Читать онлайн «Волхвы против глобализма». Страница 32

Беседа с Природой всегда имеет характер духовного общения. Общение на уровне команд и ответов здесь почти исключено. Духовная связь может быть только с духовным. В языческом понимании, это беседа с духами и предками своей земли. Эта беседа удается только в том случае, когда человек (пусть бессознательно) проявляет к ним уважение, возводит связь с Природой в разряд высших ценностей, поскольку признает себя с нею в родстве.

Так, что основная заповедь язычества — не отделяться от своей Природы. При ее соблюдении, будет неизбежно происходить восстановление первозданного мирового порядка и первозданной гармонии. Если мы уходим в Природу — буквально уходим странствовать, то всякий раз Природа стремится вывести нас к началу творения, которое может быть осознанно только как религиозное. В любом случае, странствующим человеком явно ощущается чувство внутреннего обновления и восторга, если он родственен, если его внутренние ритмы совместимы с той частью нашего природного ландшафта, которому он себя доверил.

Исполнение этой простой заповеди: не отделяться от своей Природы — спасает человека от порабощения цивилизацией, а Природу от гибели. Этому надо следовать всегда, независимо от уровня технического прогресса.

Связь человека со своей естественной средой обитания должна входить в число высших ценностей. При этом человек более, чем теперь должен стать созерцателем, должен научиться работать в Природе душой и радоваться этому. Он должен ставить себя в равные отношения с Природой. Быть поэтом и снова научиться слагать простые песни о том, что видят его глаза.

9. Нам никуда не деться от пороков цивилизации. Цивилизация разрушает монастыри и возвращает Робинзонов обратно в свое лоно. Свойственный некоторым нашим патриотам или религиозным идеологам бескомпромиссный конфликт с потребительским мышлением ведет к тому, что аристократ духа становится добровольным Робинзоном, оказывается живущим вне цивилизации и в нищете. Дальнейшая его жизнь уже оказывается от него не зависящей. Его потомки с таким образом жизни не соглашаются и уходят обратно в цивилизованный мир, где предаются всем порокам, думая, что в этом и есть истина, а боровшийся с цивилизацией родитель был не прав.

Таким образом, потомки аристократа духа, будут сильнее всех ослаблены цивилизацией, и потому обязаны первыми погибнуть. К сожалению, это носит характер закона. Поэтому, ориентация всех носителей природной веры на такого рода отказ от цивилизации неприемлем. Это путь отдельных людей или общин. Сам по себе этот путь очень ценен, но он не может являться основным, поскольку ориентирован на вымирание.

Естественно попытаться понять — что в такой ситуации делать человеку? Отказаться от цивилизации, уйти в монастыри и леса может незначительное меньшинство. Цивилизация разрушает монастыри и возвращает «Робинзонов» обратно. Она предоставляет творческие возможности, но она же и порабощает так, что реализовать эти возможности не оказывается воли.

Стало быть, цивилизация оказывается не только благом, но и опасностью. Опасностью не только на экологическом, но и на биологическом, на волшебном уровне. Осознание этого заставляет задуматься многих. Жизнь показывает, что от цивилизации нельзя уйти. Нельзя ничего противопоставить ее финансовой и технической мощи кроме бунта, нищеты и первобытного способа существования. Но, противостоять как-то надо. От цивилизации нельзя уйти, но ее волшебный круг должен быть разорван.

Пока человек голоден, он не может отказаться от развития технической цивилизации. И надо, чтобы ее развитие было эффективным, дабы человек сумел удовлетворить в ней круг своих биологических потребностей, прежде чем цивилизация погубит Природу и его самого.

Техническая цивилизация должна предоставить человеку гарантии, что он будет сыт, одет, будет иметь жилье, работу, досуг, возможность растить детей и дать им образование, иметь силы и возможность для творчества. За это человек отдает ей свой труд. Далее человеку нужно быть здоровым в физическом, моральном и социальном смысле. Здесь его путь и путь цивилизации уже расходятся. Это значит, что не теряя тех жизненных гарантий, которые дает техническая цивилизация, нужно суметь добровольно отказаться от всех ее излишних благ. В этом суть противостояния цивилизации.

Для этого, в обществе должна жить и развиваться идея, позволяющая человеку выжить в самых комфортных и быстро изменяющихся условиях. Очевидно, эта идея не может опираться на экономику. Поэтому она не может быть политической. Она может находить опору только в человеческом духе, и поэтому должна быть сопряжена с верой, с религией.

Обращая внимание на становление таких религий как христианство или ислам, мы находим, что, в свое время, они перевернули мир. Сейчас они желают лишь приспосабливаться и стараться сохранять его таким, какой он им нужен — вровень со степенью собственного одряхления и порока. На этом примере мы видим, что мир, цивилизацию, переворачивает именно идея. И эта идея потом формирует мир по-своему. Переворачивает она его один раз. Ныне христианство уютно живет в искусственной среде европейской цивилизации. Там же ислам бархатными речами уверенно набирает себе сторонников.

О том, как наше христианство приспособило себя к жизни в постсоветском обществе — можно написать тома. Напомним лишь, что РПЦ приняла из рук воров и предателей украденные у народа дары, чем оправдала геноцид нашего народа и выразила согласие с идеологией глобализма.

Задача язычества не в том, чтобы сокрушить цивилизацию. Мы знаем, что это неизбежно произойдет. Это случится не по нашей воле, а в силу разрушительного начала, уже явившегося в Мир. Наша задача иная. Мы противостоим цивилизации в той ее части, которая несет смерть человечеству. Мы обязаны дать людям идею выживания в том мире, который ими создан. Если они примут эту идею, то поймут как защититься, чтобы крах цивилизации не унес того, что должно жить далее.

10. Языческое учение, которое мы здесь предлагаем, опирается на справедливость — на открытость, на естественные возможности человека и отсутствие злого тайного умысла.

Фактически нас интересует возможность нравственно и физически здоровой жизни в условиях современной цивилизации. Основная задача носителей природной веры видится в том, что надо здесь, в условиях цивилизации показывать, что людям недостаточно одного потребительского мышления, хотя потребление и лежит в природе человека. Поэтому нашей задачей оказывается не противопоставить, себя цивилизации, а дополнить ее. Тогда гипертрофированное потребительское мышление сократится до своих естественных размеров. Без духовной борьбы такое дополнение не случится.

Жизнь человека надо дополнить тем, что было у него до появления современной цивилизации. Ее надо дополнить опытом предков, что запечатлен в традиционном укладе жизни и культуре, дополнить первобытным инстинктом связи человека со своей землей и роскошью неторопливого общения, когда понятны мысли и чувства собеседника.

В первобытный инстинкт, по нашему мнению входит потребность рожать детей больше двух, поддерживать свое здоровье естественными способами, правильно отдыхать и работать, брать от своей земли не более, чем самому надо, находить тепло и поддержку у своих друзей и близких.

Чтобы большинство людей признало такое возрождение человека правильными, а не объявило его навсегда ушедшей идиллией, должна быть вновь найдена древняя идея, древний способ мышления, приводящий сознание к состоянию необходимому для продолжения жизни. Первобытный человек интуитивно, а потом и осознанно, обладал такой идеей. Через нее он понимал и принимал силу земли, и выживал.

Самым прочным фундаментом любого учения является вера. Поэтому, современному человеку, для полноценной жизни, требуется вера, обращенная к силе родной земли и Природы.

Новая демографическая политика жизненно необходима России. На 2006 год это стало уже избитой фразой. Сегодня требуется переход от слов к действию. Однако, еще совсем недавно, даже заявить об этом было нельзя. Сама постановка демографической проблемы была под запретом.

Здесь приводится воззвание, которое, в первой половине 2000 года, было разослано по интернету лидерам политических партий страны и в администрацию президента. При этом разницы между коммунистами и демократами принципиально не делалось. Так же оно было распечатано, и через почту разослано в десять крупнейших газетных издательств, независимо от их политической ориентации. Ответом нам было ото всюду гробовое молчание. Наше воззвание не привлекло внимания ни лидеров политических партий, ни прессы, но от этого поднятые в нем проблемы не исчезли.