Читать онлайн «Структурный гороскоп». Страница 93

Что ж, нам не привыкать к тому, что в тихой бюрократической третьей фазе, оттесняя мужчин, к власти устремляются женщины. Наша Елизавета, английская Елизавета, иудейская Саломея... Вот и теперь "красавица, получившая прекрасное образование, сочинявшая стихи и любившая охоту, властолюбивая Нур Джахан сама решала за Джахангира все важные государственные дела. Под конец его правления Нур Джахан стала официально считаться соправительницей, и её имя с 1623 года (30-й год фазы) чеканится на монетах рядом с именем Джахангира" (К. Антонова).

Для определения момента временного раздела между второй и третьей фазами очень важно помнить о том, что именно вторая фаза является пиком имперского интернационализма, в третьей же и четвертой фазах интернационализм шаг за шаг сдает позиции, чтобы окончательно рухнуть за пределами имперского цикла. Так вот, именно в 1595 году "Акбар издал указ, по которому жалованье воина-мусульманина стало выше воина-индуса" (К. Ашрафян), и, быть может, именно этот указ точнее всего отделяет вторую фазу от третьей. Джахангир, разумеется, уже не маскировал своей преданности миру ислама. По мнению индийского историка К. Паниккара, "Джахангир был ставленником ортодоксальных мусульман, симпатии которых он привлек тем, что организовал убийство Абу-л-Фазла, друга Акбара, историка и советника по религиозным вопросам. Впрочем, как государь он продолжал политику отца, отбросив лишь крайности дин-и-илахи ("божественной веры"). В частности, союз с раджпутами даже укрепился".

"Антимусульманские мероприятия Акбара, в особенности обращение мечетей в склады и караульные помещения, вызвали недовольство как раз тех правящих кругов мусульманских феодалов - светских и духовных, - на укрепление позиций которых была направлена вся политика Акбара. Поэтому после его смерти следующий падишах Индии Джахангир отказался от дин-и-илахи и, официально ничего не отменяя, не настаивал более на выполнении нововведений Акбара, особенно религиозных. Хотя конечной целью Акбара было укрепление положения окружающих его мусульманских джагирдаров, его политика уступок вызвала резкое недовольство как части самих джагирдаров, так и особенно шейхов - мелких и средних землевладельцев. После подавления крупного восстания 1580-1582 годов это недовольство почти не проявлялось в открытой форме, хотя нельзя не видеть выражения именно этих настроений в поддержке части джагирдаров бунта старшего сына Салима. По вступлении же Салима на престол под именем Джахангира и при его преемнике произошел решительный, хоть и постепенный поворот от политики реформ и веротерпимости Акбара к поощрению мусульманской нетерпимости" (К. Антонова).

История вольно и невольно сосредотачивает свое внимание на вопросах политических, военных сражениях, политических переворотах, модели административного устройства и т. д. Такой подход правомерен лишь при рассмотрении имперских циклов; на Востоке важнее идеологические, на Западе - экономические. Однако и внутри мира Империи не все так однозначно. Параллельное существование двух величайших имперских миров - английского и русского - не сделало и не могло сделать эти миры тождественными. Если во всей истории человечества было всего 20 имперских циклов, то можно ли было допустить существование тождественных циклов? Разумеется, нет. Вот почему рядом с чисто политическими Империями присутствуют Империи коммерческие, экономические. Соотношение между Россией и Англией в определенной мере копируется соотношением между Османской империей и Великими Моголами.

Две исламские империи, два имперских цикла, начав свой путь почти одновременно (1413 и 1521), попали на разлом эпох и оказались в двух разных мирах. Османский цикл весь ещё в эпохе воинственного напора, социального романтизма, освободительного пафоса; Великие Моголы в своем имперском цикле первую и вторую фазы ещё держат в старой эпохе, однако третья и четвертая фазы уже в эпохе новой, куда более деловой, расчетливой, эпохе мобилизации всех ресурсов человечества, в первую очередь материальных ресурсов. Главенствовать в этой эпохе будут идеи третьей Англии (1473-1617), и Великим Моголам выпало отрабатывать один из тупиковых вариантов английской идеи неограниченного обогащения.

Даже в относительно аскетических первых двух фазах роскошь была неотъемлемым атрибутом власти, в третьей же все ограничения отпали. "Убранство дворцов богачей было исполнено похотливой чувственности, бессмысленной роскоши и безрассудной помпезности. Двор правителя был средоточием богатства и культуры. Знать, подражая императору и двору, также вела расточительную жизнь. Утонченная пища, летом мороженое, свежие фрукты из Бухары и Самарканда, пьянство и наркомания. В гареме падишаха 5 тысяч женщин. Многие тысячи рупий щедро тратились на содержание гарема и на пышные празднества для его обитательниц" (Б. Луния).

В результате развития внешней торговли в Индию хлынул поток золота и драгоценностей. По словам Бернье, Индия являлась "пропастью, поглощающей значительную часть золота и серебра всего мира, которые находят многие пути, чтобы туда проникнуть со всех стран, и почти ни одного для выхода оттуда".

Приезжих европейцев города средневековой Индии поражали своим многолюдством и многочисленностью. Ральф Фитч, посетивший Индию в конце XVI века (время бурного роста Лондона), писал, что "Агра и Фатхпур-Сикри очень большие города, каждый из них гораздо больше Лондона, и очень населены".

Европейские купцы XVI века восхищались коммерческой сноровкой индийских торговцев. Набирает силу ростовщичество, рожденное коммерческой революцией, переодевшей налог-ренту из натуральной формы в денежную. Все указывает на коммерческий талант Моголов. К примеру, монеты отличались чистотой металла, полнотой веса и художественной чеканкой, в противоположность монетам османов, худосочным и фальшивым.

Впрочем, накопление капитала удивительным образом не привело к появлению капитализма. Этот факт должен был озадачить историков. Однако историков очень трудно озадачить, ответ оказался прост: "Купцы и ростовщичество находились в приниженном положении, завися в городе, как и в деревне, от феодала, не выступая самостоятельно в политической жизни страны. Ремесленники бесправны и неорганизованны. Никаких предпосылок капитализма - в частности, нет свободных рабочих мест" (К.Антонова).

Османы свою коммерческую фальш вполне компенсировали военнной гениальностью и были все-таки богаты, ибо были сказочно сильны. У Моголов все наоборот: коммерческому гению приходилось компенсировать все усиливающуюся военную бездарность. Моголы были все-таки сильны, ибо были сказочно богаты. "Армия слишком разнородна, недисциплинированна и держалась лишь на материальных интересах" (К.Антонова). Тут полная противоположность османам. Кстати, турецкие пушки оставались лучше индийских, даже если были старше на сотню лет. Завоевания Джахангира все более походили не на ратные свершения, а на акты купли-продажи. Например, Мевар в 1615-м был не столько завоеван, сколько куплен.

К концу третьей фазы застойность все гуще. У власти клика из родственников Нур Джахан. После смерти её отца в 1622 году начинается открытая вражда между Нур Джахан и наследником престола Шах Джаханом. (Это имя, означающее примерно "правитель мира", получено было за победу над Ахмаднагаром.). Шах Джахан восстает, терпит поражение, просит прощения, получает его. Однако наследником становится Парвез.

"В результате этих внутренних смут, длившихся три года, Могольское государство не только потеряло своих лучших военачальников, но и не смогло вернуть Кандагар. Говоря словами Джахангира, восстание Шах Джахана "словно топором ударило по основанию его собственной державы и оказалось камнем преткновения на её пути". Находившийся в плачевном положении Шах Джахан уже подумывал о бегстве в Персию, когда события неожиданно приняли весьма благоприятный для него оборот. В октябре 1626 года умер Парвез, а в октябре 1627 года скончался сам Джахангир. Шах Джахан спешно покинул Декан, чтобы обеспечить себе престол" (Н.Синха, А.Бенерджи).

Взойдя на престол, Шах Джахан "на всякий случай" приказал перебить всех своих братьев и племянников, чтобы не оставить других претендентов на престол. Нур Джахан он оставил во владение крошечный джагир, и она стала жить в уединении вместе со своей дочерью, вдовой Шахриара. Умерла Нур Джахан только в 1645 году. Шахриар был последним, кто попытался занять трон, перед тем как Шах Джахан в феврале 1628 года вступил на престол. Таким образом, кризис государства перед вхождением в четвертую фазу был достаточно долгим и мучительным.

ЧЕТВЕРТАЯ ФАЗА (1629-1665)

Четвертая фаза Великих Моголов на века запомнится своей пышностью, изысканностью, великолепием архитектурных творений. Правление Шах Джахана с удовольствием взяло от возможностей четвертой фазы все внешние эффекты, поэтому увидеть эту фазу не трудно, труднее понять содержание четвертой фазы, собственно смысл всего этого великолепия. Не хочется думать, что блеск четвертой фазы самоценен, как блеск ради блеска...