Читать онлайн «В поисках христианской свободы». Страница 107

Как описано и в «Кризисе совести», через год после моего выхода из Руководящего совета, в «Сторожевой башне» за 15 сентября 1981 года в отношении поведения с лишенными общения был во многом был произведен возврат к позиции, существовавшей до 1974 года. В некоторых аспектах новая позиция была даже еще более жесткой, чем раньше. Мне печально, что некоторые старейшины и разъездные надзиратели выражали удовлетворение тем, что они посчитали «усилением» политики организации. И, как мы видели в 11 главе, мужчины и женщины сегодня позволяют этой политике серьезно вмешиваться в их отношения с другими людьми. Когда так происходит, люди позволяют другим брать верх над своей совестью, позволяют исходящим от организации произвольным решениям говорить им, когда можно проявлять сострадание, а когда нет. Если завтра организация изменит свою позицию, то большинство ее членов также изменят свою. Это ни что иное как внушение в одной из своих самых худших форм.

Что верно в отношении принятия правил организации, так же верно и в отношении доктрин организации и ее толкования Писания. По сути, именно это почти безоговорочное принятие учений организации предшествует принятию правил, лежит в основе такого соглашательства. Точно также верно и то, что подавляющее большинство Свидетелей, включая старейшин, столкнутся с серьезными трудностями при обосновании существенной части этих учений, при условии, что они смогут пользоваться одной лишь Библией. Однако старейшины готовы лишить общения любого члена собрания, который бы подвергал серьезному сомнению эти учения или заявил бы, что по совести не может согласиться с ними.

Что движет людьми, когда они позволяют организации вытеснить их собственную совесть и подменить ее точкой зрения организации или по крайней мере когда они позволяют этой коллективной «совести» брать верх над своим мнением? Что движет старейшинами, когда они лишают общения людей, когда сами эти старейшины не убеждены по настоящему в глубине своего разума и сердца в том, что позиция организации непременно является правильной, в действительности основанной на Писании[502]?

Я задавал эти вопросы себе, когда думал о своем личном прошлом в качестве Свидетеля. Хотя те случаи лишения общения, в которых я, будучи членом правовых комитетов, лично принимал участие, касались явной безнравственности, я отдаю себе отчет, что на протяжении большей части моей «свидетельской» жизни, я старательно стремился поддерживать и объяснять все выдвигаемые правила и учения. Я считаю себя человеком среднего ума, однако в течение десятилетий вся моя жизнь была полностью посвящена тому, чтобы поддерживать любую публикуемую организацией информацию. Как и Павел, могу сказать, что я «преуспевал в своей религии более многих моих ровесников, проявляя гораздо большее рвение к традициям» организации[503]. Как же такое случилось? И как такое случается с миллионами других людей? Немало факторов играют свою роль. Рассмотрим один пример.

Мужчина, о котором идет речь, был очень подавлен, и религия привлекла его по нескольким причинам. Он так вспоминает первую посещенную им встречу:

Мне понравилось ободрительное общение и энергичная атмосфера на собрании. Люди непринужденно общались друг с другом, словно братья и сестры — они несомненно ощущали себя частью одной международной семьи. Они выглядели очень счастливыми, довольными жизнью. После своей депрессии в прошлом месяце, вся та положительная энергия придала мне новой жизни. Я вернулся домой в тот вечер, чувствуя себя счастливым, что встретил таких прекрасных людей… Я находился в таком воодушевлении, думая о том, что…моя жизненная тропа шла теперь «верным курсом»… о том, что Бог активно занимался тем, чтобы вернуть нам Эдемский сад. Больше никаких войн, никакой бедности, никакого разрушения окружающей среды. Только любовь, истина, красота и доброта…

Мы по–настоящему считали себя подобными ранним христианам: чем больше люди препятствовали нам, тем более решительны мы были. Мы были словно Божьей армией посреди духовной битвы — единственными, кто мог идти на передовую и каждый день противостоять Сатане.

Этого мужчину очень скоро стали поощрять делиться с другими тем, что он узнал. Вот что он говорит о тех, кто откликался на его свидетельство:

Мы рассматривали верующих в качестве людей, ищущих Бога, находящихся в поиске духовного смысла в своей жизни… Я не переставал удивляться тому, как много людей из этой категории говорили нам, что они как раз молились Богу и просили Его показать им, что им делать в жизни. Многие считали, что кто–то словно «духовно» подвел их к встрече с кем–нибудь из наших членов.

Эти слова могли легко сойти с уст многих Свидетелей Иеговы. Их можно точно также легко найти среди случаев, приводимых в журналах «Сторожевая башня» и «Пробудитесь!». Однако эти слова были сказаны не Свидетелем Иеговы. Их написал Стивен Хассен, бывший член Церкви Объединения (или, как ее еще иногда называют на русском языке, Церкви Унификации), руководимой корейским вождем Преподобным Муном, — движения, которое часто называют «Мунитами»[504]. За два с половиной года, проведенных им в этом движении, он стал его пылким защитником и уважаемым лидером, стал полностью преданным его миссии. Он сопротивлялся всем стараниям со стороны членов своей семьи или других людей отвести его от того, что он считал «истиной».

После того, как Стивен Хассен, благодаря случаю, полностью поменял свою точку зрения, он решил поделиться с другими своими наблюдениями в отношении причин, по которым люди отказываются от своего разума и своей совести, передавая их религиозной системе. В книге, которую он со временем написал, не обсуждаются Свидетели Иеговы. Стоит признать, что книга в основном затрагивает проблемы с теми движениями, которые прибегают к явным и крайним методам идеологической обработки, включающими в себя физическую изоляцию, ритуалы, монотонное песнопение и подобные занятия. Однако некоторые описываемые в книге элементы, являющиеся по его мнению основными для контроля за сознанием, несомненно заслуживают серьезного внимания. Рассмотрим следующие моменты.

В своем большинстве те, кто становится кандидатами на контроль сознания, не являются «странными» людьми. Хассен разговаривал с тысячами людей, многих консультировал, и у него сложилось следующее мнение: «Подавляющее большинство — это стабильные, умные, идеалистичные люди… Вероятно, само по себе то, что потенциальный новообращенный встречается с большим числом искренних, преданных членов организации, гораздо сильнее привлекает его, чем какая–либо доктрина или структура»[505]. Почему же, все–таки, люди позволяют другим брать верх над своим сознанием?

Суть контроля над сознанием состоит в том, что при нем поощряется зависимость и послушание, а самостоятельность и индивидуальность не приветствуются… Подавляется личное участие человека в принятии решений, затрагивающих его собственные интересы[506].

Обучение «Сторожевой башни» приводит к тому, что Свидетели Иеговы рассматривают «независимое мышление» в качестве греха, свидетельства о недостатке преданности Богу и назначенному им «каналу». Указывая на следующий элемент контроля сознания, «контроль за информацией», Хассен пишет:

…Идеология усваивается в качестве «истины», единственной «карты», соответствующей действительности. Все хорошее воплощено в группе… Все плохое находится вовне… Никогда не может быть оправданных причин для выхода… Членам [группы] говорят, что единственные причины, по которым люди выходят — это слабость, искушение, помутнение рассудка, промывка мозгов,… гордость, грех и так далее[507].

Мне не нравится ставшее обычным сегодня небрежное использование слов «культ» или «секта». Кто–то заметил, что многие называют сектой любую религию, которая им не нравится. Я считаю, что не являющаяся «культом» религия тем не менее может иметь многие свойственные культам черты. В действительности же, все представленные выше характерные черты религий, осуществляющих контроль за сознанием, явно присутствуют среди Свидетелей Иеговы.

В случае со Свидетелями Иеговы речь не идет о физической изоляции, к которой прибегают некоторые религиозные движения (а также те, кто изолируют политических пленников с целью их идеологической обработки). Однако изоляция очень определенного вида все же присутствует.

Организация берет библейское повеление «быть не от мира» и применяет его таким образом, что Свидетели Иеговы должны до минимума ограничить свое общение с теми, кто не является частью их религии, что, в конечном итоге, включает всех, кто не разделяет текущих учений организации[508]. Эти люди не находятся «в истине» — это то же самое, что сказать, что все они находятся «во лжи». Все не–Свидетели, неважно, какими бы высокими не были их личные нормы, насколько бы глубока ни была их вера в Бога, Христа и Библию, считаются «мирскими». Социальные контакты приемлемы, если они происходят с целью создания возможности для «свидетельства» этим «мирским» людям; на любом другом основании они не приветствуются.