Читать онлайн «Старый Иерусалим и его окрестности. Из записок инока-паломника». Страница 68

Местное предание также утверждает, что мусульмане, овладев Иерусалимом, напрасно старались обратить храм этот в мечеть и устроить при ней себе жилище. Их муллы не могли жительствовать спокойно в этих священных стенах, устрашаемые грозными видениями, и вскоре умирали, и потому они нашлись вынужденными сперва оставить храм в запустении, а потом и вовсе уступить его гяурам-франкам. В восточной части церкви действительно видно начало обращения ее в мечеть, по постройке миграба; но попытка эта осталась недоконченною. Близ церкви, не доходя Гефсиманских ворот, есть другое старинное здание – баня, в которой указывают на камне отпечаток младенческой стопы; предание говорит, что это след стопы Пресвятой Девы-младенца. Здание это недавно приобретено греками.

Напротив двух вышеописанных зданий (церкви и бани) у самых Гефсиманских ворот находится знаменитая Овчая купель, передняя ограда которой тянется во всю длину улицы. Название свое она получила оттого, что здесь обмывали овец и других животных пред принесением их в жертву. Царь Соломон вырыл этот водоем и окружил его пятью притворами, почему Иосиф Флавий и называет ее Соломоновой. Ангел Господень, как повествует святой Иоанн евангелист, в известное время сходил в купель и возмущал в ней воду, и кто первый входил в купель по возмущении воды, делался здоровым, какими бы недугами одержим ни был. По сей-то причине в притворах, окружающих купель (водоем), лежало множество больных, хромых и расслабленных, чающих движения воды, почему и самая купель называлась по-еврейски Вифезда, или дом милосердия. Трудно без особого чувства осматривать этот почтенный остаток древности, который несомненно есть дело Соломона. Овчая купель примыкает к священной ограде Омаровой мечети или двора древнего Соломонова храма. Теперь остался лишь сухой продолговатый дол, имеющий от востока на запад не более 50 сажень длины, а от севера к югу 14 сажень ширины; о глубине же купели судить нельзя, ибо почти наполовину она засыпана развалинами и заросла тернием, индейскими фигами, гранатовыми и другими деревьями. Видны еще каменные ступени, по коим сходили к воде по мере того, как она подымалась или понижалась. Прежде эту систерну наполняла дождевая вода, стекавшая в нее каналами; четыре стены этого водоема сложены таким образом: сперва идут ряды из больших тесаных камней, скрепленных железом, потом ряды кирпичные и наконец ряды мелких камней. В некоторых местах эта древняя одежда уже пообвалилась. Со стороны улицы купель открыта, ибо место между этой улицею и купелью служило некогда площадью для скота, вгоняемого в купель. Паломники XVI века еще видели несколько портиков целых; теперь остались лишь две арки с западной стороны; около систерны видны фундаменты древних притворов. Но меня не столько занимал этот славный памятник времен Соломона, сколько сладкие воспоминания неизреченной благости нашего Спасителя; ибо здесь поверженному на одре долголетней болезни и не имеющему человека, который бы ввергнул его в купель, – всемогущее Слово рекло: «востань, возьми одр твой и ходи!» За этот милостивый поступок вместо благодарности фарисеи и книжники исполнились зависти и ненависти, порицая сие дело милосердия за то только, что оно совершено в субботу, за то, что Он в субботу приказал ему «взять одр свой». Невольно вспомнились мне при этом наши мнимые старообрядцы, отлучившиеся от своей матери Церкви ради одной обрядовой внешности и фарисейски ненавидящие пастырей церковных за небуквальное соблюдение некоторых форм закона церковного, забывая сказанное Спасителем: суббота человека ради, а не человек субботы ради!

Путь в Гефсиманию: место побиения святого первомученика Стефана. – Предание о монастыре на месте нападения жидовина на гроб Богоматери. – Спуск в подземелье гроба Богоматери: престолы в память Иоакима и Анны, Св. Иосифа Обручника, Св. Стефана первомученика. – Часовня гроба Богоматери. – Предание об успении, погребении и взятии Ее на небо. – Придел сирийцев. – Архондарик. – Празднование в Гефсимании всечестного Успения. – Место моления о чаше. – Масличные деревья.

Из всех окрестных мест Святого Града самое любимое и наиболее посещаемое нашими богомольцами есть Гефсимания или подземный храм, в котором находится погребальная пещера Матери жизни, в успении своем нас не оставляющей.

Описывая это по справедливости досточтимое место, наш древнейший паломник игумен Даниил выражается об нем так: «Гефсимания есть село, идеже есть гроб святыя Богородицы, близ града Иерусалима на потоце кедрстем во юдоле плачевне». В субботний день, едва забрезжит утро и отворятся Гефсиманские врата в восточной стене, по Страстному пути из всех городских монастырей, занятых русскими поклонниками, спешат молчаливо, обгоняя друг друга, русские богомольцы, чтобы застать Литургию в Гефсиманской церкви, начинающуюся так рано, как только позволяет время, определяемое отверзением городских врат. Некоторые усердные богомолки приходят к воротам еще до их отверзения и своим появлением как бы напоминают полусонной турецкой страже ее обязанности. От ворот до нижнего моста, перекинутого через поток Кедрский, пролегает широкая недавно разделанная дорога; на этом пути ныне указывают лишь одно замечательное место, находящееся в самом низу почти против моста: это место побиения камнями первомученика Стефана; оно означено большим плоским камнем, вросшим в землю, который благоговейно лобызают поклонники. Недалеко от него сухая систерна, в которую, как говорит предание, было брошено убийцами тело мученика и после извлечено христианами для честного погребения.

Но игумен Даниил указывает на этом пути еще и другую замечательность: «и есть, – говорит он, – близ Иерусалима меж востоком летним и зимним от врат градных сажен 50, до места, идеже жидовин Афония хотел соврещи со одра тело святой Богородицы, егда несли и апостолы погребсти в Гефсиманию, отъяж ему Ангел Господень руце обе мечом пламенным. Есть на месте том монастырь женский и нынеж разорен бысть от поганых». Это подтверждает слышанный мною рассказ, что при обделании дороги или спуска в Гефсиманию на углу, где стезя эта заворачивает направо, открыли подземную церковь, но поспешили засыпать вход в нее, боясь подозрительности турецких властей. Одни полагают, что это нижняя часть церкви во имя святого первомученика Стефана, о которой тоже упоминает Даниил, а другие – что это подземелье принадлежит одному из древних монастырей, может быть тому самому, о коем упоминается выше. А оттуда до гроба святой Богородицы, продолжает Даниил, сажен сто. Далее следует описание самого гроба и пещеры. Но мы прежде еще должны описать подземелье, ибо самая пещера с гробом Богородицы составляет лишь часть его.