Читать онлайн «1115 вопросов священнику». Страница 38

Что написано на свитке в руках Спасителя на иконе «Утоли моя печали»?

Иеромонах Иов (Гумеров)

Утоли моя печали

На иконе Матери Божией «Утоли моя печали» Младенец Спаситель держит развернутый свиток, на котором написано: «Суд праведен судите, милость и щедроты творите кийждо ко искреннему своему; вдовицу и сира не насильствуйте и злобу брату своему в сердце не творите». Левая рука Богоматери, приложенная к голове, символически показывает, что Пресвятая Богородица не только слышит все наши молитвы, но сопереживает наши печали.

Древняя икона Божией Матери находилась в местечке Шклове Могилевской губернии. В 1640 году казаки принесли список с нее в Москву. Икона была поставлена в храме святителя Николая Чудотворца в Пупышах в Замоскворечье (церковь была разрушена в период гонений). По каким-то причинам позже икона была перенесена на колокольню и находилась в забвении. Прославление ее относится ко второй половине XVIII века, когда от нее произошло исцеление расслабленной женщины. Будучи знатной, женщина эта имела возможность пользоваться услугами врачей, но они не смогли ей помочь. В сонном видении она услышала голос, повелевавший ей ехать в Москву: «Там на Пупышеве в храме святого Николая есть образ Божией Матери с надписью: «Утоли моя печали»; молись пред ним, и ты получишь исцеление». При этом ей был показан сам образ.

Женщина пробудилась с надеждой. Домашние привезли ее в Москву и внесли в храм святого Николая Чудотворца. Там иконы, показанной во сне, не оказалось. Сопровождавшие рассказали священнику о видении, которое было больной. Тогда он велел принести с колокольни все находившиеся там ветхие иконы Божией Матери. Среди них оказалась и икона с надписью: «Утоли моя печали». Как только икону Богоматери внесли в храм, больная, уже не говорившая и не владевшая ни руками, ни ногами от слабости, вдруг воскликнула: «Она! Она!».

После молебна больная приложилась к чудотворной иконе Богоматери и почувствовала в себе силы. Она без посторонней помощи встала на ноги и потом без поддержки вышла из храма святителя Николая. Это чудо совершилось 25 января (7 февраля по новому стилю). В этот день совершается празднование в честь иконы «Утоли моя печали». В настоящее время этот чудотворный образ Пресвятой Богородицы находится в храме святителя Николая Чудотворца в Кузнецах.

Духовный смысл, который соединяется с названием иконы Божией Матери «Утоли моя печали», точно передает тропарь (глас 5):

«Утоли болезни многовоздыхающия души моея, утолившая всяку слезу от лица земли: Ты бо человеком болезни отгониши и грешных скорби разрушаеши, Тебе бо вси стяжахом надежду и утверждение, Пресвятая Мати Дево».

священник Афанасий Гумеров, насельник Сретенского монастыря

В православном богослужении черные облачения применяются Великим постом — в период, определенный Церковью для сугубого покаяния и оплакивания своих грехов.

Иеромонах Иов (Гумеров)

Слово «кошка» встречается только однажды в Библии — в неканонической книге «Послание Иеремии». Автор говорит о ничтожестве идолов: «На тело их и на головы их налетают летучие мыши и ласточки и другие птицы, лазают также по ним и кошки» (Посл. Иер. 1: 21).

Отсутствие упоминаний в других книгах (прежде всего, канонических) можно объяснить тем, что Священное Писание не является энциклопедией жизни и быта древних людей Палестины, а представляет собой собрание богодухновенных текстов о домостроительстве нашего спасения. Ее цель — научить нас путям Божиим. Различные домашние животные упоминаются только в определенном библейском контексте: описание жертвоприношений, постановления Моисеева закона, важнейшие библейские события, притчи. Часто животные используются метафорически для сравнений и построений образов. Так, например, словом «пес» называются профессиональные блудники: «Не вноси платы блудницы и цены пса в дом Господа Бога твоего ни по какому обету, ибо то и другое есть мерзость пред Господом Богом твоим» (Втор. 23: 18).

Возможно, была еще одна причина, по которой священные писатели не упоминают кошек. Для соседних египтян, жизнь и нравы которых евреи хорошо знали, кошки были предметом культа. Они поклонялись им. Духовное сознание и нравственные понятия язычников были настолько извращены, что кошку ценили выше человека. Геродот пишет, что во время пожара в первую очередь спасали кошек, а потом людей. Греческий историк Диодор Сицилийский (ок. 90 до Р.Х. — 21 по Р.Х.) пишет: «Один римлянин убил кошку, и сбежалась толпа к дому виновного, но ни посланные царем для уговоров власти, ни общий страх, внушаемый Римом, не мог освободить от мести человека, хотя он и совершил это нечаянно» (I, 83).

«Они заменили истину Божию ложью, и поклонялись, и служили твари вместо Творца, Который благословен во веки, аминь» (Рим. 1: 25).

священник Афанасий Гумеров, насельник Сретенского монастыря Приведенные в письме опасения полностью расходятся со здравым смыслом. По существующим правилам восприемником человек может стать в 15 лет, восприемницей — 13 лет (Указ Святейшего Синода 1836 года). В этом возрасте люди еще не имеют семей. Если девушка, становясь крестной матерью, лишалась бы возможности иметь своих детей, то согласно правилам восприемницами могли быть только замужние женщины, имеющие детей.

священник Афанасий Гумеров, насельник Сретенского монастыря

При рассмотрении смерти царевича Димитрия историк не имеет право ограниваться только «Следственным делом», составленным людьми, посланными Борисом Годуновым. Необходимо изучить все доступные вниманию исследователя обстоятельства.

Кратко восстановим исторический фон. Царем был Феодор Иоаннович (1557–1598). Он отличался набожностью, благочестием, но имел слабую волю. Страной фактически правил Борис Годунов — конюший и глава Земского приказа. Его родная сестра Ирина Федоровна была царицей. Детей у царской четы не было. Необходимо поставить вопрос: хотел ли Годунов царской власти? Факты это подтверждают. Годунов пытался объявить Димитрия незаконнорожденным как сына седьмой супруги Иоанна Васильевича. Он повелел не молиться о нем и не поминать его имя с царской фамилией за богослужением. Цель была ясна — лишить его возможности наследовать престол в случае кончины царя, который был слаб здоровьем. В 1586 году произошло событие, которое еще больше показало намерения Бориса Годунова. Иван Шуйский и другие бояре стали бить челом царю о разводе его с царицей Ириной. Их поддержал митрополит Дионисий. Годунов воспротивился. Он сказал, что царица отличается здоровьем и добродетелью, потому у них могут быть дети. Если нет, то жив царевич Димитрий. Факт примечательный! С целью расстроить планы Шуйского и бояр, гибкий в политике Борис, идет на уступки и признает права за Димитрием. Попытка с разводом не удалась. Митрополит Дионисий просил Бориса не мстить. Но в следующем году Шуйского и близких к нему бояр обвинили в измене. Одних сослали, других казнили. «А гостей Московских Феодора Нагая да с ним шти [шести] человек казнил на Москве» (Полное собрание русских летописей, М., 2000, т. X, с. 37). Митрополит Дионисий и архиепископ Варлаам обратились к царю, чтобы заступиться за преследуемых и сказать о неправдах Бориса. Правитель победил. Архиереи были свергнуты и сосланы в новгородские монастыри. Место преосвященного Варлаама занял архиепископ Геласий. Позже он будет послан Годуновым вместе с Василием Шуйским в Углич для дознания. В «Новом летописце» говорится о попытке Бориса Годунова отравить царевича: «Борис посла на Углич, чтобы сего праведного окормити зелием. Ему же праведному царевичу Димитрию даваху смертоносное зелие овогда в естве, овогда в питие, Бог же храняй праведника, не хотя втайне ево праведную душу вести приятии, а хотя ево праведную душу и неповинную кровь объявити всему миру» (ПСРЛ, т. XIV, с. 40). В этой же летописи подробно повествуется об убиении невинного царевича людьми, посланными Борисом Годуновым: Михайлой Битяговским, сыном его Данилой, племянником Никитой Качаловым, Данилой Третьяковым. К ним присоединился сын мамки царевича Осип Волохов. Совершили они злодеяние в Угличе 15 мая 1591 года. Царевич утром был в Спасо-Преображенской церкви на литургии, которую он посещал ежедневно. Дома ему дали Богородничную просфору. «А обычай у него, государя, царевича был таков: по вся дни причащался [т. е. вкушал] хлебу Богородничну» (Повесть об убиении царевича князя Димитрия. — Чт. в Об-ве ист. и древн. росс., 1864, кн. IV, окт. — дек., отд. V). Ему дали пить, и после этого нянька Василиса Волохова увела его гулять.