Читать онлайн «Здесь был Рим. Современные прогулки по древнему городу». Страница 75

Аква Клаудиа и римские акведуки

Градостроительные проекты, предпринятые Клавдием (по словам Светония — «не столько многочисленные, сколько значительные и необходимые»[50]), были все так или иначе связаны с водой: он построил водопровод, водосток из Фуцинского озера по подземному каналу и новую гавань в Остии.

В Риме даже летом, в жару, не обязательно носить с собой на прогулку бутылку воды, купленную в супермаркете. Почти ни в каком другом столичном европейском городе без этого не обойтись, но в Риме на каждом шагу стоят уличные колонки, из которых ровной струей течет холодная, чистая, свежая вода. Пить из них, правда, удобно только при наличии некоторого навыка.

В античные времена город снабжали водой более десяти акведуков, из которых тот, что носит имя Клавдия, был самым масштабным. «Кто тщательно подсчитает объем воды, который этот акведук доставляет в город, — писал Плиний Старший, — с учетом всех бань, бассейнов, домов, каналов, садов и загородных вилл, и прикинет, сколько на пути его следования выстроено арок, пробуравлено гор, выровнено долин, — тот признает, что в целом мире нет ничего более достойного восхищения».

Та картинка, которая встает у большинства людей перед глазами при слове «акведук» — величественные каменные или кирпичные арки, вознесшиеся высоко в небо, — в сущности, неточна. Римские акведуки почти на всей своей протяженности проходили по земле или под землей. Арки использовались лишь там, где этого требовал рельеф (иногда — в сочетании с соображениями монументально-пропагандистского характера).

Однако именно у Клавдиева акведука (Aqua Claudia) несколько участков проложены по эффектным аркам. Акведук брал начало примерно в шестидесяти километрах к востоку от Рима. В десяти километрах от города, возле одной из важнейших римских дорог (Via Latina), был установлен резервуар. Резервуарами снабжались многие римские водопроводы: там, проходя через сложную систему нескольких многоэтажных камер, вода фильтровалась, оставляя на дне песок и прочие примеси. После резервуара Клавдиев акведук встречался с Новым Анийским акведуком (Anio Novus), и вот теперь-то они оба текли, один под другим, по каналам в надземных арках. По мере приближения к городу уровень земли понижался и арки становились все выше.

Акведук в римской Кампанье. Рисунок XIX века.

Римские акведуки — настоящее инженерное чудо. Их единственный технологический принцип — уклон: начало водопровода (источник) должен располагаться выше, чем его конец; всю работу по перемещению воды выполняет сила тяжести. Естественно, для того чтобы вода не застопорилась, этот уклон не должен нарушаться на протяжении всей линии водопровода. Результаты поражают ювелирной точностью: так, например, римский акведук, снабжавший галльский город Немауз (Ним), при общей протяженности в 50 километров, теряет в высоте от начала до конца всего 17 метров, то есть уклон — лишь две сотых градуса! Та небольшая часть нимского акведука, которая проложена по каменным аркам, называется Пон-дюГар (мост через Гар). Это одна из самых знаменитых достопримечательностей Франции, памятник Всемирного наследия юнеско. Раньше считалось, что его построил Агриппа, но недавние исследования дают основания сдвинуть дату к середине I века н. э., то есть тоже в эпоху правления Клавдия.

То место, где Клавдиев акведук особенно выразительно смотрится на фоне южного пейзажа, выделено в отдельную зону внутри археологического комплекса старой Аппиевой дороги. Эта зона называется «Парк Акведуков» (Parco degli Aquedotti). Поскольку знаменитая итальянская киностудия «Чинечитта» оттуда буквально в двух шагах, акведуки Клавдия нередко попадают в кадр на съемках исторических и прочих фильмов. Наверное, самый знаменитый пример — первые кадры феллиниевской «Сладкой жизни»: вертолет транспортирует огромную статую Христа, на втором вертолете за ней летит компания журналистов во главе с незадачливым Марчелло, и все это — на фоне величественных Клавдиевых развалин и пиний.

Следующее место, где стоит посмотреть на Клавдиевы акведуки, — это Пьяцца ди Порта Маджоре, где сходит на нет северовосточный отрог Целия. В наши дни на этом месте пересекаются несколько транспортных артерий Рима, но в античности этот пятачок был еще более запутанным перекрестком. Тут расходились две важные дороги: Виа Лабикана, ведущая из Рима на юго-восток, и Виа Пренестина, ведущая на восток (эти улицы до сих пор носят свои древние названия); и тут же перекрещивались линии шести акведуков сразу! То, что мы видим сейчас, — это часть конструкции, по которой текли Aqua Claudia и Anio Novus, — той же самой, что и в Парке Акведуков. Отверстия, по которым были проведены водоводные каналы, хорошо видны, если глядеть на арку сбоку. При строительстве Аврелиановых стен во второй половине III века н. э. арка превратилась в ворота, и в этом качестве, сначала под названием «Пренестинские ворота» (Porta Praenestina), потом, уже по-итальянски, просто как «большие ворота» (Porta Maggiore) она известна до сих пор.

Травертиновые блоки, из которых сложены ворота, кажутся грубыми, неотделанными. Это сделано нарочно. Клавдий, как мы уже успели убедиться, был большой поклонник старинной простоты, и архитектура времен его правления намеренно архаична. Немного позже мы встретимся еще с одним примером этой художественной моды.

Вкус Клавдия к старине проявлялся в разных областях жизни, и на фасаде Порта Маджоре есть еще одно тому свидетельство. В первой строке посвятительной надписи император назван так: ti. clavdIVs drvsi f. caisar avgvstvs germanicvs — «Тиберий Клавдий, сын Друза, Цезарь Август Германик…». Обратите внимание на то, как написано слово «Цезарь». В классической латыни оно пишется иначе — Caesar; Клавдий восстановил написание гораздо более давнего времени. Это, кстати, одна из улик, позволяющих восстановить латинское произношение, — из надписей вроде этих понятно, что императорское имя, позже ставшее титулом, читалось в древности скорее как «Кайсар», а не «Цезар», как его стали произносить в средние века, и тем более не «Чезаре», как в современном итальянском.

Порта Маджоре и гробница Эврисака. Гравюра А. Акварони, 1830 г.

Три буквы Клавдия

Филологические эксперименты Клавдия этим не ограничивались. Он ввел в латинский алфа вит три новых буквы. Эти буквы были призваны устранить двусмысленность в ряде написаний. Так, например, прописная латинская буква V в надписях выступает то в роли согласного (v), то в роли гласного (u). В результате слова вроде voluit («хотел») и volvit («крутил») в традиционной латинской орфографии пишутся одинаково — volvit. Клавдий предложил решить эту проблему, введя новую букву, похожую на перевернутую f, которая должна была заменить «согласную» v. Пример использования этой буквы можно увидеть на таблице, которая отмечает расширение померия при Клавдии. Таблица установлена на Марсовом поле, на стене дома по адресу Виа дель Пеллегрино, 145. Она кончается словами finibus pomerium amplia it termina itque — «границы померия раздвинул и обозначил», и вместо V там используется уникальная клавдиевская буква. Две другие придуманные Клавдием буквы тоже были предназначены для борьбы с двусмысленностью: он предложил заменить одним символом (похожим на перевернутое «с») окончания в словах вроде celebs и anceps, которые все равно читались одинаково, «пс», и ввести специальный символ (похожий на плюс без левой половинки) там, где разные грамматики рекомендовали писать то u, то I (monumentum и monimentum). После смерти Клавдия его новшества сразу же вышли из употребления. До последовательного разграничения V и u человечество снова доросло только к XVII веку, а в некоторых научных изданиях (например, в Оксфордском латинском словаре) до сих пор пишут все строчные u и V как «u», а все прописные — как «v», что крайне неудобно.

Интересно, что две других надписи на Порта Маджоре свидетельствуют о том, что с Клавдиевыми акведуками что-то оказалось не в порядке: в первый раз их пришлось ремонтировать уже через двадцать лет, при Веспасиане, а потом — еще через десять лет при Тите, причем в этой последней (самой нижней) надписи Тит заявляет, что восстановил акведук, «разрушившийся от старости (!) до основания» (a solo vetustate dilapsae essent).

Прежде чем проследить дальнейший маршрут Aqua Claudia на Целий, задержимся еще ненадолго на Пьяцца ди Порта Маджоре. За аркой Клавдия, примыкая к ней извне почти вплотную, примостился один из самых странных и обаятельных древнеримских памятников — гробница пекаря Эврисака.