Читать онлайн «Эскадренные миноносцы класса Доброволец». Страница 48

В придачу к уже имевшимся трем (считая и "Новик") современным эсминцам ожидалось вступление в строй еще семи таких кораблей. Они в течение года составили 11-й и 12-й дивизионы. Значительно усилилось и вооружение крейсеров. Флот имел в своем составе бригаду линейных кораблей-дредноутов. Энергично готовилась к новой кампании и минная дивизия. Вместе с ремонтными работами корабли, стоявшие в Ревеле, продолжали и боевую учебу. Уже 11 января на "Сибирском стрелке" провели учение у орудий. 29 января "Охотник", подняв брейд-вымпел командующего минной дивизией капитана 1 ранга А.В. Колчака, с помощью ледокола "Трувор" вывел часть кораблей на внешний рейд. Полудивизион особого назначения с 31 января вступил в 4-часовую готовность. Часть кораблей по очереди проходила докование. На рейде уничтожали девиацию, и уже 21 марта полудивизион вышел в море. Здесь у мыса Лехтма прикрывали работу тральщиков, проводивших проверку фарватеров. 26 марта с заградителя "Волга" корабли полудивизиона приняли мины заграждения и вместе с ним выставили заграждение на подходе к Балтийскому порту.

28 марта полудивизион прикрывал минную постановку, которую выполнял отряд из четырех заградителей ("Амур", "Волга", "Лена", "Свирь"). 31 марта "Сибирский стрелок" и "Охотник" провели стрельбу в море. 6 апреля, как записано в вахтенном журнале корабля, "Сибирский стрелок", приняв 45 практических патронов, провел с "Генералом Кондратенко" стрельбу. Огнем управлял "Генерал Кондратенко". 7 апреля стреляли минами Уайтхеда. К такой же подготовке приступила часть кораблей, не занятых ремонтом.

18 апреля, несмотря на державшийся прибрежный лед, А.В. Колчак с "Охотником" и "Сибирским стрелком" совершил разведочный поход к о. Вормс. К ним на рейде у острова присоединились суда обеспечения. Здесь 10 апреля встретили праздник светлого Христова воскресенья – последний праздник, отмечавшийся еще строго по канонам тысячелетней православно-самодержавной России, и 11 апреля, выйдя из гавани, произвели стрельбу из 102-мм орудий и 40-мм аэропушек, а 13 апреля стрельбу минами (торпедами). Корабли в Моонзунде уверенно восстанавливали прежний уровень боевой подготовки, чтобы прийти на позиции во всеоружии.

4 апреля "Сибирский стрелок" и "Генерал Кондратенко", выйдя из Ревеля, пришли на Моонский створ, прикрывая переход в Рогокюль транспорта с ранеными. 15 апреля перешли к Вердеру, где стояла зимовавшая в архипелаге "Слава". Накануне немецкие самолеты сумели попасть в "Славу" тремя из десяти сброшенных бомб. Таких же легких успехов они ожидали и от встреч с миноносцами. Но им пришлось разочароваться. Прилетев уже через полчаса после прихода 16/29 апреля к Церелю первой группы дозорных миноносцев, немецкие летчики наткнулись на огонь четырех 76-мм зенитных пушек. "По-видимому, это им не понравилось", – делал в дневнике запись командир "Страшного" Г.К. Старк. Вольготная жизнь немецких пилотов кончилась, и смелость их в атаках на корабли резко убавилась. На помощь им появились цеппелины, которые своими 80-кг бомбами пытались поразить "Славу". В тот же день "Сибирский стрелок" с начальником дивизии А.В. Колчаком встречал английские подводные лодки Е-1 и Е-18.

В ночь с 22 на 23 апреля "Охотник" и "Пограничник" под прикрытием "Сибирского стрелка" поставили у Михайловского маяка заграждение, которое должно было помешать проникновению в залив немецких миноносцев, катеров и подводных лодок. В особо острые периоды, когда угроза немецкого вторжения усиливалась, миноносцы становились минными курьерами, доставлявшими в Аренсбург или прямо к Церелю мины для передачи на теплоходы.

Круглые сутки корабли совместно с катерами несли здесь дозоры. Все чаще разгорались над заливом и кораблями воздушные бои, в которых наши летчики, действуя почти всегда в меньшинстве, давали достойный отпор немецким ассам. Особенно жаркими были бои при охране "Славы" и "Грозящего", когда немецкие летчики, израсходовав запасы бомб, снижались и из пулеметов обстреливали "Славу" и миноносцы. Так, при стрельбе "Славы" 19 июня по батарее близ мыса Рагоцем корабли одновременно отбивали атаку 6 самолетов. Но подоспевшая "Орлица" успела выпустить свои четыре самолета, и они, атаковав новую волну из двух самолетов, сбили один из них. Севший на воду, он был схвачен "Амурцем" и "Поражающим". Надежно была прикрыта и минная база в Рогокюле, где самолеты "Орлицы" могли целый час барражировать над эскадрой.

Вместе с дозорной службой и прикрытием возобновившихся в проливе постановок минных заграждений (за зиму со своих якорей были сорваны и частью взорвались несколько сот мин) "добровольцы" участвовали в двух набегах флота на идущие в Швецию германские конвои. В отряд, сформированный для первого перехвата 31 мая/13 июля, вошли все 8 миноносцев 6-го дивизиона. До района операции отряд сопровождали миноносцы 7-го дивизиона. Собственно перехват в Норрчепингской бухте совершала группа "новиков" под командованием А.В. Колчака. Несмотря на значительное превосходство сил (на позициях были развернуты еще три русские и две английские подводные лодки), конвою удалось избежать вполне, казалось бы, уготованного ему полного разгрома.

История считает, что начальник минной дивизии совершил, по крайней мере, две ошибки. Он не принял мер к решительному отсечению пути отступления конвоя в шведские воды и не вызвал для ликвидации конвоя державшиеся поблизости крейсера и миноносцы 6-го дивизиона. Конвою удалось спастись, а потопленными оказались лишь корабли охранения (вспомогательный крейсер "Герман", два эскортных корабля) и 2-5 транспорта из числа 14, входивших в конвой. Важным уроком для всей минной дивизии стала необходимость более тщательной проверки торпедных взрывателей – три из четырех попавших в цель торпед не взорвались.

Во втором набеге (на пути сообщения в районе маяка Ландсорт – о. Эланд), состоявшемся в ночь на 17/30 июня 1916 г., участвовали "Охотник", "Генерал Кондратенко" (4-й дивизион) и "Эмир Бухарский", "Доброволец", "Москвитянин" (5-й дивизион). В прикрытии, кроме крейсеров, находясь в Люме, участвовали "Андрей Первозванный" и "Император Павел I". В остальном схема организации сил, как и участие подводных лодок, осталась прежней.

Ночью три "новика" ("Победитель", "Орфей", "Гром") встретили немецкий отряд из 8 миноносцев и начали отход, чтобы навести противника на свои крейсера. Ни одна из 20 торпед, выпущенных немецкими миноносцами по русским кораблям, в цель не попала. Огнем крейсеров противник был рассеян, не понеся потерь. Избежав, как и весь отряд, мин и атак немецких подводных лодок, "добровольцы" вернулись к месту своей службы. Несколько раз корабли участвовали в обстреле немецких позиций под Ригой.

Экстраординарным, оживившим монотонную боевую службу, стало прибытие в Моонзунд 9/22 июня на "Пограничнике" представителя британского флота контр-адмирала Виллимора (Финимора). Офицеры показали ему свой театр военных действий, рассказали об особенностях организации обороны в заливе и не переставали расспрашивать о положении на западном фронте, состоянии союзников и действиях британского флота.

28 апреля/12 мая на стоявший в Рогокюле "Новик" прибыли на поезде командующий флотом вице-адмирал В.А. Канин, генерал-адъютант Н.И. Иванов н начальник минной дивизии контр-адмирал А.В. Колчак. Поднявший флаг командующего флотом "Новик" в сопровождении "Сибирского стрелка" перешел в Куйваст. Здесь гости побывали на "Сибирском стрелке", а на берегу инспектировали части берегового фронта. Командующий флотом произвел также смотр "Славе", и батареям острова Моон. 23 мая/6 июня 4-й дивизион у острова Вормс встречал прибывший из Ревеля "Новик" (флаг командующего флотом), сопровождаемый "Охотником".

Два дня командующий инспектировал корабли и базу в Рогокюле, а 25 мая/8 июня, подняв флаг на "Славе", вывел флот в Рижский залив на смотровое маневрирование около острова Руно. 2-часовое маневрирование провел и 4-й дивизион. Корабли демонстрировали бой с вторгнувшимся в залив противником, а мысли командующего вплетали, наверное, этот бой во всю ширину размаха готовившейся тогда в штабе операции. Она, как теперь понятно, могла бы стать самой главной из всех операций флота в той войне. Во введении профессора Б.Б. Жерве к труду профессора НА. Данилова "Смешанная операция в Рижском заливе в июне-августе 1916 гг." (1927 г.) говорилось: "Русское командование имело право считать свои морские силы условно владеющими морем внутри всего пространства, ограниченного от остальной части Балтийского моря позиционно-оборонительной системой". Рижский залив входил в эту систему, и родившийся в июне замысел смешанной операции именно в те дни, когда по всему фронту мировой войны Германия начала уступать силам Антанты, имел все основания увенчаться успехом.

Высадка у Роена на занятое немцами побережье была полностью подготовлена 24 июля. Скоординированная с наступлением войск Северного фронта, эта высадка должна была привести к очищению от немцев всей северной Курляндии и отхода их из-под Риги. Флот, возвратив себе Виндаву и укрепив свой тыл, получал возможность активизировать и расширить свои операции в море.