Читать онлайн «Новый Библейский Комментарий Часть 3 (Новый Завет)». Страница 120

16:11—40 Павел и Сила в Филиппах. 11,12 Подробное описание путешествий характерно для последней части Книги Деяний. Город Филиппы, пусть и не столичный для той части Македонии, являлся римской колонией, и его жители пользовались теми же правами, что и граждане самого Рима.

13 Подтекст фразы мы вышли за город… где по обыкновению был молитвенный дом можно было бы принять за указание на синагогу, но, во–первых, более точный перевод здесь: «…где… совершалась молитва», а, во–вторых, в этой связи часто указывают на то обстоятельство, что без обязательного наличия десяти мужчин синагога не учреждалась. Тем не менее Павел и бывшие с ним по своему обыкновению разговаривали сначала с собравшимися там для молитвы живому Богу иудейскими и богобоязненными женщинами (см. также: 16:16). 14,15 Одну из этих женщин звали Лидия, происходила она из города Фиатир и торговала багряницею. Хотя это имя и говорит, что в прошлом эта женщина была служанкой или рабыней, тем не менее указание на ее домашних и наличие у нее возможности пригласить людей войти в ее дом свидетельствуют о ней, как о женщине незамужней и не стесненной в средствах. Выражение чтущая Бога, вероятно, означает, что она была прозелиткой, поклонявшейся иудейскому Богу (см.: коммент. 10:2). Во втором путешествии Павла влиятельные богобоязненные женщины встали на его сторону, в отличие от предыдущего путешествия (13:50; см. также: 17:4,12,34).

Господь отверз сердце ее внимать тому, что говорил Павел (см. также: Лк. 24:45) — этими словами Лука в полной мере отдает должное вкладу Господа в успех благовествования. Назвать Павла «зажигающим аудиторию» оратором можно было не больше, чем Петра — «духовным целителем». Истинной причиной его успеха был Господь, что не освобождает Павла (и нас тоже) от обязанности говорить, а слушателей — от обязанности покаяться и обратиться к живому Богу. Лука, указав, что сердце Лидии отверзлось, сообщает далее, что крестилась она и домашние ее. Эпизоды с упоминанием «домашних» часто рассматриваются в качестве аргумента в пользу крещения детей. Обоснованность крещения детей лучше обсуждать на основании других отрывков Писания (см.: коммент. к 16:31—34). Видимо, приглашение Лидии было весьма настойчивым, поскольку иудеям строго запрещалось пользоваться гостеприимством язычников. К тому же принять ее приглашение — означало жить в доме незамужней женщины! Лидии удалось убедить миссионеров, и это указывает на то, что Павел был готов осуществлять проповедуемое: «Нет уже Иудея, ни язычника; нет раба, ни свободного; нет мужеского пола, ни женского: ибо все вы одно во Христе Иисусе» (Гал. 3:28). По всей видимости, община продолжала собираться в доме Лидии (16:40).

16 Даже обосновавшись в доме Лидии, христиане продолжали ходить в молитвенный дом, иными словами, туда, где филиппийские иудеи собирались для совместной молитвы (16:13). Однажды на пути туда им встретилась служанка, одержимая духом прорицательным. 17 Этот злой дух точно установил духовные силы, стоявшие позади дела Господня (ср.: Лк. 4:34, 41; 8:28). В древности полагали, что человек способен приобрести власть над кем–то, чье настоящее имя ему известно, поэтому часто утверждалось, что злые духи стараются получить подобную власть над Иисусом и Его учениками. Однако здесь (как, по–видимому, и в других случаях) их возгласы нацеливались на публику и, следовательно, их следует рассматривать как попытки «удалить покров» с тайны дела Божьего, или как почти невольное признание власти Иисуса над собой (по данному вопросу см.: любопытный эпизод в 19:15). Утверждалось, что язычники могли толковать ст. 17 неправильно, однако это верно в отношении фактически любой лапидарной формулировки христианской идеи, даже в отношении заявлений и деяний самих миссионеров (14:11; 17:18б). 18 Павел по истечении многих дней, наверное, имел возможность убедиться, что за внешним исповеданием веры не последовало подлинных знаков возрождения служанки. Тогда Павел обратился к духу напрямую, повелевая ему именем Иисуса Христа… выйти из нее.

19 Как же, должно быть, недоумевали и сердились тогда господа ее\ В конце концов, ведь они не сделали ничего плохого Павлу и Силе. Да и слова служанки можно было истолковывать, как слова помощи проповедникам. Но господа ее обнаружили другое: надежда дохода их ушла вместе с этих духом! Несколько свободных, важных людей получали доход от эксплуатации прорицательства служанки. Но, по мнению Павла, агитация в пользу учения Христа, исходившая из такого источника, не являлась достаточной компенсацией за чье–либо духовное господство, пусть даже и господство такого, столь незначительного с точки зрения данного общества, человека, как некая служанка.

20–24 В обращении господ этой служанки к воеводам опущен пункт с указанием на их, господ, финансовые беспокойства. Зато вместо него главными пунктами обвинения выступают «антиримская деятельность» миссионеров (причем подчеркивается, что они — иудеи) и подстрекательство к беспорядкам. Когда народ также восстал на них, избежать решения, направленного против чужеземцев, вероятно, было невозможно; и, дав им много ударов, проповедников ввергли в темницу, где связали и надежно заперли.

25 Образ Павла и Силы, которые, молясь, воспевали Бога, несмотря на колодки на ногах и сырую, мрачную темницу, запоминается надолго. И неудивительно, что другие узники слушали их: за кого бы они ни почитали проповедников — то ли за святых мужей, то ли просто за безумствующих, все равно никто не смог бы назвать их безрадостными и унылыми! 26 Вряд ли Павел и Сила молились о своем избавлении, поскольку они не воспользовались им, когда такая возможность им предоставилась (см. ниже: ст. 28 и особенно 37), но другие узники не могли не посчитать великое землетрясение, которое так потрясло все двери темницы, что они отворились и у всех узы ослабели, за ответ свыше на полуночное бдение. 27 Неудивительно, что темничный страж извлек меч и хотел умертвить себя при мысли о побеге всех его узников (см.: коммент. к 12:18,19; 27:42). 28 Вероятно, Павел сумел повлиять на остальных узников (он также занял ведущее положение, находясь на борту корабля в гл. 27), или они были напуганы и не бежали, видя, что Павел и Сила оставались на месте. Так или иначе, но Павлу удалось предотвратить это самоубийство и объявить, что все узники на месте.

29—34 Рассказ о спасении темничного стража пронизан парадоксами: ему предстояло получить избавление из рук своих узников; он должен был, взяв воды, омыть их раны, а они, в свою очередь, — воспользоваться водой, чтобы крестить его; образ темничного стража, который затем пригласил обоих узников в дом свой и предложил трапезу, просто изумителен. Следует заметить, что и другим членам его семьи (или его дома) было проповедано Слово Господне, все крестились и он вместе с ними возрадовался, что уверовал в Бога (34; см. также: 11:14; 18:8; 1 Кор. 1:16). По этой причине, а также при отсутствии конкретных упоминаний о крещении младенцев, эти эпизоды не имеют решающего значения в дебатах относительно крещения детей.

35,36 Приказали ли воеводы освободить Павла и Силу потому, что посчитали телесные наказания и ночь, проведенную в темнице, достаточным для них наказанием, или потому, что ночное землетрясение произвело на них глубокое впечатление, остается неясным. 37 В любом случае, на удивление всем, Павел, избавленный Богом из темницы посредством землетрясения, остается в ней; и теперь, освобождаемый осудившими его, снова отказывается ее покинуть! 38,39 Воеводам же сложившаяся ситуация не казалась забавной. Вдруг открылось, что Павел и Сила были Римские граждане, и это обстоятельство заставило их испугаться, поскольку они нарушили римские законы, когда велели бить палками и заключили в темницу римлян, проведя слишком поверхностное дознание и не разузнав об их гражданстве. Ирония очевидна: вовсе не Павел и Сила, а сами филиппийцы действовали против римских граждан (см.: коммент. к 16:21). Гражданство Павла вновь станет поворотным пунктом изложения в 25:1 — 12. 40 Посетив еще раз Лидию и остальных братьев новой общины в ее доме, Павел и Сила последовали просьбе воевод и отправились из города.

17:1–9 Павел и Сила в Фессалонике. 1 Путешествуя по великой римской дороге, пересекающей эту область, — Егнатскому пути, — Павел и Сила прошли через несколько важных македонских городов и прибыли в столицу провинции, где, в отличие от Филипп, была Иудейская синагога. 2,3 По своему обыкновению, Павел пошел прежде всего в синагогу, несмотря на то что ранее в других общинах его из синагог изгоняли (см., напр.: 13:33—48). Лука утверждает, что Павел говорил с ними, а не просто «проповедовал им». Апостол разъяснял и доказывал иудеям, что, во–первых, Мессии (или «Христу» на греч.), согласно Писаниям, надлежало пострадать и воскреснуть из мертвых, и, во–вторых, что Иисус из Назарета и есть Сей Христос. 4 Уверовали некоторые из иудеев, а также множество богобоязненных греков (см.: коммент. к 10:2) и немало знатных женщин. 5 Однако самые влиятельные из иудейской общины (неуверовавшие иудеи, в отличие от некоторых Иудеев в предыдущем стихе; см.: 13:43,45) возревновали к успеху миссионеров. Их план состоял в том, чтобы организовать уличные волнения при помощи негодных людей, специально подобранных для этой цели, и на этом основании обвинить христиан (в том числе Иасона, у которого остановились Павел и Сила) в возникновении общественных беспорядков. Такое знание противниками истории, которую они в своем представлении несколько извратили (6,7), по–видимому, объясняется их беседами с Павлом и Силой в синагоге. 9 Решение городских властей было не столь мягким, как это может показаться современному читателю. Получение удостоверения от Иасона и прочих означало, что у местных христиан потребовали поручительства в том, что Павел и Сила покинут город, иначе они понесут строгое наказание. Вероятно, именно об этом решении Павел говорит как о препятствии со стороны сатаны в 1 Фес. 2:17,18: «Мы же, братия, бывши разлучены с вами… тем с большим желанием старались увидеть лице ваше… но воспрепятствовал нам сатана».