Читать онлайн «Дальневосточные соседи». Страница 72

Привлекательная внешность – вот главное условие, чтобы получить работу в баре или кабаре. Ибо, кроме фиксированной ставки, хостесс получают еще и надбавки за популярность у мужчин. Труженицу секс-индустрии надо расположить, проще говоря, авансом дать ей возможность на себе заработать. Клиента прежде всего спрашивают: пригласить ли ему за столик даму? За этим следует вопрос: есть ли у него тут знакомые имена, то есть не хочет ли он назвать кого-то персонально?

Вечерние заведения в Японии очень демократичны. Даже если «Сумико, номер 183» в данный момент танцует с директором банка Сумитомо, ее в течение тридцати минут пригласят к столику водителя грузовика. Это обойдется заказчику примерно в 50 долларов, 30 из которых получит сама псевдогейша. Дальше безошибочно срабатывает рассчитанная на мужскую психологию подначка. «Хозяюшку» каждые полчаса перезаказывают, повышая ее доход, а заодно и прибыль заведения.

Женщина в баре или ночном клубе получает 40 процентов стоимости каждого напитка, который взял для нее клиент. Просит она чаще всего «мартель», хотя все знают, что под видом коньяка ей приносят холодный чай. Но это, пожалуй, единственный обман, допускаемый в японском вечернем заведении. Современные псевдогейши свято блюдут каноны профессиональной этики, унаследованные от их экзотических предшественниц. Если перепивший посетитель уронит бумажник, рассыплет крупные купюры, никто не польстится на его деньги.

Другое незыблемое правило – никогда не раскрывать того, о чем говорят между собой мужчины за столом. Однажды мне довелось ужинать с Ясухиро Накасоне перед тем, как он стал премьер-министром. Дело было в престижном японском ресторане в Ака-саке близ императорского дворца, в компании ослепительных красавиц в кимоно. Накасоне с редкой для японца прямотой говорил о внутриполитическом положении, об отношениях Токио с Москвой и Вашингтоном. Почувствовав, что меня удивляет его откровенность в присутствии женщин, он с улыбкой заметил: «В этих стенах уже полтораста лет говорят о политических секретах с полной гарантией, что никто больше о них не узнает».

Журналистское исследование такой скрытой от посторонних глаз темы, как секс-индустрия, в свое время потребовало от автора этих строк самоотверженных усилий. Но ради московских гостей приходилось идти на жертвы, да еще убеждать в необходимости своих отлучек жену. Но иногда это оправдывалось и служебными обязанностями. Напомню, что в 60-х годах шла война во Вьетнаме. Военные базы США в Японии служили не только передовым арсеналом, но и местом отдыха американских вояк.

Расположенные близ японской столицы военно-воздушные базы Йокота и Ацуги, а также военно-морская база Йокосука на побережье Токийского залива обросли по всему периметру полосой злачных мест: баров, дансингов, ночных клубов, массажных салонов. Излюбленными темами для московских журналистов были тогда репортажи, как летчики 5-й воздушной армии и моряки 7-го флота США после бомбежек и обстрелов Вьетнама развлекаются с женщинами другой, ранее побежденной ими азиатской страны – Японии.

Тогда, при обменном курсе 360 иен за доллар, американцы жили в Стране восходящего солнца на широкую ногу. Все, включая вечерние развлечения с псевдогейшами, обходилось им в два-три раза дешевле, чем на родине. Но теперь, когда курс снизился с 360 примерно до 100 иен, их долларовая зарплата обесценилась в столько же раз. Попав недавно в Токио, я не без злорадства убедился, что расквартированные там американцы отовариваются только в «Пиэкс», то есть военторгах, берут там ящиками тушенку и сгущенку, целые канистры растительного масла, как некогда делали мы в торгпредском кооперативе.

Но самая поразительная метаморфоза произошла в «зонах порока», опоясывающих военные базы США. В роли хостесс там теперь все чаще выступают жены американских военнослужащих. Когда голубоглазая блондинка с длинными ногами прислуживает японцу за столиком, это невероятно льстит его самолюбию, избавляет от комплекса человека из побежденной страны. Ради такого удовольствия стоит проехать лишних пятьдесят минут на машине. Японский издатель моих книг специально свозил меня в Йокоту, дабы показать, как выглядит этот «сексуальный реванш».

Между местными и американскими псевдогейшами, естественно, возник конфликт. Дело усугубилось тем, что в ряды тружеников секс-индустрии стали просачиваться филиппинки и россиянки. В этих условиях инициатива создания профсоюза трудящихся первой древнейшей профессии оказалась очень своевременной. Все конфликты – как с нанимателями, так и между собой – необходимо решать цивилизованно. Словом, пришла пора провозгласить лозунг: «Путаны всех стран, соединяйтесь!»

Представьте себе горную цепь, которая дерзко вклинилась в океан, как бы породнилась с водной стихией. Лесистые склоны встают прямо из морской лазури. Куда ни глянь – уединенные бухты, тихие заливы, похожие на горные озера. Здесь понимаешь, почему у японцев, как и у китайцев, понятие «пейзаж» выражается словами «горы и воды». Такова родина жемчуговодства: полуостров Сима.

Жители Страны восходящего солнца часто повторяют пословицу: «Горы и море теснят земледельца». Да, обжитая Япония – это клочки полей, зажатые между горами и морем. Там, где положено быть распаханным долинам, часто видишь голубовато-зеленую воду заливов. Перемешав здесь горы и воды, природа порадовала художника, но не позаботилась о земледельце.

Жителей полуострова Сима издавна кормит не столько земля, сколько море. Любое селение – это рыбачий порт, где за волноломом покачиваются сейнеры. Каждую весну, как только расцветает сакура, мужчины уходят на утлых суденышках к южной оконечности Японских островов, чтобы вплоть до осени преследовать косяки макрелей.

Даже женский труд связан тут с морем. Многих крестьянок привлекает ремесло ама – «морских дев», то есть ныряльщиц, собирающих на дне заливов съедобные раковины и другую морскую живность. Почему подводным промыслом заняты именно женщины? Таково естественное разделение труда. Рыбаки порой покидают дом чуть ли не на полгода. Женщинам же надо растить детей, вести домашнее хозяйство. И они ищут добычу на дне ближайшей бухты, как у нас ходят в лес за грибами.

Ремесло ама существует в Японии с незапамятных времен. Художник Утамаро, создатель прославленной галереи женских образов, посвятил им цветную гравюру: «Ныряльщицы за аваби». Аваби – это большая одностворчатая раковина с мясистым моллюском, который считается лакомством и, стало быть, самой желанной добычей. Но если бы «морские девы» так же старательно собирали и небольшие двустворчатые ракушки акоя, Япония могла бы стать царством жемчуга гораздо раньше.