вымпелами. За этим судном следует множество других, несколько тысяч маленьких суденышек. Тем временем со всех сторон стекаются миллионы народа и занимают берега. Затем король пересаживается из своего судна в маленький кораблик, где первосвященник подает ему золотой меч, и в то время, когда он дает благословение и приносит жертву, король трижды рассекает воду и, как бы наделенный божественным могуществом, приказывает ей отступить. Невежественные и легковерные люди с таким благоговением и изумлением смотрят на это дурачество, что принимают его за большое божественное чудо.

Отъезд из Сиама. Захватывают джонку. Камбоджцы в лодке оставлены без весел и паруса. Прибытие на остров Формозу. Джонка гибнет со всем народом на ней. Описание острова Формозы: его плодородие, изобилие скота и зверей, употребляемых в пищу. Тайованский черт — зверь особой породы. Наружность и обычаи жителей острова Формозы. Мужчину с множеством хвостов сжигают живьем. Одежда жителей. Их привычки.

Тем временем корабль нагрузили товарами, за которыми мы приезжали сюда, главным образом оленьими шкурами, сандаловым дереном, амараком, являющимся краской, из которой в Японии изготовляют черный сургуч. Когда мы покончили с делами в Сиаме, то пустились в дальнейшее путешествие, и 12 апреля отправились на Тайвань или Формозу. Когда мы были вблизи рифа Парасоль (Pracel), нас нагнала шедшая по ветру джонка, на которой развевался голландский флаг. Мы их приняли за разбойников. Поэтому наш шкипер решил выбросить часть груза с корабля, чтобы можно было лучше защищаться, но, когда джонка приблизилась, мы увидели, что это купеческое судно. Тут наш шкипер крикнул, чтобы кто-нибудь явился к нам на борт и предъявил бумаги, но мы получили в ответ, что их шлюпка в неисправности. Тогда мы спустили лодку с большим числом хорошо вооруженных людей и потребовали паспорт, но его не оказалось; мы захватили их, ибо они были камбоджцы и везли неоплаченные пошлиной товары. У них были оленьи шкуры, сандаловое дерево и амарак. Они были камбоджцами и китайцами. Наш командир, шкипер, которого все звали Фаером (Fayer), посадил камбоджцев в шлюпку, еще достаточно хорошую для них, и велел им отплыть на 40 миль в открытое море, в отмщение за жестокие убийства, совершенные незадолго до того камбоджцами над нашими соплеменниками. Куда делась лодка, осталось мне с той поры неизвестным. Риф, или песчаная отмель Парасель, простирается в длину на несколько миль.

10 мая добрались мы в целости и сохранности до острова Формозы и встали на якорь у крепости Зеландия. Губернатором был здесь в то время Питер Антонис (Pieter Anthonisz). При входе в гавань взятая нами джонка при сильном порыве ветра так ударилась о дно, что треснула и разбилась в щепки; на ней было примерно двадцать китайцев и десять голландцев, трое из них приплыли на бревне.

Остров Формоза лежит под тропиком Рака, середина его лежит под 23°, начинается он на юге под 21° и кончается на севере под 25° северной широты; окружность его равняется приблизительно 30 милям. Он расположен у китайского и фокинского берегов. Вокруг острова ловят много рыбы, главным образом головлей, рыба величиной с треску. Когда ее выловят, то рассекают спину, как у лабардана, солят и рассылают по всему Китаю подобно тому, как у нас на родине — сельдь по всей Европе. Икру этих рыб засаливают в горшках, она остается красной и приятной на вид, и китайцы считают ее лакомством. За право ловить рыбу у самого острова китайцы отдают каждую десятую рыбу компании. Земля на острове Формоза повсюду плодородна, и большая часть ее остается необработанной из-за нерадения и лени жителей. Самая плодородная часть принадлежит императору из Мидага (Midag). На острове в изобилии произрастают рис; зерновые хлеба, просо, кайланг (Kaylang), инбирь, сахарный тростник, масавинад (Маsauinades), различные деревья, также лимоны, апельсины, гогавы (Guygavas), перанг (Perang), памнельнусс, дыни, тыква, ананасы, китайские редиски, кадьян (Kadjang), фоккафокас (Fokkafokas), бататы (Patattes), убес (Ubes), зелень, капуста, коренья и всякие китайские растения и орлиное дерево. Кадьян — мелкие зерна, зеленые, величиной с зерно кориандера, приятные на вкус, их варят с соленой и свежей рыбой; фоккафокас — плод наподобие груши, но в три раза больше, нижняя сторона его белого и пурпурового цвета, верхняя гладкая, как зеркало, растет, как и тыква, на земле; сначала его режут на куски, затем варят и подают с мясом или салом как репу и коренья и примешивают с сахаром к супу. Там водятся также овцы, правда мало, много на острове диких зверей, козлов, коз, газелей, каменных баранов, кроликов, зайцев, домашних и диких зверей, тигров, медведей, обезьян, мартышек и несчетное число оленей, которые бродят стадами, часто до трех тысяч голов, — прекрасная охота для формозцев. Здесь встречается зверь, называемый голландцами тайованским чертом, длиной в локоть и шириной в пять дюймов. Тело его сверху и снизу покрыто чешуей, у него четыре ноги, длинная острая морда, острые когти и хвост, заостренный к концу; питается он не чем иным, как муравьями; ибо когда проголодается, то высовывает язык, куда наползают муравьи; как только он заметит, что муравьи покрыли его влажный по природе язык, то он глотает их. Он не причиняет вреда никаким другим животным, кроме муравьев. Он очень боится людей, и как только чувствует их приближение, то вырывает яму в земле, прячется в нее и свертывается в клубок, но если его схватить за хвост и потрясти, то он примет прежний вид, так что имя тайованского черта незаслуженно и ложно; ибо хотя этот зверь и кажется диким, но не оправдывает своего названия, так как не мстит и не приносит никому вреда. Говорят, что во всей Азии он нигде больше не встречается, кроме острова Формозы. Здесь также много птиц, кроме попугаев, а также есть змеи, сороконожки, скорпионы, ящерицы и другие гады. Иногда появляются огромные стаи саранчи.

Что касается наружности и нрава формозцев, то они неодинаковы: жители различаются по внешности и окраске, в зависимости от местности, где они живут. Мужчины довольно высокого роста, в особенности живущие на равнине; горцы несколько ниже; женщины чаще всего низкорослы: у них круглые лица, большие глаза, плоские носы и обычно большие груди. Мужчины не носят бороды, но это у них не от природы, а потому, что они постоянно выщипывают волосы, как только они появляются. Наоборот, уши у них очень длинные, что считается большим украшением, их прокалывают и вставляют рожок, вроде винта, отчего они становятся круглыми и оттопыриваются.