Читать онлайн «Описание Эллады». Страница 216

1. Коня, стоящего рядом со статуей Сарда, как гласит на нем надпись, посвятил афинянин Каллий, сын Лисимахида, принеся этот дар из собственных средств, полученных им на войне с персами. 2. Ахейцы посвятили статую Афины, после того как они взяли осажденный ими город в Этолии. Название этому городу, который они взяли, было Фана. Говорят, что осада длилась уже немалое время, и так как они не были в состоянии взять города, то послали в Дельфы феоров (священное посольство), и оттуда им пришло следующее вещание:

Не понимая, что хочет сказать им вещание, они уже задумывали снять осаду и отплыть домой, да и осажденные в стенах перестали считаться с ними, так что одна женщина открыто вышла из стен, чтобы набрать воды из источника, протекавшего под стеною города. Выбежав из своего лагеря, ахейцы взяли ее в плен и от нее узнали, что то небольшое количество воды из источника, которое она набирает каждую ночь, Они делят между собой и что внутри стен нет у них другого средства утолить жажду. Таким образом, ахейцы, засыпав источник, могли взять этот городок.

3. Около этой статуи Афины родосцы из Линда поставили статую Аполлона. И амбракиоты поставили медное изображение осла, победив молоссов в ночной битве. Молоссы ночью устроили им засаду. Но случаю было угодно, что осел, которого тогда гнали с поля домой, стал преследовать ослицу и, проявляя всякую остальную наглость, ревел диким голосом, а равно и человек, гнавший осла, кричал неведомо что во все горло. Молоссы, сидевшие в засаде, приведенные в замешательство всем этим, показались оттуда, и амбракиоты, открыв этот коварный умысел против себя, вступили в бой ночью и победили в сражении молоссов.

4. Орнеаты, живущие в Арголиде, в то время когда сикионцы теснили их войной, дали обет Аполлону, что, если он поможет им прогнать из родной земли сикионское войско, они будут каждый день совершать в его честь в Дельфах торжественные процессии и приносить такое-то и такое число определенных жертвенных животных. Они победили сикионцев в открытом сражении, и так как для них ежедневно приносить обещанные жертвы было слишком большим расходом, а трудность выполнения и смута, вызываемая этим, были еще больше, чем траты, то они прибегли к следующей хитрости: они посвятили богу медное изображение этого торжественного шествия и приносимых жертв.

5. Есть там пожертвованная группа: бой Геракла с гидрой; это одновременно и приношение и работа Тисагора, причем как гидра, так и Геракл сделаны из железа. Делать статуи из железа очень трудно, это требует очень много кропотливой работы. Поэтому творение Тисагора — кто бы он ни был — вызывает удивление; не меньшее восхищение вызывают и головы льва и кабана в Пергаме, тоже сделанные из железа; они принесены в дар Дионису.

6. Из фокейцев жители Элатеи посвятили Аполлону в Дельфы медное изображение льва, в память того, что они выдержали осаду со стороны Кассандра, в то время, когда им на помощь из Афин был послан Олимпиодор. Статуя Аполлона, стоящая рядом со львом, это — дар массалиотов, посвятительная часть из добычи после их морской победы над карфагенянами.7. Этолийцы воздвигли здесь трофей, а вместе с ним и статую вооруженной женщины, несомненно Этолии. Это было сооружено этолийцами в память того, что они наказали галатов за их жестокость по отношению к каллиейцам. Тут же вызолоченное изображение Горгия из Леонтин, дар самого Горгия.

1. Рядом со статуей Горгия стоит посвящение амфиктионов, статуя Скиллида из Скионы, который известен тем, что мог нырять в очень глубоких местах в море. Этому же он научил и свою дочь Гидну. Когда у горы Пелиона флот Ксеркса был захвачен внезапно разразившейся бурей, то оба они — (и отец и дочь) — довели его до гибели, вытаскивая со дна моря якоря триер или другие какие-либо крепления. За это амфиктионы поставили статую как самому Скиллиду, так и его дочери. В число тех статуй, которые Нерон забрал из Дельф, попало и изображение Гидны. (Из женского пола нырять в море могут только чистые девушки.)

2. Здесь я передал следующее сказание с Лесбоса. У рыбаков из Мефимны сети вытащили из моря изображение головы, сделанное из оливкового дерева. Черты лица этой головы носили на себе нечто божественное, но иноземное, необычное для греческих божеств. Тогда мефимнейцы обратились к Пифии с вопросом, кому из богов или героев принадлежит это изображение. Она же ответила им, чтобы они чтили его как Диониса Фаллена. Поэтому мефимнейцы оставили это деревянное изображение, добытое ими из моря, у себя и чтут его жертвами и молитвами, а медную его копию отослали в Дельфы.

3. На фронтонах храма изображены: Артемида, Латона и Аполлон, Музы, спускающийся с небосвода Гелиос, Дионис и женщины-фиады. Вначале над ними работал афинянин Праксий, ученик Каламида. Но в промежутке того довольно продолжительного времени, пока строился храм, Праксию суждено было испытать неизбежную для всех судьбу; недоконченное из украшений храма на фронтонах доделал Андросфен, тоже афинянин, ученик Эвкадма. На архитравах — золотое оружие; из него афиняне пожертвовали щиты из добычи после своей славной победы приМарафоне; этолийцы же пожертвовали то оружие, которое находится с задней и с левой сторон храма. Это оружие галатов; внешний его вид очень похож на плетеные персидские щиты.

4. При описании Дома совета в Афинах я уже при своем рассказе об Аттике упоминал о вторжении галатов в Элладу. В рассказе о Дельфах я хочу подробнее остановиться на этом событии, так как именно Дельфы были ареной этого величайшего подвига эллинов против варваров. Первое вторжение их, как чужеземного войска, было сделано кельтами под предводительством Камбавла; продвинувшись до Фракии, они не дерзнули идти дальше, увидав, что они были слишком малочисленны, чтобы бороться с эллинами. Когда же они вторично решили поднять оружие, чтобы вторгнуться в страну иных, чем они, народов, — больше всего их подстрекали на это те, которые уже ходили походом вместе с Камбавлом, получили вкус к разбою и полюбили грабеж и наживу, — то они собрали большое пешее войско, собрали не меньше и конницы. Начальники разделили войско на три части, и каждая из них должна была отправиться на особую страну. На фракийцев и на племя трибаллов должно было двинуться войско под начальством Керефрия; начальниками тех, которые шли на Пэонию, были Бренн и Акихорий; Болгий двинулся на Македонию и Иллирию и вступил в сражение с Птолемеем, который был тогда македонским царем. Это был тот самый Птолемей, который коварно убил Селевка, сына Антиоха, хотя он сам пришел к нему, умоляя его о защите; прозвище этого Птолемея вследствие необычайной его решительности было Керавн (Молния). В этой битве погиб как сам Птолемей, так и из македонян погибло немало. Но и на этот раз кельты не имели смелости двинуться дальше на Элладу, и, таким образом, они вернулись опять назад и из второго похода. 5. Тогда Бренн усиленно стал уговаривать и на общих собраниях всех галатов и каждого из их начальников в отдельности двинуться походом на Элладу, настойчиво указывая на слабость эллинов в данный момент, на то, что будто бы в общественных казнохранилищах у них много сокровищ, а еще больше в храмах приношений и чеканного серебра и золота (в монете). Таким образом, он действительно убедил галатов двинуться на Элладу, и в число своих сотоварищей по управлению войском он выбрал Акихория и других начальников галатов. 6. Собранное им войско состояло из 152 тысяч пехоты, а всадников было 20 400. Но это число всадников указывало только на тех, кто был в строю, настоящее же их число было 61 200, так как при каждом из всадников было по два служителя, тоже опытных боевых всадника и тоже имеющих коней. Когда начинается сражение и галатские всадники вступают в бой, эти служители, оставаясь в тылу, приносят им следующую пользу: если случится пасть всаднику или коню, то они или подводят нового коня господину, если же господин убит, то раб садится на коня господина и занимает его место; если погиб и конь и господин, то готов новый всадник; если господин только ранен, то один из служителей уводил раненого в лагерь, а другой становился в боевой строй вместо ушедшего. Как мне кажется, такая тактика введена у галатов в подражание отряду с неизменным числом в 10 000 у персов, которые у них называются Бессмертными. Разница только в том, что персами умершие замещаются после сражения, а у галатов число всадников пополняется в самый разгар боя. Эту организацию на своем местном языке они называли и «тримаркисией»; следует знать, что кельты называют коня на своем языке «марка». С такими-то приготовлениями и с такими намерениями Бренн двигался на Элладу.