Читать онлайн «Новый Завет: культурно-исторический контекст». Страница 252

4:12. Тихику Павел поручил передать свое послание (ср.: 1 Тим. 1:3); он путешествовал вместе с Павлом и Тимофеем (Деян. 20:4; Кол. 4:7). В Римской империи государственная почта существовала только для правительственных посланий, а личные письма и посылки передавались с оказией.

4:13. «Фелонь» — это особый вид верхней одежды, теплый плащ, нечто вроде одеяла с прорезью для головы; это удобное приспособление было весьма популярно у тех, кто отправлялся в длительное путешествие. Фелонь использовали только в холодное или дождливое время года; Павел, очевидно, оставил свою фелонь в Троаде, когда наступило теплое время, и уже не имел возможности вернуться за ней. Теперь же, находясь в тюрьме, Павел замерзал там и ожидал приближения зимы вскоре после прибытия Тимофея (ср.: 4:21). (Некоторые комментаторы высказывают предположение, что здесь речь идет не о верхней одежде, а об обложке для книг; хотя такое не исключается, источником большинства аргументов для обоснования этого служат их собственные комментарии к данному стиху!)

Ряд комментаторов высказывают мысль о том, что упоминаемые (в оригинале) «пергамента» относятся к документам Павла (напр., подтверждающим его гражданство), но такие документы в этот период были редкостью. Этот термин, однако, применялся к кодексам (собраниям листов папирусов с покрытием — в отличие от свитков), новой книжной форме, которую популяризировали христиане. Первоначально они использовались как записные книжки, для записи расходов и доходов и разных заметок; христиане быстро приспособили их для Писаний. Павел мог иметь записные книжки для изучения Писания; другие «книги» могли быть свитками папирусов — наиболее распространенными на тот период формами записи.

Павел, очевидно, ожидает, что Тимофей пойдет на север, к Троаде, откуда он мог бы пройти через Македонию, а затем выйти на главную дорогу к Риму через Фессалонику и далее — в Далматию, а оттуда — морем в Италию (хотя, ср.: 4:21).

4:14. Многие медники жили в восточном Средиземноморье, но работа с медью производила так много шума, что Александр, в отличие от Павла, который использовал в работе кожу, не мог много рассуждать за работой. Следовательно, он мог заниматься проповедью только после работы (если только он не был медником в прошлом, а теперь занимался распространением ложных учений все свое свободное время).

Этот Александр мог быть лжеучителем из 1 Тим. 1:19,20, хотя это имя было широко распространенным. «Много сделал мне зла» — речь может идти и об осведомителе, доносчике; но не ясно, действительно ли Павел относится к Александру как к одному из тех, кто выдал его римским властям. Павел, вероятно, не был арестован в Эфесе, поскольку он перед этим провел зиму в Никополе; он, возможно, направлялся в Рим и просто прибыл во время начавшихся преследований христиан при Нероне (Тит. 3:12; ср.: 2 Тим. 4:10).

Псалмопевцы часто молили Бога оправдать и воздать по делам их врагам (напр.: Пс. 16:13,14; 34:1–8,26; 54:16; 68:23–29). Павел здесь предсказывает (будущее время), а не молится о возмездии (ср.: Пс. 51:6; 54:24; 62:10,11; 72:17–20 и др.); вместе с тем, он подчеркивает, что Бог воздаст каждому по заслугам в конце времен.

4:16. Здесь Павел, по всей видимости, имеет в виду не свое заточение, упомянутое в Деян. 28:30,31, которое, вероятно, завершилось благополучно, а более позднее слушание дела после своего повторного ареста. Это могло быть предварительное слушание дела, рпта actio, до передачи его в римский суд (на практике, вероятно, не самому императору).

4:17,18. Здесь у Павла, возможно, ссылка на исповедание веры Давида или Даниила (1 Цар. 17:37; Дан. 6:27; ср.: 1 Мак. 2:60); Даниил был брошен в ров со львами по приказу царя, хотя царь сделал это с большойнеохотой. Лев в древней литературе был символом высшей власти, здесь это относится к власти Нерона. Уже после смерти Павла, во время преследований христиан Нероном, некоторые христиане в буквальном смысле слова были брошены на съедение львам на арене. Но Павел использует выражение «львиные челюсти» как метафору в том смысле, в котором она часто встречается в Ветхом Завете (см., напр.: Пс. 21:14, 22). Слово, переведенное как «избавит», указывает на земное избавление и безопасность (ст. 17), но этот термин применялся и к окончательному спасению (ст. 18). Молитвы в древних письмах считались деломестественным, поскольку жизнь была буквально пронизана верой, которую исповедовали и на практике.

4:19–22 Заключение

4:19. Письма часто завершались приветствиями. Акила и Прискилла, которые отбыли из Эфеса (Деян. 18:24–26) и обосновались в Риме (Рим. 16:3), снова вернулись в Эфес, возможно, недавно, поскольку Павел никак не комментирует их помощь и содействие в 1:16–18; здесь упоминаются только спутники Павла по его странствиям, вероятно, в основном одинокие мужчины (4:10–12 и 20). О доме Онисифора см. в ком-мент, к 1:16–18.

4:20. В письмах обычно сообщались новости о друзьях, в числе которых были спутники Тимофея по его прошлым путешествиям (Деян. 19:22; 20:4). О том, как можно расценивать болезнь Трофима, см. в коммент. к Флп. 2:25–30.

4:21. Навигация прекращалась в зимнее время, примерно с 10 ноября по 10 марта, но в период между 15 сентября и 10 ноября и между 11 марта и 26 мая иногда предпринимались рискованные попытки совершить морские путешествия. Тимофей, таким образом, не мог плыть морем из Эфеса зимой, но даже если он предпочел путешествие по суше, по дороге к северу от Греции, как ожидал Павел (4:13), он все же должен был пересечь Адриатическое море, которое тоже было закрыто для навигации. Если бы Тимофей задержался, то он уже не смог бы прийти до весны и застать Павла в живых. Павел, вероятно, послал это письмо с Тихиком летом, оставляя Тимофею немного времени для улаживания своих дел.

Пуд, Лин и Клавдия — латинские имена. Иудеи иногда носили латинские имена, но большинство римских евреев имели греческие имена (имя «Клавдия» могла носить женщина-рабыня, освобожденная во время правления императора Клавдия). Таким образом, три или четыре латинских имени могли указывать на то, что христианство проникало в новые слои римского общества. Если они были церковными руководителями (только они названы по именам, остальных Павел объединяет: «все братия»), упоминание одного женского имени представляется важным. Согласно преданиям, Лин был вторым епископом Рима после Петра.

4:22. Завершающее выражение «с вами» по-гречески стоит во множественном числе; последние приветствия Павла включают помощников Тимофея в Эфесе (4:19).

ВВЕДЕНИЕ

Авторство, назначение послания, комментарии. См. введение к Первому посланию к Тимофею. Как и Первое послание к Тимофею, Послание к Титу, по-видимому, в большей мере директивное письмо, а не просто личное послание.

Обстановка. Павел оставил Тита на Крите, чтобы он продолжил начатое и поставил пресвитеров в созданных там христианских церквах (1:5). Описание оппозиции (1:10 11 14) во многом напоминает Первое послание к Тимофею, где Павел рисует обстановку в Эфесе, полагая, что заблуждения, о которых там идет речь, могут распространиться среди христианских общин. Прежние оппоненты Павла, из тех, кто принадлежал к числу сто ройников обрезания язычников и с которыми он встретился в Галатии, очевидно продолжали преследовать его, буквально шли за ним по пятам, «корректируя» обращенных им в веру (1:10,14). Хотя им удалось убедить в своей правоте многих, их воззрения не нашли достаточной поддержки; но Павел не смог при жизни увидеть плоды своего служения (2 1им. I; 15).

1:1–4 Введение

Здесь, как и в Первом послании к Тимофею, Павел опускает многие принятые и устоявшиеся в древних письмах формы (напр, благодарения и встречающееся реже упоминание о молитве) и непосредственно приступает к существу дела. 1:1. В начале письма обычно авторы представлялись. Быть рабом высокопоставленного человека считалось в то время престижным, а ветхозаветных пророков часто называли «рабами Божиими». Иудеи верили, что еврейский народ был избран для спасения по своей национальной принадлежности к Израилю; возможно, специально бросая вызов лжеучителям на Крите (1:10), Павел называет всех верующих в Иисуса избранными (хотя он делает то же и в других случаях).

1:2,3. Выражение «вечная жизнь» буквально означало «жизнь мира грядущего», который (в соответствии с иудейским учением) должен был наступить в будущем при "воскресении мертвых. Непреложность слова Бога, которое Он возвестил через Своих пророков от начала, и то, что грядущее воскресение предсказано в самых первых книгах Библии, — все это согласуется с иудейским учением, и не могло оспариваться оппонентами Павла (1:10). (Стоики учили о неизменности божественных установлений, но в их учении Богу предоставлялась меньшая свобода взаимодействия с человеческой волей, чем в иудаизме. Напротив, в греческих мифах боги с легкостью обманывали смертных. Но такой взгляд на божественность отвергался философами и высмеивался последователями иудаизма.)