Читать онлайн «Структурный гороскоп». Страница 69

За несколько десятилетий курейшиты превратили Мекку и Каабу в святилище общеаравийского значения. Ко времени рождения Мухаммада в ней стояло уже около трехсот шестидесяти идолов всех родов и племен Аравии.

Так возникли минимально необходимые для рождения имперского ритма условия: централизация, письменность, тяга к единобожию...

Как это было и с другими имперскими циклами, первую революционную дату защитить нам труднее всего. Начало имперского цикла подобно началу дневного ритма (день начинается около четырех часов утра, мы встречаем его во сне и не способны зафиксировать), что, конечно, не уменьшает значения первой имперской революции.

Как и вся первая фаза, первая революция должна носить мистический, по крайней мере загадочный характер. Для многих первых Империй таким мистическим событием становится прекращение "резинового", размытого времени и рождение времени дискретного, жесткого, как гвозди. За три года до искомой даты (570) Мекку осадили войска эфиопского царя Абрахи. Именно эта дата, согласно исламской традиции и по мнению многих историков, стала границей "между неопределенным во времени прошлым и реальной, датируемой историей" (О. Большаков).

Войско эфиопов сопровождал боевой слон. Невиданный ранее "живой танк" поразил воображение мекканцев. Потом они все события датировали "до слона" и "после слона". На этом мистичность ситуации не кончалась. Когда жители Мекки осознали свою обреченность, они ушли в горы. Для переговоров о сдаче города остались лишь главы некоторых кланов (среди них был дед Мухаммада Абд аль-Муталлиб). Дальше произошло чудо - войско Абрахи, согласно мусульманской легенде, было истреблено маленькими птицами, которые сбрасывали камни, раня солдат. Потом внезапные дожди смыли остатки эфиопской армии в море. Историки считают, что Мекку спасла внезапно разразившаяся в стане эфиопов эпидемия оспы.

До сих пор мы фиксировали подобные чудесные спасения действующих имперских столиц, теперь, как видим, спаслась будущая столица Империи. "Бесславный исход эфиопского нападения на Мекку способствовал ещё большему укреплению престижа Мекки как богоспасаемого города, а с ним престижа курейшитов, которые получили почетный эпитет "ал илахи" - "божье племя"" (О. Большаков).

Главным событием мистической фазы было, безусловно, рождение и становление Пророка. Всегда загадочно и непостижимо для обыденного взгляда, как в тишине и благолепии первой фазы рождаются "сверхлюди" второй фазы. Как у Алексея Тишайшего рождается неуправляемый и почти безумный Петр I? Как в семье тихого губернского учителя родился заваривший самую крутую в мировой истории кашу - дедушка Ленин? Как по обыденному и неприметному детству и ничем не примечательной юности было распознать будущего вождя мирового масштаба? Остается либо все списать на Промысл Всевышнего, либо допустить абсолютную случайность исторических событий. Вторая версия очевидно неприемлема, первая значительно ближе к истине, с той лишь поправкой, что непостижим лишь момент инициации имперского цикла, в дальнейшем он идет по достаточно жестким законам.

Сирота с детства, несмотря на заботу своего клана, будущий Пророк был вынужден сам зарабатывать себе на жизнь. В детстве пас коз богатых мекканцев, потом нанимался погонщиком в караваны, затем стал торговым агентом богатой вдовы Хадиджи, на которой вскоре женился, несмотря на солидную разницу в возрасте (15 лет). Семья, дети, хозяйственные заботы... ну что в этой биографии могло бы предвещать будущее величие?

Ну а пока будущий вождь растет и мужает, страна тоже не стоит на месте. Впрочем, её успехи пока носят туманный и неявный характер. С началом имперского цикла в Аравии начинается политическое ослабление всего её окружения. В 561 году заканчивает свой первый волевой рывок (имперский цикл) Византия, её политическое давление сразу падает. У Ирана, со смертью в 887 году Хосрова I Ануширвана, заканчивается период наибольшего могущества, в 570 году в третий раз разрушается Марибская плотина и наступает закат мощной земледельческой цивилизации Йемена, ближайшего соседа Мекки.

Признаков серьезного усиления внутренней политики у Аравии ещё нет, однако скорость политических процессов значительно повышается. Вся фаза заполнена разборками внутри кланов Мекки, кто-то шел вверх, кто-то уходил на периферию общественной жизни. Образовывались новые союзы (например, Конфедерация Добродетельных). Перераспределялись религиозные функции внутри кланов курейшитов и т. д. и т.п.

Разумеется, первая фаза не обязана писать себя яркими мазками, она прозрачна и почти невидима на полотне истории. Можно вспомнить победу в торговой войне Фиджар в 585 году (первый перелом первой фазы), но можно и не вспоминать. Но вот ближе к концу фазы время начинает сгущаться, становится более плотным, начинает обретать плоть, кровь, цвет. Если сон и продолжается, то это уже запоминающийся сон - сон о будущем величии Империи.

К 605 году (до конца фазы ещё 4 года) мусульманская традиция относит перестройку Каабы курейшитами и активное участие в этом процессе Мухаммада как судьи в идеологическом споре.

Будущее главное святилище ислама представляло почти квадратное (10 на 12,5) в сечении сооружение, в стену которого вделан "черный камень" главный предмет поклонения. Согласно мусульманским легендам, "черный камень" - белый яхонт из рая, он был дарован Аллахом Адаму, когда тот, сброшенный на землю, добрался до Мекки. (Черным он стал позже из-за грехов и порочности людей.)

Согласно легенде, Мухаммад, которому было тогда 35 лет, участвовал в ремонтных работах и тогда же якобы он впервые услышал голос с небес. "Этот рассказ может быть благочестивой выдумкой, но, с другой стороны, в нем нет ничего невероятного. Возможно, сознание особой близости к божеству охватило Мухаммада именно в этот момент" (О. Большаков).

Участие в реконструкции Каабы - самое яркое событие в допророческой жизни Мухаммада. До этого события и ещё некоторое время после него жизнь состояла из размеренных будней. Он торговал, выдавал замуж дочерей, размышлял о жизни, молился в окрестностях Мекки... "Проходили годы и наружно не приносили ему никаких особенно выдающихся испытаний. Но внутри этого человека назревало что-то великое, чего все окружающие даже не подозревали" (А. Мюллер). Добавим, что не подозревал об этом и сам Мухаммад. К моменту начала второй фазы (к 40 годам) он не мог похвастать жизненными успехами. Коммерческого таланта у него не было, богатство жены он не приумножил, он не был образован, не обладал красноречием и поэтическим даром, столь высоко ценившимся в арабском обществе. Главное же в том, что он был изгоем в родовом обществе (старый уклад). У него не было братьев и сестер, не было родовой защиты, его сыновья, появление которых поднимало престиж мужчины в родовом обществе, умерли в младенчестве.

40 лет - перелом в жизни мужчины, но сорокалетие Мухаммада совпало ещё и с началом второй имперской фазы. Это совпадение, собственно, и создало достаточные условия для событий 610 года.

ВТОРАЯ ФАЗА (609-645)

В 610 году во время уединенной молитвы в окрестностях Мекки у Мухаммада начались видения, он услышал голос с небес, и в голове человека, до этого мгновения не обладавшего ни ораторским, ни поэтическим даром, стали складываться строки рифмованной прозы откровений, с "четким ритмом и торжественными, похожими на клятву, вступительными фразами" (Г.Грюнебаум). Первоначально Мухаммад испугался начавшихся "откровений", но затем уверился, что избран божеством в качестве посланника и пророка, чтобы нести людям слово божье.

Впрочем, ничего не происходит вдруг, были предтечи у всех, казалось бы, внезапных и ничем не подготовленных явлений. "В начале VII века в Аравии было немало ханифов, т.е. пророков-проповедников, пытавшихся найти истину и нового бога. Этому содействовала сама историческая эпоха, ситуация оживленного религиозного контакта. Мухаммад стал одним из ханифов. Он общался со своими коллегами, перенимал их тезисы и доктрины, знакомясь с окружавшими их иудеями и христианами, немало заимствуя от этих последних. На основе всей собранной таким образом суммы знаний, представлений, верований, обрядов и т.п. Мухаммад сумел синтезировать нечто новое и достаточно цельное, что и было затем положено им в основу ислама" (Л.Васильев). Одним словом, божья искра не всякий костер зажжет.

В проповеди новой религии все было инородно для араба. Многообразие племенных, родовых, семейных богов заменялось верой в единого Бога. От верующего требовались покорность и преданность Богу (само понятие "ислам" означает "предание себя богу", "покорность"). "Отбросив в сторону всякую заботу о своих собственных интересах или самостоятельной воле, должен правоверный отдаться исполнению воли Всевышнего. Подобное воззрение стояло на самом деле в разрезе с природой араба; издавна привык он не обращать никакого внимания ни на чью волю, кроме своей" (А.Мюллер). Самоуничижающая форма поклонения Аллаху (земные поклоны, простирания ниц) разительно не походила на отправление языческих культов, не слишком напрягавших верующего.