Читать онлайн «Новый Завет: культурно-исторический контекст». Страница 140

21:18,19. В это время Павел доставляет пожертвования христиан из язычников (24:17; ср. коммент. к 20:1–4).

21:20–22. Иерусалимские христиане принимают служение язычников, но не могут преодолеть присущую иудеям неприязнь к языческой культуре. Иерусалим был уже не тот, каким он описан в Деян. 2; напряженность нарастала, наемные убийцы (си-карии, или «кинжальщики») убивали в храме знатных иудеев, подозреваемых в сотрудничестве с римлянами. На подъеме был еврейский национализм, а сознание национальной исключительности вело к нетерпимости к тем иудеям, которые поддерживали дружеские отношения с представителями других народов. Поэтому Павла обязывают доказать его приверженность иудаизму; не желая поставить под угрозу порученную ему миссию нести свет язычникам, Павел готов подтвердить свое иудейское происхождение любой ценой, за исключением признания небиблейскогопринципа национальной исключительности. Иерусалимская церковь подает наглядный пример преданности национальной культуре. Христиане из язычников, осуждающие соблюдение закона иудео-христианами, но соблюдающие при этом свои собственные церковные и культурные традиции, вступают в противоречие с духом "Нового Завета, который призывает людей отказаться от грехов, но не от положительных или нейтральных элементов своей культуры. (Христианский апологет Иустин Мученик, отмечая наличие этого противоречия во II в., ясно дает понять, что разделяет раннехристианское представление о том, что евреи могут соблюдать закон и в то же время быть последователями Иисуса; см. «Диалог с Трифоном», 47.)

Иаков говорит, дословно, о «многих десятках тысяч» уверовавших (ст. 20) — минимум о 50 тыс., что составляет (если эта цифра достоверна) десятую часть населения еврейской Палестины и в восемь раз превосходит число "фарисеев. Несколько лет спустя сам Иаков был предан мученической смерти проримской религиозной верхушкой, но его репутация поборника иудейской культуры была так высока, что простой народ Иерусалима потребовал отстранения его убийцы от должности.

21:23–26. Эти меры предосторожности должны были защитить Павла от ложных обвинений, особенно если он собирался появляться во дворах храма. Павел вносит полагающуюся сумму за благочестивых иерусалимских христиан, которые исполнили на-зорейский обет; язык оригинала позволяет предположить, что Павел заплатил и за предшествующий обет, который он исполнил, когда не смог попасть в Палестину (18:18). Голову полагалось брить на седьмой день очищения, а приносить жертвы в храме — на восьмой день (Чис. 6:1—21), но, согласно предписаниям ритуального закона, минимальная продолжительность обета составляла тридцать дней, следовательно, Павел присоединился к остальным в обете не только теперь. Те, кто брал на себя издержки назо-реев (как, напр., Агриппа I), считались благочестивыми.

21:27–36 Мятеж в храме

В правление Кумана, римского прокуратора, непосредственно предшествовавшего Феликсу (23:24), один римский воин возмутил народ тем, что разделся донага на территории храма; по оценке Иосифа Флавия, около 10 тыс. человек были затоптаны насмерть во вспыхнувшем после этого мятеже. Когда другой воин сжег свиток с иудейским законом, Куман уступил требованиям толпы и казнил его. Ненависть к язычникам и ктем, кто сотрудничал с ними, нарастала, и менее чем за десятилетие привела к войне, закончившейся кровавой расправой над повстанцами (в одночасье в Кесарии было уничтожено более 20 тыс. иудеев) и разрушением храма.

21:27. См.: 19:34. «Асия» — римская провинция Азия в западной части современной Турции.

21:28. Внешний двор, открытый для язычников, отделялся от женского двора оградой высотой около 4 футов, которая была снабжена предупреждающими надписями на греческом и латинском языках, установленных через определенные интервалы: «Посторонний, перешедший этот рубеж, будет виновен в собственной смерти» (эти надписи упоминаются в древней литературе, а одна была обнаружена археологами). Это было одно из тех преступлений, за которые иудейские власти имели право казнить, не обращаясь за разрешением к Риму. (Такой же привилегией пользовался греческий храм в Элевсисе; но римские власти делегировали право смертной казни только в исключительных случаях, подобных этому, иначе местные националисты смогли бы применять это наказание ко всем приверженцам Рима.)

21:29. Эфес был главным городом римской провинции Азия, и в тамошней еврейской общине хорошо знали Павла и его помощников (19:33,34; ср.: 18:19–21,26). Хотя предположение этих азиатских иудеев неверно, оно основано на общеизвестной дружбе Павла с христианами из язычников.

21:30. Они вывели Павла «вон из храма» во внешний двор для язычников. Очевидно, sagan, или начальник храмовой охраны, приказал закрыть двери женского двора, чтобы не допустить проникновения толпы в храм. (Иосиф Флавий рассматривает пролитие крови в храме как «мерзость запустения», поэтому важно было предотвратить пролитие крови в священных пределах.)

21:31. На северной стороне Храмовой горы находилась крепость Антония, где был расквартирован гарнизон из шестисот человек (когорта); из ее башен часовые следили за соблюдением порядка. Чтобы попасть вовнешний двор храма, воинам было достаточно спуститься по лестницам из крепости. В действительности под командованием «тысяченачальника» (или трибуна) находилась не тысяча, как вытекает из названия егодолжности, а только шестьсот человек. Обычно трибуны принадлежали к сравнительно немногочисленному «среднему классу» состоятельных римлян.

21:32. Поскольку слово «сотники» стоит во множественном числе, можно предположить, что речь идет, по меньшей мере, о ста шестидесяти воинах (под началом сотника было около восьмидесяти человек). Этих сил было достаточно, чтобы рассеять толпу, хотя в недавнем прошлом они не всегда справлялись со своей задачей.

21:33. Павел, очевидно, был прикован к двум солдатам (12:6). Тысяченачальник требует свидетелей, которые могли бы выдвинуть против Павла конкретные обвинения, но таковых не оказалось.

21:34. Под «крепостью» подразумевается старая цитадель Хасмонеев Bans, но Ирод Великий назвал ее «Антония» в честь своего друга Марка Антония.

21:35. Лестница из крепости Антония вела прямо на внешний двор храма.

21:36. Греческие авторы того времени любили проводить параллели между похожими историческими личностями; Лука проводит здесь параллель между Иисусом и Павлом (Лк. 23:18).

21:37 — 22:2 Павел и тысяченачальник

21:37. В восточной части империи использование латыни ограничивалось военной сферой и документами, касавшимися римских граждан. Чиновники государственного аппарата в Сирии-Палестине использовали греческий язык, который был также первым языком иерусалимской знати, и большинство иудеев в Палестине немного знали греческий. Тысяченачальник считает, что Павел является зачинщиком беспорядков (ст. 38); большинство известных ему возмутителей спокойствия говорили по-арамейски. Но египетские деловые документы того периода составлялись на греческом языке, который, по-видимому, и там был основным; поэтому римлянин не удивился, что тот, кого он считал египтянином, говорит по-гречески. Суть не в том, что Павел говорит по-гречески, а в том, что он говорит без акцента, как образованный и свободно владеющий языком человек, каковым не мог быть мятежный египетский иудей, за которого тысяченачальник принял Павла.

21:38. Иосиф Флавий сообщает о лжепророке из Египта, который увлек за собой около 30 тыс. (эта цифра менее достоверна, чем приведенная здесь). Римский губернатор Феликс (23:24) подавил это восстание, носамому египтянину удалось бежать. Известно, что в этог период многие лжепророки с мессианскими притязаниями уводили в пустыню людей, надеющихся на спасение в виде нового исхода под предводительством нового Моисея.

«Разбойниками» в переводе названы сикарии. Это были еврейские террористы, которые носили под плащами изогнутые кинжалы и безжалостно убивали в храме аристократов, оставаясь незамеченными в толпе. Через несколько лет после описываемых событий они стали брать заложников, требуя освободить своих сторонников, которых удерживал прокуратор. Последние сведения, сообщаемые о них Иосифом Флавием, связаны с крепостью Масада, где они погибли в 73 г.

21:39. Граждане греческого города обладали более высоким статусом, чем просто «жители» (которые, в свою очередь, стояли на более высокой ступени социальной лестницы, чем временные жители и сельское население). Право на гражданство давало либо рождение в семье гражданина, либо особые заслуги, за которые оно могло быть пожаловано городскими властями. В древности города ожесточенно соперничали между собой, особенно в Малой Азии, и Таре был далеко не последним городом. Граждане Тарса не обязательно были римскими гражданами (Таре не был римской колонией), но Павел приберегает свою козырную карту — римское гражданство — на случай, если она понадобится ему позднее.