Читать онлайн ««Если», 2006 № 11». Страница 39

Шестидесятые стали эпохой «Стар Трека». Сразу оговоримся, что самый культовый фантастический телесериал всех времен и народов примерно половина критиков и составителей фильмографических баз относит к космической опере — и едва ли не столько же категорически с этим не соглашается. Аргументами в пользу первого мнения можно считать то, что самые харизматические «трекеры» (прежде всего, капитан Кирк в исполнении У.Шатнера и его друг мистер Спок, сыгранный Л.Нимоем) являют собой типичные космооперные маски, неизменные на протяжении всего сериала. В еще большей степени это относится ко всякого рода странным героям второго плана, среди которых можно встретить не только обитателей других планет, но и безумных ученых, космических пиратов, персонажей «Алисы в Стране Чудес», а также Авраама Линкольна и Чингисхана. Однако, с другой стороны, ни один космический сериал до «Стар Трека» не относился с таким уважением к реалиям освоения космоса, и ни один макет из этих сериалов не был так конструктивно сложен и визуально правдоподобен, как макет корабля «Энтерпрайз»[14]. Добавим, что именно после первого «Стар Трека» сценаристы космических опер похоронили идею заселить планеты Солнечной системы агрессивными или, наоборот, дружелюбными аборигенами. Исключения стали встречаться только в «камповых» фильмах-пародиях, типа «Женщин-амазонок с Луны».

Впрочем, не будем считать последнее исключительной заслугой сериала Джина Родденберри. Ведь в 1966–1969 годах в космос летали не только на кино- и телеэкране, более того, именно это время стало эпохой самого яркого и впечатляющего космического рывка. Так же, как и прочие жанры фантастики, космоопера испытывала влияние реальной космонавтики. Она становилась все менее наивной, не опускалась до откровенного нонсенса и пребывала в ожидании того, чтобы переработать новые достижения «космической гонки» в канву фэнтезийных сюжетов.

Увы, это ожидание продлилось не слишком долго. Уже в начале 1970-х сценаристам стало ясно, что сенсационных фактов лунные экспедиции и полеты автоматических зондов не принесут. А вскоре и сами космические программы стали сворачиваться. Повод для фантазий (довольно мрачных) давала разве что громоздкая пентагоновская затея с космическими платформами, сбивающими лазерными лучами советские баллистические ракеты.

Не знаю, как повлияли эти платформы на творческое воображение Джорджа Лукаса, но, по-моему, приступая к своему третьему фильму, он смотрел не столько вперед, сколько назад — на космические оперы прошлых лет, в том числе на того же «Флэша Гордона». Говорят, Лукас даже собирался делать его римейк, но с этим что-то не заладилось, и тогда режиссер стал сочинять свой собственный сценарий в духе «Волшебника из страны Оз» — о космических приключениях девочки (впоследствии превратившейся в мальчика — Люка Скайуокера) и сопровождавшего ее инопланетянина (преобразованного в Хана Соло).

Если бы Лукас стал снимать свои «Звездные войны» с кинематографическим арсеналом 10-летней давности, то эпохального кино, скорее всего, так бы и не получилось. Даже с чудо-моделями космолетов Дугласа Трамболла нельзя было снять фильм «Звездные войны», который бы затмил в памяти благодарного человечества пресловутую пентагоновскую разработку под тем же названием. Произвести революцию в «космической опере» позволили компьютерные технологии. Именно благодаря им удалось вывести на экран целый космический флот и на бешеной скорости лавировать между астероидами.

Анализировать перипетии и стилистику «Звездных войн» бессмысленно — не потому, что на эту тему все уже сказано, но потому, что для этого надо писать целую книгу[15]. Ограничимся тем, что разовьем наше, возможно, не самое удачное сравнение с гипермаркетом. В 1977 году только на первом этаже этой ярмарки космических мифов было предложено столько товара, что даже два года спустя покупатели, то бишь зрители, продемонстрировали весьма умеренный спрос на киноверсию знаменитого «Стар Трека», поставленную Робертом Уайзом. В США итоговые сборы фильма составили 82 млн долл., в то время как у «Звездных войн» сборы только за первый год показа достигли двухсотмиллионной отметки. В СССР, находившемся под впечатлением от первого лукасовского блокбастера, «Стар Трек» — этот и нестандартный для космооперы фильм — практически вообще не был замечен. С точки зрения проката (точнее, его отсутствия), стартовые позиции обоих фильмов были равны. Практически та же ситуация повторилась в современной России: в 1998-м мы уже предвкушали долгожданную и широко разрекламированную встречу со «Звездными войнами: эпизодом I», а посему весьма спокойно отнеслись к «Стар Треку: восстанию» Джонатана Фрейкса, чья космическая машинерия, на мой взгляд, превосходит все, что было сделано Лукасом и его «Индастриал Лайт энд Мэджик». А в 2002 году не слишком искрометный «Стар Трек: возмездие» Стюарта Бэрда попросту был торпедирован «Эпизодом II: атакой клонов». Заключительный «Трек» с треском провалился в мировом прокате, недобрав почти 30 миллионов долларов до своей бюджетной стоимости.

«Вавилон 5» и в еще большей степени «Звездный десант» Пола Верхувена попытались переориентировать космооперу на более взрослого зрителя: мужчин и женщин, которые хотели бы верить, что даже в галактической цивилизации будущего не исчезнут секс, агрессивность и жажда самоутверждения — словом, все то, что подкачивает в кровь адреналина. Лазерные пушки Лукаса по этим целям пристреляны не были. Заметим, что и повзрослевшая космоопера конца 1990-х — начала 2000-х годов ищет сюжетную и изобразительную подпитку в «черных» космических триллерах и антиутопиях… Не случайно в мини-сериале «Боевой корабль «Галактика» (2003), так же, как и в «Бегущем по лезвию», главная интрига сводится к выявлению враждебных андроидов, а в политике Галактического Альянса из «Миссии «Серенити» (2005) можно легко увидеть сходство с репрессивным тоталитарным режимом из «Гаттаки».

«Миссия «Серенити» Джосса Уидона, подхватившая эстафету у бесперспективного, по мнению продюсеров, и поэтому закрытого на пятнадцатой серии телесериала «Светлячок», стала едва ли не главной сенсацией последних лет в жанре экранной космооперы. С точки зрения набора героев и мрачной атмосферы фильм действительно не назовешь очередным клоном «Звездных войн». И космический волк капитан Рейнолдс, укрывший на борту своего звездолета девочку, обладающую мощными паранормальными способностями, и сама эта странная эксцентричная героиня, и агент спецслужб Альянса, хладнокровный убийца Operative, и живущие на космических задворках каннибалы-риверы сведены не просто в цепочке комиксовых эпизодов, но в приключенческой драме, втягивающей зрителя в свое пространство. Неслучайно фильм (к сожалению, недобравший 15 миллионов до самоокупаемости по итогам первого года проката) завоевал на удивление много поклонников в интернете. Правда, при фамилии «Рейнолдс» у меня вдруг выстроилась ассоциативная цепочка: Рейнолдс — режиссер Кевин Рейнолдс — «Водный мир» с Кевином Костнером… Там, хотя и не в космосе, тоже действовал одинокий волк-капитан, с риском для жизни приютивший на своем катамаране девочку «с секретом», которую хотят заполучить дикие банды пиратов XX-го века…

Как известно, любые схемы ущербны. Трактовать фильмы и телесериалы в духе правил проезда в метрополитене — неблагодарная вещь. Однако, когда, перелопачивая интернет, натыкаешься на заявление, что «космическая опера — это любое научно-фантастическое шоу, развернутое в открытом космосе», хочется затеять «базар», методично загибая пальцы на обеих руках.

Итак, по моему глубокому убеждению, каноны космической оперы на кино- и телеэкране предполагают…

1. Место действия — космос.

Главная и непременная особенность любой космооперы. На раннем этапе развития жанра инопланетные миры различались не столько пейзажами, сколько обитателями (люди-акулы и люди-ястребы в довоенном «Флэше Гордоне»), Впрочем, даже там уже имелись оригинальные виды марсианского города с фантастической инфраструктурой. Дальше всех шагнули Лукас и его последователи — каждая из планет в «Звездных войнах» имеет свой неповторимый ландшафт и климат: пустынный Татуин никак не спутаешь с ледяным Хотом. Зато экстерьер и отсеки космического крейсера наиболее впечатляюще выглядят в «Стар Треке: первом контакте» (художник по декорациям — Арт Дуайер, который, кстати, разрабатывал декорации и для фильмов «Терминатор-2», «Чужой-4»).

Естественно, что в телесериалах все обставлялось гораздо проще. Например, в «Капитане Видео» эпизоды в открытом космосе вирировались в синий цвет, а на планетах — в красный. Основной ареной действия в первом «Стар Треке» была командирская рубка «Энтерпрайз». Создатели «Вавилона 5» сразу уведомляли зрителя, что действие происходит на космической станции весом два с половиной миллиона тонн, где живут и работают 250 тысяч землян и пришельцев, чтобы потом ограничиться несколькими весьма скромными декорациями.