Читать онлайн «Рига. Ближний Запад, или Правда и мифы о русской Европе». Страница 60

Правда, открыточный этот вид – на Домский собор с Домской площади («Домки», как зовут ее русские рижане; Doma laukums), – появился не так уж давно. В Cредние века собор выглядел иначе (вместо пузатого барочного купола был острый шпиль, как у церкви Екаба), а никакой площади не было вообще. Зажатый оборонительными стенами, тесный средневековый город не мог позволить себе роскоши незанятого пространства.

Идея снести дома, мешающие любоваться Домским собором, посетила рижан только во второй половине XIX века, когда городских стен не осталось в помине. К средневековой застройке Старушки в то самонадеянное время вообще относились без особого почтения, легко ломая древнее и возводя новое – или просто освобождая место.

Второй этап очистки пространства от старого и ненужного, как тогда полагали, градостроительного хлама пришелся на короткую эпоху диктаторства Карлиса Улманиса (конец 1930‑х) – об этом в главе «Большой стиль маленькой страны. Рига между мировыми войнами».

Если вы впервые окажетесь на «Домке» в компании рижанина, то он непременно объяснит вам, что устоявшееся русское название титульной городской достопримечательности, Домского собора (Rīgas Doms, Herdera laukums, 6) – чистая тавтология, «масло масляное»: der Dom по-немецки это и есть «собор». Вообще-то заложенный епископом Альбертом, основателем Риги, храм именовался церковью Святой Марии, но об этом сейчас мало кто помнит. Закладка изначально была актом соперничества – епископский кафедрал должен был превзойти в размерах более старую, почитаемую горожанами церковь Петра. И хотя запланированной грандиозности добиться не удалось (из-за нехватки денег вместо двух парных башен построили лишь одну, по центру фасада), Домский собор по сей день – крупнейший по площади храм Прибалтики.

А вот орган его на момент создания (1880‑е) был и вовсе крупнейшим в мире. Этот – нынешний – инструмент немецкой сборки не первый в соборе: от прежнего, конца XVI века, оставили декор органного фасада. Рекорд величины давно побит, но слава домского органа, для которого специально писал произведения, среди прочих, Франц Лист, не меркла никогда.

Наводки:

* Сайт Домского собора: www.doms.lv

* О Домском соборе и монастыре при нем – на портале «Средневековые замки Латвии»: www.castle.lv

Рядом с «Домкой» есть неплохое место, чтобы отдохнуть от обилия историко-культурных впечатлений и получить вкусовые – «Single Malt Bar» слева от площади, если стоять лицом к собору, в самом начале улочки Тиргоню («Craft Beer and Single Malt Bar S. Breving», Tirgoņu, 4). В полном соответствии с названием здесь солидный выбор односолодового скотча и разноплеменного пива, включая, разумеется, латвийское. После краткого алкогольного визита в Шотландию вернемся обратно: не в Латвию, а в Лифляндию – часть «немецкого мира» под властью Российской империи.

До второй половины XIX века в Риге говорили почти исключительно по-немецки, а музыканты, литераторы, ученые из Германии работали здесь, не чувствуя себя эмигрантами (вспомним Вагнера). Когда Иоганну Фридриху Гердеру, будущему известному немецкому философу-просветителю, в родной Пруссии стала грозить опасность быть забритым в рекруты, он уехал в Ригу – служил здесь проповедником и директором школы при Домском соборе, начал писать. Бюст Гердера стоит на рижской площади его имени (Herdera laukums) с 1864‑го – года, когда исполнилось сто лет с момента прибытия классика в Ригу. Памятник этот пришлось закрывать мешками при съемках на площади сцен «Семнадцати мгновений весны».

Про бюст Гердера у рижских краеведов имеется отдельная байка. Якобы после Второй мировой, когда немцы не пользовались любовью, бронзового Иоганна Фридриха как-то ночью повалили на землю вместе с чугунным постаментом – после чего бюст от греха подальше убрали в находящийся тут же Музей истории Риги. Но вскоре в Ригу собралась высочайшая делегация: Никита Хрущев вместе с главой ГДР Вальтером Ульбрихтом. Бюст вернули на место, но постамент впопыхах соорудили новый, гранитный – каковой можно видеть и поныне.

Площадь Гердера окажется справа, если стоять к фасаду Домского собора лицом. Примыкающие к собору здания именуются Домским ансамблем – рижский кафедрал со Средних веков обрастал целым собственным городком. Когда-то при соборе был монастырь, разогнанный в Реформацию; теперь одно из самых известных заведений, квартирующих в Домском ансамбле, – Музей истории Риги и мореходства (Palasta, 4). Старейший городской музей был создан на основе коллекции врача Николауса фон Химзеля, которую тот собирал в середине XVIII века.

По другую сторону площади Гердера – заведение с еще одним немецким именем в названии: четырехзвездочный отель «Gutenbergs» (Doma laukums, 1) с рестораном, известным террасой на крыше, с которой открывается козырный вид на Старушку. Иоганн Гутенберг, изобретатель книгопечатания, прямого отношения к Риге не имеет, но часть отеля располагается в здании типографии XVI века, так что связь с печатным делом налицо.

Вернувшись на Домскую площадь и двинувшись вперед, по улице Екаба (Jēkaba iela), скоро увидим по левую руку прямо над собой третий из высочайших шпилей Старушки – шпиль собора Екаба (Святого Иакова, Sv. Jēkaba katedrāle; Jēkaba, 9). Во времена средневекового противостояния рижских бюргеров с ливонскими рыцарями церковь Екаба числилась за Орденом. Тогда она даже успела получить прозвище «самой известной деревенской церкви Ливонии», поскольку находилась за городской стеной – что дает представление о первоначальных размерах Риги. Несмотря на то, что во время Реформации первое в Риге богослужение по лютеранскому образцу (тогда оно было дерзкой диссидентской акцией) состоялось именно в церкви Екаба, сейчас храм – кафедральный собор Рижской католической архиепархии (тогда как Домский – главный храм латвийских лютеран).

В перенасыщенном легендами Старом городе есть свои и у собора Екаба. В XV веке к одной из граней его шпиля приделали кивер для наружного колокола – такой было слышно дальше. Но скоро обнаружилось, что колокол сам по себе звонит всякий раз, когда мимо церкви проходит неверная жена. Звон почти не смолкал, и в конце концов рижские дамы добились того, чтобы медного разоблачителя сняли.

Завернув на улочку Маза Пилс (Малую Замковую, Mazā Pils), на нечетной ее стороне увидим очередную хрестоматийную достопримечательность Старушки – точнее, целых три: стоящие вплотную друг к другу дома № 17, 19 и 21, прозванные «Тремя братьями». Старший из них, номер семнадцатый – вообще самый старый сохранившийся в Риге жилой дом (XV век). Узкие фасады и узкие окна «братьев» – память о вековой борьбе властей, беспрестанно придумывавших поводы для взимания налогов, с населением, упорно не желавшим раскошеливаться. Поборы рассчитывались в зависимости от ширины фасадов и окон – а те делались все уже и уже. В центральном доме из трех нынче Латвийский музей архитектуры (Mazā Pils, 19).