Читать онлайн «Япония, японцы и японоведы». Страница 117

Встретились мы тогда со многими видными представителями японского политического мира, включая депутатов парламента, глав местной администрации и видных ученых. Но особых задач у нас не было, а потому беседы с ними сводились к скольжению по поверхности тогдашних проблем советско-японских отношений - маломальские спорные вопросы этих отношений в наших беседах не затрагивались. Один раз, правда, возникла проблема другого рода: за час до начала прощального приема в честь нашей делегации Петр Галактионович оказался в абсолютно нетрезвом состоянии в результате проведенной им ранее встречи с кем-то из японцев. После консультаций с нашими многоопытными в подобных вопросах дипломатами и посольским врачом были приняты различные экстренные меры по постановке виновника происшествия на ноги, включая холодный душ, нашатырный спирт и т.п., что придало его осанке и внешности более или менее нормальный вид. Во всяком случае, с приветственным пожиманием рук появлявшимся в дверях японским гостям он справился вполне успешно.

Поездка в Японию сблизила меня с Карэном Брутенцем: мы обнаружили одинаковое понимание всего происходившего вокруг нас и в Японии, и в нашей стране. В отличие от многих его коллег по работе в ЦК КПСС Брутенц умел находить курьезное и смешное в том, что обычно всерьез тревожило или озадачивало наших ответственных работников, приезжавших с подобными миссиями, и это очень благотворно сказывалось на нашем настроении в ходе поездки.

Столь же беспроблемно прошла и моя поездка в Японию в качестве члена делегации общества "СССР - Япония". Состоялся этот вояж где-то в 1966 году, вскоре после того, как меня избрали одним из вице-председателей этого общества, объединявшего не только значительную часть японоведов Москвы, но и многих видных советских деятелей культуры: кинорежиссер Марк Донской, балерина Ольга Лепешинская, скрипач Леонид Коган и др.

На сей раз наша делегация была небольшой. В ее состав входили лишь три человека: главный редактор газеты "Московские новости" Я. Ломко, главный редактор журнала "Цветоводство" Н. Николаева и я как заведующий отделом Японии Института народов Азии АН СССР. Задача наша сводилась к тому, чтобы укрепить контакты с такими организациями сторонников добрососедства с Советским Союзом как "Общество японо-советской дружбы" и "Общество японо-советских связей", образовавшихся в Японии после раскола общества "Япония - СССР", подпавшего под влияние КПЯ, и выхода из него представителей СПЯ, Генерального совета профсоюзов и некоторых других организаций, не согласных с политическим курсом КПЯ.

Участие в таких делегациях напоминало собой приятное путешествие по туристской путевке: принимавшая нас японская сторона обеспечивала нам и ночлег и питание, а наши обязанности сводились лишь к беседам с японцами либо в официальных помещениях, либо в студенческих аудиториях, либо за обедами и ужинами. Ломко, на которого как на главу делегации возлагалась обязанность произносить приветственные речи и тосты, выполнял эту обязанность охотно и с блеском. Что же касается меня, то главное в этой поездке я видел в том, чтобы в свободные часы побывать в токийских книжных магазинах и закупить новинки по интересовавшим меня вопросам государственной и политической жизни Японии.

В ходе нашего пребывания в Токио большое внимание к нам проявил тогдашний руководитель международного отдела ЦК Социалистической партии депутат парламента Мацумото Ситиро, и это внимание отражало общее дружественное отношение к нашей стране японских социалистов, занявших ту брешь, которая образовалась в контактах советской и японской общественности после отхода КПЯ на враждебные нашей стране прокитайские позиции.

Середина и вторая половина 60-х годов стали периодом небывалого прежде по своему размаху сближения КПСС с японскими социалистами, охотно взявшими на себя ту роль, от которой оказалась тогда КПЯ,- роль главных поборников советско-японского добрососедства. А влияние социалистов на политическую жизнь и государственные дела Японии было тогда несравнимо большим, чем у коммунистов. Поэтому дружба с социалистами была для Советского Союза объективно более полезной, чем прежняя дружба с КПЯ. Беда была, однако, в том, что этого не понимали упертые в марксистские догмы руководители КПСС типа Суслова и Пономарева, не оставлявшие своих помыслов о восстановлении дружбы с руководством КПЯ, хотя последнее, наглея все более, продолжало демонстративно отвергать эту дружбу.

Мое следующее довольно длительное общение с большим числом японских граждан случилось весной 1970 года в дни после открытия в Осаке Всемирной международной выставки "ЭКСПО-70". Как известно, открытие этой выставки весной 1970 года совпало по времени со столетием со дня рождения В. И. Ленина, широко и торжественно отмечавшемся в Советском Союзе. В "директивных инстанциях" было решено воспользоваться этой круглой датой для более массового ознакомления международной общественности с марксистско-ленинской идеологией, а также с жизнью и деятельностью основателя советского государства - В. И. Ленина. В Японии реализовать эту задачу был призван персонал павильона СССР на выставке "ЭКСПО-70", функции которого допускали лекционную деятельность не только в стенах павильона, но и за его пределами. Так возникла идея посылки в Японию лекторов, способных выступать в японских аудиториях по теоретическим вопросам, связанным с советской внешней политикой и марксистско-ленинской идеологией. Содействовать реализации этой идеи изъявила готовность Японская ассоциация культурных связей с зарубежными странами (Тайгай Бунка кёкай - или сокращенно Тайбункё), возглавлявшаяся видным японским общественным и политическим деятелем, президентом университета Токай Мацумаэ Сигэёси. Деятельность этой ассоциации опиралась на местные отделения социалистической партии, Генерального совета профсоюзов и прочие связанные с социалистами массовые организации. Тот факт, что японские социалисты взялись содействовать проведению в Японии цикла выступлений советских лекторов, посвященных столетию со дня рождения В. И. Ленина, красноречиво говорил о том, как изменилась к началу 70-х годов политическая ситуация в Японии. Нашим лекторам пришлось выступать перед японцами по ленинской тематике не с помощью японских коммунистов, а с помощью социалистов и левых профсоюзных руководителей. Коммунисты же в дни ленинского юбилея предпочитали проводить юбилейные мероприятия без участия советских гостей, давая при этом свою далеко не всегда объективную интерпретацию деятельности В. И. Ленина и его трудам.

Первыми по очередности выездов кандидатами на поездку в Японию в качестве лекторов советского павильона на выставке "ЭКСПО-70" оказались в соответствии с решением Международного отдела ЦК КПСС мы с Д. В. Петровым так уж судьба и на этот раз свела нас вместе. Мы пробыли тогда в Японии два месяца. Работники Тайбункё составили для каждого из нас расписанные по дням программы поездок в самые различные города страны, где мы и выступали с лекциями на японском языке в разнообразных аудиториях. Нашими слушателями были чаще всего местные активисты социалистической партии, профсоюзные функционеры, активисты местных отделений Общества японо-советской дружбы, а также студенты. Петров читал лекции на тему "Ленинская внешняя политика Советского Союза", а тема моей лекции формулировалась так: "Ленин и его взгляды на Японию".