Читать онлайн «"Слава". Последний броненосец эпохи доцусимского судостроения. (1901-1917)». Страница 105

Многими впечатлениями, полными красот (особенно в норвежских фиордах), должны были запомниться дни последующего плавания, но поход на Мурман и пребывание у его берегов составляли, бесспорно, главную заслугу и достижение отряда. Сумев преодолеть все страхи, выдвигавшиеся бюрократией перед походом, и опираясь при его подготовке на помощь лучших специалистов отечественной гидрографической службы полковника М.Е. Жданко (1855-1921), капитана 2 ранга А.М. Бухтеева (1862-1940, Босния), генерал-майора А.П. Вилькицкого (1858-1913), И.Ф. Бострем уверенно провел корабли по избранному, хотя и не вполне осуществленному маршруту. Его он предполагал расширить при следующем плавании отряда. Перед уходом из Териберки 20 сентября И.Ф. Бострем телеграфировал министру: "…Счастлив, что удалось осуществить давнишнее желание познакомить личный состав с единственным незамерзающим русским морем и что первое посещение состоялось не в самое благоприятное время. Население приветствовало наш приход как начало новой эры для Севера России. Здоровье офицерства и команды прекрасное. Бострем".

Внимание и милости, недавно оказанные адмиралу императором, казалось, не оставляли сомнений в скором наступлении этой эры, в осуществлении надежд на расцвет края. Всем хотелось верить, что скоро явятся во главе с "Андреем Первозванным" флотилии отечественных траулеров, которые под прикрытием тогда же созданных пограничных и морских сил вытеснят из русских вод беззастенчиво хозяйничавших в них, вооруженных новейшей техникой норвежских и английских промышленников.

Более чем трехнедельное плавание от Мурмана до английских берегов проходило путями, не отмеченными морскими сражениями. Россия никогда не воевала с Норвегией. Редкими были здесь и плавания кораблей парового флота. Но зато незримо сопровождали отряд исторические тени кораблей архангельской постройки. В продолжение полутора веков отрядами и поодиночке совершали они свои опасные плавания, чтобы, придя на Балтику, внести свою долю в славу русского флота.

"Положительно изумительны" были, как вспоминал В.А. Белли, красоты фиордов и образцовая ухоженность норвежских городов. Гамерфест, Тромсе и Тронхейм. Каждый из них гордился своей многовековой (до 1000 лет) историей и вкладом в развитие мировой культуры. Тронхейм считался древней столицей Норвегии, где продолжали совершаться коронации норвежских королей. Плавание до Шотландии проходило в условиях жестокого шторма. На "Славе" особенно опасались, что угля до Барроу может не хватить.

Исторические уроки нового времени принесли отряду дни пребывания в Англии и Франции. Запоминающимся было ознакомление со строившимися в Англии крейсером "Рюрик" и затем во Франции – "Адмирал Макаров". Сооружаемые по устарелым проектам, они были, увы, зримыми образцами того удручаюшего наследства, которое новому флоту успела оставить доцусимская бюрократия. Но гардемарины по молодости лет едва ли еще об этом задумывались. И В.А. Белли откровенно признавался, что к тому миру техники, которым стало посещение английских верфей и заводов, особенно, устроенная англичанами пароходная экскурсия, он оказался неподготовленным. Поразил гардемаринов устроенный Базилем Захаровым прием, который он оказал своим русским друзьям. Начиная с экстренного поезда, предоставленного фирмой Виккерс, доставившего гостей в Шеффилд со скоростью 80-100 км/ч, с роскошным обедом в пути, и кончая обстоятельнейшими экскурсиями по кораблям и заводам – во всем чувствовались особые внимание и предусмотрительность. И всегда, как записывал В.А. Белли, замечались не уступавший немецкому порядок и незыблемость вековых традиций благоустроенности и культуры.

После стоянок в портах внутреннего Ирландского моря Гринок (с 14 по 21 октября) и Барроу (с 22 по 26 октября) отряд проливом Св. Георгия вышел в Атлантический океан. В Бресте 28 октября корабли встретили без преувеличения восторженный прием, оказанный французской Северной эскадрой. Чествования продолжались до 6 ноября, когда корабли, провожаемые пожеланиями счастливого плавания, отправились в испанский порт Виго. В выборе маршрута дальнейшего плавания адмиралу была предоставлена значительная свобода. Надо было только, как писал министр, не допускать коротких переходов, не заходить в порты, расположенные рядом и в один и тот же на пути туда и обратно. Тулон, Аяччио и Альмерию следовало из маршрута исключить и восточнее Бизерты не ходить. По приглашению начальника морских сил в Средиземном море адмирала лорда Бересдорфа было разрешено посетить Мальту, но оказалось, что у англичан изменились обстоятельства и приход русских будет не ко времени.

В Виго, куда пришли 8 ноября, пользуясь удобством стоянки и хорошей погодой, провели комплекс особенно интенсивных рейдовых учений. Все они, правда, повторяли прежнюю номенклатуру, существовавшую в доцусимское время на 1-й и 2-й Тихоокеанских эскадрах. Новым словом в обучении подготовительным стрельбам гардемаринов и комендоров, кроме традиционных ружейных стволов, вставляющихся в каналы орудий, стали приобретенные в Англии приборы для проверки прицеливания – "доттерн". Гардемарины усиленно восполняли пробелы своего обучения. Наследие прошлого проявило себя и при стрельбе из минных аппаратов "Богатыря". Выстрел в щит па якоре с расстояния 450 фут. не удался, при выстреле на ходу 12-уз торпеда, пройдя 1 кб., затонула. Недельные поиски оказались безрезультатны. Пришлось убыток в 3582 руб. 28,5 коп. отнести на счет казны. На острове Мадейра, где не было гавани, пришлось испытать изнурительную якорную стоянку среди открытого океана. Эти неудобства искупились, конечно, редкостными впечатлениями первооткрывателей, которые остались, наверное, у всех участников плавания при знакомстве с экзотикой курортного тропического острова, рожденного вулканической деятельностью природы.

Стоянкой в Кадисс, куда пришли после Мадейры, особенно предприимчивые гардемарины, как вспоминал В.А. Белли, сумели воспользоваться, чтобы провести "незабываемый на многие годы день в Севилье". Г.Ф. Цывинский писал, что именно в бесконечно покорившей его Испании он рассчитывал пожить по выходе в отставку, чтобы объехать все ее исторические города и памятники.

Впечатляющим был заход в Гибралтар, где мощная крепость на гигантской скале и база флота сторожили проход в Средиземное море. Стремясь во всем разнообразить и оживить учения, адмирал в Бизерте практиковал корабли в искусстве работы с прожекторами, в море поручал "Богатырю" провести условное задержание встречавшихся пароходов. Упорно добивала адмирал и образцового сигналопроизводства. Каждый сигнал, поднятый флагманским кораблем (на фок-мачте), корабли перед исполнением были обязаны отрепетовать на своих грот-мачтах. Много полезных наставлений и уроков содержали и выпускавшиеся приказы по отряду. Убежденный англоман, И.Ф. Бострем ввел на отряде и практику буксировки кораблей друг другом в море. Буксирный трос на "Славу" подавали с помощью спасательной ракеты, пущенной с "Цесаревича". Неожиданным образом этот опыт пригодился спустя три года. Успешно овладевали гардемарины и английским языком, для чего адмирал пригласил на отряд двух выпускников Кембриджского университета. Они жили в помещениях гардемаринов, очень с ними сдружились и фамилию одного из них – Тиллард В.А. Белли помнил до наших дней.

Многообещавшей была попытка адмирала приобщить офицеров и гардемаринов к началам военно- морского искусства. Проводившиеся до войны в морской академии тактические игры по правилам известного издателя трудов по истории и тактике флотов и справочника "Файтинг Шипе" Ф.Т. Джена адмирал возобновил с приглашенными в его салон на "Цесаревиче". Но дело, хорошо начатое, как вспоминал В.А. Белли, почему-то на отряде не прижилось. "Пожалуй, такой конец этой хорошей затеи был характерным для Бострема, который имел много хороших идей, но не умел доводить их до конца". Документы не позволяют судить об адмирале столь категорически. Немалые препятствия, отнимая нервы и время, постоянно создавала ему петербургская бюрократия, требовавшая экономии во всех расходах, особенно на воду и уголь. Обширную переписку пришлось, например, вести по поводу ходатайства адмирала об увеличении расходов для приобретения призов,. выделявшихся для победителей регулярно проводившихся гребных и парусных шлюпочных гонок. Проблем таких было в избытке, и не всегда удавалось их решить.

Занятый в свободном плавании воспитанием, образованием и профессиональным обучением новых кадров флота, отряд И.Ф. Бострема посредством почтовотелеграфной связи продолжал оставаться всецело во власти петербургской бюрократии. А она в то время не имела ии достаточных материальных средств, ни творческого интеллектуального потенциала, ни понимания важности решения отрядом задач.