Читать онлайн «Духовный мир». Страница 178

Вот как говорил, вскоре после кончины о. Серафима, архиепископ воронежский Антоний, известный подвижническою своею жизнью: «мы как копеечные свечи, а он как пудовая свеча всегда горит пред Господом, как прошедшею своею жизнью на земле, так и настоящим дерзновением пред Святою Троицею».

Много уже записано явлений о. Серафима, после блаженной его кончины. Вот немногие из них.

Нижегородский помещик Д. А. А. под старость вовсе лишился зрения; а его единственная радость состояла в чтении священных книг. Двоюродная сестра его прислала ему воды из источника о. Серафима. Он приказал подать себе чистое полотенце, намочил его этою водою и с молитвою: «Господи Иисусе Христе Сыне Божий, молитвами угодника Твоего Серафима исцели меня» – три раза прикладывал к глазам. После первого раза он видел как в тумане, после второго стал различать предметы и после третьего мог читать: он прозрел. Исцеленный съездил в Саров и стал ежегодно уделять часть своих доходов на Девеев, где, по его смерти, его имя записали на вечное поминовение.

Русский подвижник Афона, иеромонах Серафим, известный под именем Свято- горца, в своих келейных записках передает следующее: «в 1849 году я заболел. Болезнь моя была убийственна: я не думал, что останусь живым. Никакие средства не могли поставить меня. Я отчаялся. Только в первый вечер 1850 года вдруг кто-то тихо говорит мне: «завтра день кончины о. Серафима, саровского старца: отслужи по нему заупокойную литургию и панихиду, и он тебя исцелит». Это меня сильно утешило. Я хотя лично не знал о. Серафима, но в 1838 году, бывши Сарове, возымел к нему веру и любовь. Вот, я попросил отслужить по нем литургию и панихиду, и тотчас болезнь моя миновала, и поныне я благодатию Божиею здоров».

В июле 1856 года единственный сын костромского вице-губернатора Борз-ко, 8 лет, занемог спазмами в желудке; болезнь осложнилась, появились припадки, с тоской, разрешавшиеся пеной; врачи помогали мало, и родители боялись за жизнь сына. В это время С. Д. Давыдова, бывшая рясофорной в женском монастыре (впоследствии костромская игуменья, мать Мария) подарила матери ребенка книгу об о. Серафиме. Родители читали ее вместе.

В одну ночь ребенок видел во сне Спасителя в красной одежде, в сонме ангелов; Он говорил: «ты будешь здоров, если вспомнишь то, что прикажет тебе старец, который придет к тебе». Потом явился старец, назвал себя Серафимом и сказал: «если хочешь быть здоровым, возьми воды из источника, находящегося в Саровском лесу и называемого Серафимовым, и три дня утром и вечером омывай голову, грудь, руки и ноги, и пей ее». Ребенок рассказал сон няне, а няня родителям, которым сын повторил все это и сам. На утро он открыл, что после первого сна ему являлась еще с ангелами Пресвятая Дева и с любовью приказывала исполнить слова старца. В этот самый день вернулась из путешествия г-жа Давыдова, и родители просили помочь им достать воды из источника о. Серафима. Она прислала сейчас же бутылку этой воды; когда поступили по наставлению старца, дитя совершенно выздоровело.

Один монах саровский, подвижнической жизни, был вовлечен духом злобы в страшное уныние и отчаяние. В эту минуту он вскрикнул: «батюшка Серафим, помоги мне!»

Тут же, в своей келье, он увидел тогда близ икон угодника Божия, который, благословляя его, совсем, как живой, сказал: «радость моя, я всегда с тобою. Мужайся, не унывай, но воюй против врага – дьявола».

28 мая 1844 года один пензенский и другой саранский купцы с семьями, княгиня и княжна Еникеевы с племянницею ясно видели о. Серафима у его источника; сперва в самом источнике, в полурост, а потом в одном месте – сидящим на срубке, а в другом – идущим спешно в монастырь.

Все это было рассказано ученику старца, о. Иасафу, и на другой день они все вместе отправились туда. Когда о. Иоасаф замедлил по дороге, к нему подбежали с известием, что о. Серафим уже виден. В воде было ясное его изображение, как пишется он на портретах, в епитрахили, а в руках книга и образ.

Племянница княжны, 10-летний ребенок, бросила в воду, в изображение, камешек. Вода заколебалась, и изображение сделалось точно живое.

Начальница Влахерской пустыни, Е. А. Татаринова, засвидетельствовала, что одному неизвестному больному в Сибири явился святитель Митрофаний и сказал: «что не просишь помощи у Бога чрез саровского старца о. Серафима? Он не прославлен еще на земле, но имеет великое дерзновение у Господа. У тебя есть частица камня, на котором он молился; погрузи его в воду и пей». Так больной исцелился.

Одна богомолка шла Муромскими лесами. В глухом месте услыхала она страшные крики и стоны. При ней было изображение о. Серафима, она вынула его и перекрестила им себя и то место, откуда шли крики. Все затихло. Она пошла дальше. На дороге стояла повозка, и при ней лежали двое изувеченных людей. Они рассказали, что разбойники хотели их убить, но вдруг разбежались. Чрез несколько времени подъехал исправник и подобрал их троих, а женщину заподозрил, как соучастницу разбоя.

Разбойники долго еще ходили на свободе и были пойманы за другим делом. Каясь, рассказали они и о разбое в Муромском лесу. Когда они готовились нанести своим жертвам последний удар, вдруг из лесу на них выбежал седой, согбенный, в измятой камилавке монах, с грозящим пальцем, в белом балахоне, с криком: «вот я вас!» А за ним бежала с кольями толпа народа.

Им показали изображение о. Серафима, отобранное у странницы, и они признали его.

Шацкой купчихе Петаковской, знавшей старца при жизни, во сне о. Серафим сказал: в ночь воры подломили лавку твоего сына; но я взял метелку, и стал мести около лавки, и они ушли».

Поутру все запоры были найдены вырванными.

В 1864 году у г-жи Сабанеевой в Петербурге заболел сын Дмитрий, а он как раз должен был держать экзамен и перейти в горный институт. Мать была в горе и молилась о. Серафиму.

Ночью видела она во сне старца, и он сказал ей: «сын твой выздоровеет и испытание в науках выдержит». В лазарете мать уже не нашла сына: он был на экзамене.

Вернувшись с успехом и радостный, он рассказал ей, что и он видел во сне любимого и чтимого им о. Серафима, который сказал ему: «выздоровеешь и испытание выдержишь».

По свидетельству послушницы Гоглачовой, «одна знаменитая госпожа» приехала в Саров и, увидя изображение о. Серафима, залилась слезами и рассказала о себе следующее.

У нее в горле был нарыв; голос пропал, вода проходила только каплями. Однажды ночью она сидела в постели, обложенная подушками; служившие ей уснули. В комнате светила лампа и лампада у икон. Вдруг неожиданно вошел старец с открытой головой, в белом балахончике, с медным крестом на груди. Он благословил больную и сказал ей: «простая и добросердечная!» и вышел. В ту же минуту больная громко воскликнула: «старец Божий, скажи еще что- нибудь!» Этот голос разбудил ее прислугу, и та спрашивала ее, с кем она говорила.

По выздоровлении ей принесли изображение о. Серафима, и в нем она узнала своего исцелителя, а в Сарове – ее поразило, что и одеяние его было то же, в каком старец явился ей.

В 1865 году в доме г-жи Бар…, пред Рождеством, раздавали, по обычаю, пособия нуждающимся.

Вошел отдельно старичок, седой, согбенный, и, помолясь, говорит: мир дому сему и благословение». Раздатчица спросила его: «ты за подаянием?»

– Нет, не за тем.

– Что ж тебе? Бери, если надо.

– Нет, мне ничего не надо, а только видеть вашу хозяйку и сказать ей два слова.

– Хозяйки нет дома. Что передать – скажи нам.

– Нет, мне надо самому.

Одна из прислуги шепнула другой: «что ему тут – пусть идет – может, бродяга какой».

Старичок сказал: «когда будет хозяйка, я зайду, я скоро зайду», и вышел.

Раздатчица видела плохую обувь старичка и раскаялась, на нее напало какое-то смущение. Она выбежала на крыльцо, во и там, и дольше никого не было: он точно исчез. От хозяйки это скрыли, а подозрительной служанке во сне кто-то сказал: «ты напрасно говорила: у вас был не бродяга, а великий старец Божий».

На следующее утро г-же Бар… по почте пришла посылка. Это оказалось изображение чтимого в доме старца о. Серафима – кормящим медведя.

Велико было изумление всех: когда те, кто говорили со старичком бедным, Узнали его в изображении о. Серафима. (Извлеч. в сокращ. из кн. «Русские подвижники XIX в.», ч. II).

Плотских страстей, плотской борьбы, нечистых помыслов не знал Петр (мирское имя его) вовсе. И тот путь, царский, которым шел подвижник, привел его к великим духовным дарам.

По пострижении, 20 сентября 1824 года, в монашество, с именем Пафнутия, он увеличил труды. В келье его было лишь Распятие, икона Пресвятой Богородицы, деревянная голая скамья, столик, фонарь и деревянная чашка. Ночью, кроме молитв, переписывал он святоотеческие книги. Благодатные ведения посещали часто избранника Божия, укрепляя его. Время совершения литургии он удостоился чудного озарения, в котором ему открылось таинство спасения.