Читать онлайн «Путешествия в некоторые отдаленные страны Лемюэля Гулливера сначала хирурга, а потом капитана нескольких кораблей». Страница 81

Свифт обрушился на Вуда и на английское правительство серией памфлетов под названием «Письма суконщика». В простых и убедительных выражениях, доходивших до сердца каждого ирландского труженика, якобы от имени скромного дублинского торговца-суконщика, он описал ужасающую бедность и нищету ирландцев, напоминал о том, что в их стране существуют свои законы и никому не дано прав посягать на их старинные вольности. Он призывал ирландцев к решительной борьбе за свои человеческие права и достоинство, отнятые у них англичанами. «Средство находится в ваших руках… вы являетесь и должны быть таким же свободным народом, как ваши братья в Англии», — внушал Свифт ирландцам. Начав с разоблачения беззастенчивого наживалы Вуда, он кончил призывом к восстанию против английского владычества.

«Письма суконщика» достигли своей цели. Английское правительство вынуждено было изъять из обращения недоброкачественную монету Вуда, хотя и потерпело от этого урон. «Письма суконщика» получили такое распространение, что каждый ирландский житель не только помнил их наизусть, но и знал, кто является их автором. Об этом было известно и английскому правительству. Премьер-министр Уолполь распорядился арестовать Свифта. На это требование он получил от английского наместника в Ирландии такой ответ: «Чтобы арестовать Свифта, нужно десять тысяч солдат». Дело пришлось замять.

Замкнутый и суровый декан Дублинского собора сделался любимцем ирландского народа. Был создан специальный отряд для его охраны, днем и ночью дежуривший у дома Свифта. В его честь в Дублине был основан «Клуб суконщика».

Когда в 1726 году Свифт вернулся из поездки в Англию, все население Дублина вышло ему навстречу, и его приезд был отмечен колокольным звоном. В народе возникла легенда, будто Свифт — потомок древних ирландских королей, во времена которых Ирландия была могущественной и вольной…

«Письма суконщика» пробудили дух сопротивления и вдохновляли ирландцев и в последующие времена на борьбу за свою национальную независимость и свободу. Имя Свифта вписано золотыми буквами в историю национально-освободительной борьбы ирландского народа.

…Последние годы жизни прошли у Свифта в беспрерывной борьбе с тяжелым и мучительным недугом. Участились головокружения и головные боли, мучившие его еще с юных лет. Под конец жизни он сделался особенно угрюмым и замкнутым, проводил свои дни в полном одиночестве, не допуская к себе даже самых близких людей. Он стал рассеян и забывчив. Его память ослабела настолько, что он даже не мог читать. Однажды во время прогулки, глядя на вершину засыхающего вяза, Свифт сказал своему спутнику: «Так же вот и я начну умирать — с головы».

Свифт скончался в 1745 году, в семидесятивосьмилетнем возрасте. Согласно оставленному им завещанию, он был похоронен в Дублинском соборе. На его надгробной плите была выгравирована им самим составленная надпись: «Здесь покоится тело Джонатана Свифта, декана этой кафедральной церкви, и суровое негодование уже не раздирает здесь его сердце. Пройди, путник, и подражай, если можешь, ревностному поборнику могущественной свободы».

Джонатан Свифт отличался необыкновенной скрытностью. Даже лучших друзей он не посвящал в тайны своей душевной жизни и творчества. В его биографии до сих пор много загадочного и неясного.

Особой таинственностью он окружил создание главного труда своей жизни — романа, над которым работал более шести лет — «Путешествия в некоторые отдаленные страны света Лемюэля Гулливера, сначала хирурга, а потом капитана нескольких кораблей». Как и все другие произведения Свифта, эта книга вышла анонимно. Даже издатель, получивший в 1726 году от «неизвестного лица» рукопись романа, не знал, кто его автор.

«Гулливер» увлек читателей прежде всего своим необычайным сюжетом, удивительно точными, продуманными описаниями впечатлений героя от его пребывания у лилипутов и великанов, лапутян и гуигнгнмов. Многие воспринимали «Гулливера» как забавную, смешную сказку и не догадывались о том, что в этой фантастической истории содержится глубочайший смысл, скрыта беспощадная сатира на английские порядки, законы, нравы и политику.

Созданные Свифтом уже на склоне лет, «Путешествия Гулливера» явились плодом долголетних раздумий писателя над современной ему жизнью.

Причудливая фантастика начинается с первых же страниц романа, когда Гулливер после кораблекрушения попадает в плен к шестидюймовым человечкам.

О заведомо неправдоподобных вещах Свифт повествует таким невозмутимо-спокойным, правдивым тоном, как будто речь идет о самых обыкновенных явлениях, на каждом шагу встречающихся в жизни. При этом рассказы Гулливера кажутся настолько обоснованными и убедительными, что мы невольно начинаем видеть перед собой этих маленьких человечков и всю окружающую их обстановку столь же отчетливо, как и сам Гулливер.

Иллюзия достоверности достигается точнейшим соблюдением пропорций и размеров, тщательными арифметическими подсчетами и обильными фактическими сведениями. Так, например, в описании Лилипутии Свифт исходит из предпосылки, что рост лилипутов в двенадцать раз меньше роста Гулливера, а потому меры поверхностей у них примерно в 150 раз (12x12), а объема — приблизительно в 1700 раз (12x12x12) меньше наших. Отсюда — много забавных эпизодов и недоразумений. Автор подробно рассказывает, какого неимоверного труда стоило лилипутским портным изготовить для Гулливера новый костюм, сколько материи на него пошло, как дорого обходилось его содержание, если одним его обедом могли насытиться почти 2000 лилипутов, как трудно было найти для него подходящее жилище и т. д.

В то же время каждая черточка и каждый штрих в «Путешествиях Гулливера» содержат всевозможные иносказания и намеки, заставляющие находить много общего между сказочной Лилипутией и Англией времен Свифта. Общественные события и человеческие взаимоотношения, которые в действительности казались людям значительными и даже грандиозными, неожиданно предстают уменьшенными до микроскопических размеров и благодаря этому становятся ничтожными и смешными.

Гулливер замечает, что у лилипутов существуют почти такие же обычаи и нравы, как и на его родине. Эти жалкие пигмеи, оказывается, страдают манией величия, тщеславием и себялюбием, больше всего ценят богатство, чины и знаки отличия, считают своего крохотного короля самым могущественным монархом в мире, ссорятся, сплетничают, интригуют, ведут междоусобные войны.

Сходство распространяется и дальше. Враждующие политические партии лилипутов — высококаблучников и низкокаблучников — разительно напоминают английских тори и вигов, а секты остроконечников и тупоконечников, не могущих прийти к окончательному решению, с какого конца следует разбивать яйца, дают сатирическое изображение религиозных споров того времени. Враждебное государство Блефуску, отделенное от Лилипутии узким проливом, — это, конечно, Франция, с которой Англия вела длительную войну. Министр финансов у лилипутов Флимнап, умеющий искуснее других придворных плясать на натянутом канате и прыгать через палку, подставленную ему императором, многими чертами походит на английского премьер-министра Уолполя, а лилипутский монарх — скупой, подозрительный и трусливый — имеет несомненное сходство с королем Георгом I.