Читать онлайн «Копи царя Соломона. Английский язык с Г. Р. Хаггардом.». Страница 48

Still we did not halt, though by this time we should have been glad enough to do so, for we knew that when once the sun was fully up it would be almost impossible for us to travel in it. At length, about six o'clock, we spied a little pile of rocks rising out of the plain, and to this we dragged ourselves. As luck would have it, here we found an overhanging slab of rock carpeted beneath with smooth sand, which afforded a most grateful shelter from the heat. Underneath this we crept, and having drank some water each and eaten a bit of biltong, we lay down and were soon sound asleep.

It was three o'clock in the afternoon before we woke (было три часа пополудни, когда мы проснулись), to find our three bearers preparing to return (и обнаружили, что три наших носильщика собираются вернуться /назад/; to prepare — готовиться, подготавливаться). They had already had enough of the desert (им уже надоела пустыня; enough — достаточно), and no number of knives would have tempted them to come a step farther (и никакое количество ножей не соблазнило бы их сделать еще хоть один шаг дальше; to tempt — соблазнять, искушать; уговаривать, склонять). So we had a hearty drink (поэтому мы вволю попили; hearty — сердечный, искренний; /о пище/ обильный), and, having emptied our water-bottles (и, осушив наши фляги), filled them up again from the gourds they had brought with them (заново наполнили их /водой/ из тыкв, которые они /носильщики/ принесли с собой), and then watched them depart on their twenty miles' tramp home (после чего мы стали смотреть, как они отправились в свое двадцатимильное путешествие домой; tramp — бродяга; долгое и утомительное путешествие пешком).

knives [naIvz], empty ['emptI], depart [di:'pQ:t]

It was three o'clock in the afternoon before we woke, to find our three bearers preparing to return. They had already had enough of the desert, and no number of knives would have tempted them to come a step farther. So we had a hearty drink, and, having emptied our water-bottles, filled them up again from the gourds they had brought with them, and then watched them depart on their twenty miles' tramp home.

At half-past four we also started on (в половине пятого мы тоже отправились в путь). It was lonely and desolate work (это было одинокое и унылое путешествие; desolate — одинокий, оставленный всеми; безрадостный, унылый; work — работа, труд; занятие, дело), for, with the exception of a few ostriches, there was not a single living creature to be seen on all the vast expanse of sandy plain (потому что, за исключением нескольких страусов, ни единой живой души не было видно на огромном пространстве этой песчаной равнины; creature — создание, творение; человек, животное). It was evidently too dry for game (здесь, очевидно, было слишком сухо для дичи = для того, чтобы здесь водилась дичь), and, with the exception of a deadly looking cobra or two, we saw no reptiles (и, за исключением одной или двух кобр, выглядевших весьма смертоносными, мы не увидели /больше/ никаких пресмыкающихся; deadly — смертельный; ужасный; reptile — пресмыкающееся, рептилия).

lonely ['lqunlI], desolate ['desqlIt], creature ['kri:Cq], cobra ['kqubrq], reptile ['reptaIl]

At half—past four we also started on. It was lonely and desolate work, for, with the exception of a few ostriches, there was not a single living creature to be seen on all the vast expanse of sandy plain. It was evidently too dry for game, and, with the exception of a deadly looking cobra or two, we saw no reptiles.

One insect, however, was abundant, and that was the common or house fly (одно насекомое, однако, встречалось в огромном количестве, и это была обычная или комнатная муха; house fly — муха комнатная: «домашняя»; abundant — обильный). There they came, "not as single spies, but in battalions," as I think the Old Testament says somewhere (и появлялись они там "не как одинокие лазутчики, а целыми батальонами", так, кажется, сказано где-то в Ветхом Завете; spy — шпион, тайный агент). He is an extraordinary animal, is the house fly (это удивительное насекомое, эта комнатная муха; animal — животное, зверь). Go where you will you find him (отправляйтесь туда, куда пожелаете, и там вы ее встретите), and so it must always have been (и так, должно быть, было всегда). I have seen him enclosed in amber which must, I was told, have been half a million years old (я видел ее застывшей в янтаре, которому, как мне сказали, было, вероятно, полмиллиона лет; to enclose — окружать, огораживать; заключать), looking exactly like his descendant of today (и выглядела она точно так же, как и ее сегодняшние потомки), and I have little doubt that when the last man lies dying on the earth (и я не сомневаюсь: «у меня небольшие сомнения в том», что когда последний человек будет лежать, умирая, на земле) he will be buzzing round (она будет жужжать вокруг; buzz — жужжание/отзвука, производимого летящими насекомыми/; to buzz — гудеть, жужжать; лететь, производят такой звук) — if that event should happen to occur in summer (если это /событие/ возьмет да и случится летом; to happen — случаться, происходить; /случайно/ оказываться; to occur — происходить, случаться, совершаться) — watching for an opportunity to settle on his nose (выглядывая возможность приземлиться ему на нос; to settle — поселиться, водвориться; усаживаться, устраиваться).

insect ['Insekt], abundant [q'bAnd(q)nt], housefly ['hausflaI], battalion [bq'txljqn], enclosed [In'klquzd], amber ['xmbq], descendant [dI'sendqnt], buzz [bAz]

One insect, however, was abundant, and that was the common or house fly. There they came, "not as single spies, but in battalions," as I think the Old Testament says somewhere. He is an extraordinary animal, is the house fly. Go where you will you find him, and so it must always have been. I have seen him enclosed in amber which must, I was told, have been half a million years old, looking exactly like his descendant of today, and I have little doubt that when the last man lies dying on the earth he will be buzzing round — if that event should happen to occur in summer — watching for an opportunity to settle on his nose.

At sunset we halted, waiting for the moon to rise (на закате мы остановились, ожидая, когда взойдет луна). At ten she came up beautiful and serene as ever (в десять она взошла, прекрасная и безмятежная, как всегда; serene — ясный, спокойный; безмятежный, невозмутимый), and, with one halt about two o'clock in the morning, we trudged wearily on through the night (и, с одной остановкой около двух часов ночи: «утра», мы устало тащились всю ночь /напролет/; to trudge — идти с трудом, устало тащиться; wearily — утомительно, скучно; устало; through — зд. указывает на временные отношения: на протяжении/всего промежутка времени/), till at last the welcome sun put a period to our labors (до тех пор, когда, наконец, долгожданное солнце не положило конец нашим мучениям: «трудам»; period — период, промежуток времени; конец; to put a period to smth. — поставить точку, положить конец чему-либо). We drank a little and flung ourselves down, thoroughly tired out, on the sand (мы выпили немного /воды/ и бросились, совершенно измотанные, на песок), and were soon all asleep (и вскоре мы все спали). There was no need to set a watch (не было никакой необходимости выставлять караул; watch — пристальное наблюдение; караул, /ночной/ дозор), for we had nothing to fear from anybody or anything in that vast, untenanted plain (потому что нам некого и нечего было бояться в этой огромной, необитаемой равнине; tenant — владелец/недвижимости/; житель, обитатель; to tenant — нанимать, арендовать; жить, проживать). Our only enemies were heat, thirst, and flies (единственными нашими врагами были жара, жажда и мухи), but far rather would I have faced any danger from man or beast than that awful trinity (но я скорее бы согласился встретиться лицом к лицу с любой опасностью, исходящей от человека или зверя, чем с этой ужасной троицей; trinity — что-либо, состоящее из трех частей).

halt [hO:lt], serene [sI'ri:n], trudge [trAdZ], thoroughly ['TArqlI], trinity ['trInItI]

At sunset we halted, waiting for the moon to rise. At ten she came up beautiful and serene as ever, and, with one halt about two o'clock in the morning, we trudged wearily on through the night, till at last the welcome sun put a period to our labors. We drank a little and flung ourselves down, thoroughly tired out, on the sand, and were soon all asleep. There was no need to set a watch, for we had nothing to fear from anybody or anything in that vast, untenanted plain. Our only enemies were heat, thirst, and flies, but far rather would I have faced any danger from man or beast than that awful trinity.