Читать онлайн «Путешествие на "Брендане"». Страница 76

Служение богу в этих плаваниях не следует понимать в современном смысле. Речь шла не о заморских миссиях для обращения язычников в христианскую веру, напротив — ирландские монахи направлялись в неведомые и необитаемые страны за горизонтом, уповая на то, что бог откроет им особый, дивный край, обетованную землю, как удачно выражались в то время. Сам факт достижения этих чужедальних стран был небесным даром, еще большей наградой считалась возможность поселиться там, уединясь от мирских пороков. Во всей истории освоения человеком планеты трудно назвать более сильный позыв к постижению неизвестного, более важный мотив для исследовательских экспедиций, не считающихся ни с какими трудностями. Вполне достаточный мотив, чтобы заставить людей пересечь Атлантику.

"Брендан" показал также, что качество средневекового снаряжения всецело отвечало масштабу задач, которые ставили перед собой монахи мореплаватели. Нам интересно было убеждаться, что изготовленное по средневековым канонам снаряжение на "Брендане" не уступало современному, а порой и превосходило его в суровейших условиях Северной Атлантики. Дерево, кожа и лен нередко оказывались надежнее металла, пластика и нейлона, и уж во всяком случае с ними легче было работать, легче приспособить к повседневным нуждам. А это было чрезвычайно важно на борту нашего маленького суденышка, поскольку мы могли взять с собой лишь небольшой набор инструмента и весьма ограниченное количество запасных частей. Современное снаряжение служило лучше до той поры, пока не ломалось, тогда как сделанное по старинке, каким бы неуклюжим и малопроизводительным оно ни было, ухитрялось работать в самых неблагоприятных условиях — а это было важнее всего. Похоже, что историкам невдомек, как хорошо были вооружены для своих плаваний средневековые мореходы, располагавшие бронзовой арматурой, отборными сортами леса, кож и льна, а современные мореплаватели забывают про замечательную гибкость и прочность старинных материалов, столь важную в критических ситуациях, без которых в море не обходится.

Что до личных удобств и питания, то и тут средневековый моряк вряд ли стал бы многое перенимать у современного. Если исключить современное дождевое платье, то шерстяная одежда прошлого — брюки, рубашка, плащ — была лучше нынешней синтетики. А сушеное мясо и рыба, овсяная крупа, фрукты и орехи — самый подходящий провиант для плавания в открытой лодке в условиях холода и сырости, куда более питательный и вкусный, чем нынешние обезвоженные концентраты. Питьевую воду можно было держать в кожаных флягах, пополняя в крайнем случае запас во время характерных для северных широт обильных осадков, когда можно было собирать дождевую воду в умело разостланные кожи. Да и на островах вдоль "ступенчатого маршрута" хватало источников. Море вокруг щедро поставляло рыбу и морскую птицу для пополнения провианта. Святому Брендану и его монахам посчастливилось обнаружить убитого кита и запастись мясом на три месяца, однако нет сомнения, что они могли рассчитывать на свежую провизию на каждом обитаемом острове, куда заходили, и на "ступенчатом маршруте" у них была, так сказать, целая цепочка баз снабжения.

Одна из причин, почему ирландские средневековые плавания не очень принимались всерьез, заключается в том, что рассказы повествователей прошлого о дальних странах и фантастических чудищах представляются современным критикам наивными, растянутыми, нелепыми и неправдоподобными. На деле виновата не манера письма средневекового автора, а наше современное восприятие опыта прошлых веков. Куда как легко третировать такие повести как ребяческие и никчемные с высоты нашего современного знания. Однако "Брендан" научил нас смотреть на них иначе. Помог нам понять их, перенеся в условия, аналогичные тогдашним. Встреченное нами в море много раз вызывало у нас восхищение, а то и благоговение. Некоторые эпизоды крепко запомнились, потому что яркое зрелище сочеталось с острым чувством физической опасности. Так было, когда "Брендан" сквозь туман и приливный сулой подходил к голым громадам фарерских скал и надолго останется в памяти длительный поединок с льдинами у Лабрадора, поражающими красотой цветовой гаммы.

И еще воспоминания… Прелесть неспешных северных закатов. Или сырой расплывчатый мир гренландских туманов, где зрение сосредоточивалось на крохотных близких объектах, вроде искристых капель на шерстяном свитере. Или такое чудо, как внезапно первое появление гринд, когда целое стадо вдруг всплыло вокруг кожаной лодки, пыхтя и кувыркаясь, и куда ни погляди — мелькают бока наших морских провожатых. Можно читать про такие вещи, можно мысленно представлять их себе, знакомиться с отличными фотографиями — все равно действительность превосходила все ожидания, заставляя волноваться детей XX века. Так насколько же сильнее должны были восприниматься подобные сцены средневековыми мореплавателями, жаждавшими лицезреть чудеса господни. По сути, даже их цветистая проза не передает всего великолепия виденного что же удивительного в том, что они, возвратившись домой, рассказывали о пережитом с таким восторгом и такими преувеличениями

Правильное понимание средневекового взгляда на жизнь — вот один из самых ценных уроков, преподанных нам "Бренданом". Когда мы для специалистов по истории мореходства оценивали поведение нашей кожаной лодки в океане, это понимание служило необходимым дополнением к более научным данным, как-то: лабораторные испытания льна и дубленой кожи, ход на веслах и на буксире для проверки теоретических возможностей карры, ежедневные записи о ветрах и волнении, сносе и пройденных милях. И ничуть не меньше весил урок, почерпнутый нами в современности: с того момента, как в Брандон Крике началось наше плавание, до финиша на Ньюфаундленде нам посчастливилось общаться с существующими и в наши дни общинами мореходов по берегам Северной Атлантики.

Когда мы от острова Пекфорд направились к маленькому рыбному порту Масгрейв, нас эскортировали возвращавшиеся с лова местные рыбаки. Подойдя к входу в гавань, мы увидели, что пристань заполнена встречающими. Они прибыли сюда из близлежащих поселков, из разбросанных по берегам залива домиков. И они приветствовали нас, крича и махая руками, с таким же искренним энтузиазмом, с каким встречали "Брендан" на всем его пути.

Когда мы пришвартовывались рядом с рыболовными судами, в числе первых, кто прыгнул к нам на борт, был представитель местной общественности. Как мы смотрим на то, чтобы принять участие в небольшом празднике? Конечно, примем. Весь следующий день жены рыбаков были заняты переработкой добытого их мужьями. В общий котел пошли горы омаров и крабов, пирожки с лакомой начинкой из языков трески.