Читать онлайн «Сирия - перекресток путей народовм». Страница 70

На востоке я различаю серебристый блеск озера Хомс, а за ним взгляд теряется в бесконечной дали Сирийской пустыни. на западе раскинулось Средиземное море, и у горизонта небо сливается с водой.

О мощности крепости свидетельствует тот факт, что Даже самому выдающемуся мусульманскому полководцу, султану Саладину, несмотря на усиленную осаду, не удалось ее взять. Ему пришлось уйти пи с чем, а вскоре после этого он умер. К сожалению, даже после смерти Саладина потомки крестоносцев не оставили его в покое. Семьсот лет спустя не кто иной, как Вильгельм II, кайзер Германии, нарушил покой Саладина. Когда кайзер во время уже упомянутого путешествия на Восток прибыл в Дамаск, то счел себя обязанным сделать благородный жест по отношению к своим турецким друзьям. Он подарил Саладину, покоившемуся в мавзолее неподалеку от мечети Омейядов в прекрасном, резного дерева гробу работы XII века, претенциозный мраморный гроб, и останки Саладина переложили в вильгельмовскую драгоценность. К счастью, еще и сегодня можно получить приблизительное представление о красоте оригинального гроба, так как ближайший советник султана, гроб которого стоит рядом с гробом султана, не удостоился от Вильгельма чести перезахоронения.

Примерно через 80 лет после смерти Саладина другому султану удалось захватить крепость. Его имя упоминается в многочисленных настенных надписях Крак де Шевалье. Это султан Бейбарс. Он тоже был не арабом, а мамлюком. Бейбарс успешно вел борьбу на двух фронтах: он захватывал одну за другой христианские крепости: Керак, Сафед, Белый Замок и, наконец, Крак де Шевалье, и вскоре после этого крестоносцы снова исчезли с Востока. Но значительно более важным для истории было то, что Бейбарсу удалось остановить продвижение монгольских войск, завоевавших при Хулагу, внуке Чингисхана, Багдад, Алеппо, Хаму, Хомс, затем Дамаск и добивших при этом давно подорванное изнутри государство Аббасидов. Множество людей погибло тогда. Только при взятии Багдада было убито 800 тысяч человек. Победа Бейбарса при Айн-Джалуте остановила дальнейшее продвижение монголов и тем самым создала возможность оттеснить их за Евфрат.

Но уже в 1400 году государство вновь подверглось нападению монгольских орд под предводительством Тимура. Правда, мамлюкам снова удалось выдержать натиск монголов, но Сирия была страшно опустошена. Дамаск и Алеппо лежали в развалинах, ирригационные сооружения, еще пригодные для эксплуатации, были полностью разрушены. Каждый десятый житель был казнен, а сирийские ремесленники высланы в Самарканд, роскошную и цветущую столицу Тимура. Пашни превратились в степь. Казалось, что настал конец арабского мира.

Разрушения и опустошения, вызванные нашествием монголов, остановили развитие арабского мира. Одновременно обострились классовые противоречия внутри государства. Кроме социальных волнений, явившихся следствием этих событий, политической и религиозной борьбы, существовали еще два обстоятельства внешнего характера, которые подготовили упадок арабского Востока: перемещение торговых путей в Атлантику и порабощение этого региона османским государством.

Как мы видели, именно арабы создали предпосылки для возникновения новой теории в отношении Земли, ее места во Вселенной, ее формы. Арабские учепые-географы расширили и уточнили представление об известном тогда мире. Но арабам не удалось пожать плоды своих знаний. У них не хватило сил реализовать их на практике. Вместо арабских парусников моря бороздили галеры итальянских городов-республик и каравеллы европейских государств, расположенных на побережье Атлантики. Мореплаватели из Генуи и Венеции, Барселоны и Лиссабона использовали полученные арабами знания, в том числе умение ориентироваться по созвездиям, чтобы найти новые пути для торговли с Востоком, так как богатые купцы, их доверители, не хотели прибегать к посредничеству арабских торговцев. Во время одной из таких исследовательских экспедиций генуэзец Христофор Колумб с небольшим испанским флотом достиг в 1942 году берегов Америки, а португальский мореплаватель Васко да Гама на пути в Индию в конце столетия обогнул мыс Доброй Надежды — через две с лишним тысячи лет после финикийцев, которые обогнули Африку на корабле, плывя в противоположном направлении. Под командой португальца Магеллана была достигнута наконец южная оконечность Америки. И хотя Магеллан во время этой экспедиции погиб, ей удалось все-таки впервые в истории осуществить кругосветное путешествие.

С открытием этих морских путей сухопутные коммуникации через арабские земли, ставшие небезопасными, утратили значение. Центры экономического развития тогдашнего мира переместились с Переднего Востока в прибрежные города Западной Европы, что ускорило там распад феодального строя и переход к ранним формам капиталистического способа производства. Наступила новая эпоха. Глубокий обморок, в котором находились арабские страны Ближнего Востока, помешал им вступить в новый век.

Пользу из кровавой борьбы, бушевавшей на Переднем Востоке между Византией и крестоносцами, между мамлюками и монголами, извлекли турецкие племена, объединившиеся в начале XIV столетия при Османе I в союз государств. Преемники Османа I сумели весьма ловко использовать распад халифата арабов, государств византийцев и монголов, чтобы сколотить империю. Когда со смертью Тимура распалась и его держава, они в начале XV века расширили свои границы далеко за пределы сегодняшней Турции. Через 50 лет, в 1453 году, они были уже настолько сильны, что смогли завоевать Константинополь. Турки построили там свою новую столицу. Затем они начали готовиться к захвату арабских территорий. В начале XVI века они захватили центральную часть Сирии, и началось чужеземное владычество, которое длилось 400 лет. Арабские земли стали объектом эксплуатации турецких султанов. Господство феодально-абсолютистской Османской империи затормозило развитие ранних форм капитализма в этих областях и привело к упадку Сирии.

Упадок культуры арабских государств сопровождался экономическим. Турецкий язык все больше вытеснял из общественной жизни арабский, хотя религии это не касалось. Повседневную жизнь определяли турецкие обычаи, испытавшие на себе влияние персидских и византийских традиций. Наука была втиснута в схоластические рамки. Всякое духовное и политическое движение, не поддерживавшее турецкие власти, жестоко подавлялось. Саван покрыл Сирию — и это в то время, когда Европа переживала годы бурного развития производительных сил.