Читать онлайн «Анатомия мировых религий: Прошлое, настоящее, будущее». Страница 26

• проявление общего миролюбия во взаимодействии с различными народами мира, даже исповедующими другие религии, при периодических всплесках ярой воинственности и нетерпимости к иноверцам со стороны отдельных ответвлений исламского мира;

• претензии на статус мировой религии с одновременной преимущественной географической локализацией ислама именно в среднеазиатской и в североафриканских зонах.

Не вызывает сомнения также практическая нацеленность ислама на земную жизнь. Не следует забывать, что ислам возник как движение за исправление земного мироустроения. Так что жизненная направленность ислама является неоспоримой. Об этом говорит хотя бы высокая и яркая мусульманская культура. От великолепных храмов и уникальной литературы до самых обыкновенных бытовых предметов – все испытало на себе воздействие творческого импульса мусульманских гениев. Об этом же говорит и целый набор очень рациональных обрядо-нравственных и чисто житейских установлений, таких как:

• патриархальное начало при организации отношений между мужчиной и женщиной;

• допущение многоженства и как средства повышения рождаемости, и даже, пусть не сочтут это за кощунство, приобщения к делу «лишних» женщин;

• не очень обременительное, но регулярное исполнение религиозных обрядов (в том числе 5-кратная молитва каждый день);

• разрешение на убийство, но только при наличии угрозы жизни мусульманина или других тяжких деяниий, категорический запрет на самоубийство;

• комплекс разумных ограничений в финансовой деятельности, практицизм человеческих отношений.

В сфере практической социологии все эти качества приводят к тому, что ислам, ранее пустивший свои корни в те или иные народы и ставший в этих народах доминирующей религией, как правило, продолжает оставаться там столь же доминирующей религией. В веках истории практически не было случаев, чтобы народы, массово принявшие ислам, вновь возвращались бы в лоно прежней религии.

Еще одним характерным свойством ислама является то, что по большому счету он не соответствует ускоренному темпу развития современной цивилизации. Ислам распространен прежде всего в азиатских странах, не отличающихся собственным высоким научно-техническим уровнем. Здесь следует к месту заметить, что современному западному человеку совсем не свойственно исполнение таких установлений, как обязательная молитва пять раз в день, отказ от приема пищи и питья в дневное время суток, совершение хаджа, отказ от алкогольных напитков и т. п. Представить себе такого человека, ревностно исполняющего все эти установления, довольно трудно. В целом мусульманский уклад жизни соответствует не сверхмобильному, интернациональному, сверхрациональному и одновременно изнеженному западному духу, а духу человека, находящегося на своей земле и поддерживающего свои национальные традиции, довольно консервативные и самодостаточные. Хотя в последнее время носители ислама стали активно расширять сферы своего влияния и на западный мир.

А теперь обратим свое внимание на две интересные точки зрения на ислам. Первая, довольно смелая точка зрения относится к его теологической части. Она заключается в том, что, как пишет известный писатель Даниил Андреев /53/, у ислама нет собственного удела в горнем мире, то есть что он не имеет «собственного» бога и столь же собственного рая или ада. Мы не будем здесь вдаваться в теологические тонкости, чтобы заниматься опровержением или поддержкой этой точки зрения. Только отметим, что некоторые основания для существования в головах ряда людей такой точки зрения все же имеются.

Прежде всего нельзя не отметить, что у ислама не так уж и много фундаментальных, специфических, присущих только ему одному особых теологических идей о горнем мире, идей, которые не были бы ранее выдвинуты другими религиями (иудаизмом, христианством и др.). Как уже говорилось выше, идея Единственного Бога, низвергающая всех других богов, является скорее всего трансформацией представлений иудаизма о возвышении племенного бога Ягве до статуса Единого Бога. При наличии такой идеи «жесткого» монотеизма Мухаммед был обречен остаться в ранге пророка, хотя и главного, самого высокого, непререкаемого пророка. Ни он, ни его последователи не внесли каких-либо радикальных новшеств в представления о горнем мире. Рай и ад тоже не являются, если так можно выразиться, «изобретениями» ислама.

В значительной степени ислам стал системой правил жизни на Земле, точнее говоря, исправленных с его точки зрения правил для народов, проживающих во вполне определенной географической зоне. Нельзя не забывать здесь и чисто мусульманской устремленности на простоту, умеренность, на справедливое устроение земной жизни, а не на чрезмерное философствование о сложностях горнего мира, свойственное, например, буддизму. Да и вообще включение в свой теологический «арсенал» идей других религий опять же «льет воду на мельницу» вышеизложенной точки зрения.

Возможно, все это и послужило поводом для формирования такого взгляда на ислам, взгляда такого рода, что его духовные ценности не имеют отражения в горнем мире. Безусловно, что такая точка зрения точкой зрения и останется, не оказывая существенного значения на судьбу ислама. Однако подобные взгляды все же создают определенные условия для распространения мнения о теоретической уязвимости ислама.

Вторая точка зрения относится к социологической стороне дела. Она заключается в том, что ислам ныне рассматривается как религиозное направление, противостоящее прежде всего христианству, а не какой-либо иной религии. Действительно, многовековая борьба различных государств, народы которых исповедовали, с одной стороны, ислам, а с другой – христианство, вроде бы непосредственно свидетельствует об этом, тем более что прямой географический контакт между такими образованиями был самым обширным в мировой истории. С эпохи Крестовых походов накапливалась традиция противостояния христианства и ислама. И то, что в самое последнее время многие конфликты происходят прежде всего между христианскими и исламскими государствами (здесь пока не будем учитывать, какова степень христианизации многих стран западного толка), опять должно было бы говорить о том же.

Но так ли это на самом деле? Вопрос лучше поставить следующим образом. Существует ли комплекс принципиальных религиозных несоответствий ислама и христианства?

Безусловно, в теоретическом плане ислам имеет почву для неприятия некоторых идей христианства. Несмотря на то что в исламе и Иисус Христос, и Матерь Божия являются почитаемыми личностями, они не признаются божественными сущностями или богочеловеками. Идея обожествления кого-либо, кроме Аллаха, неприемлема для ислама, несмотря на всю его теологическую гибкость. Да и идея любви ко всем, даже к врагам своим, так широко, почти безгранично принимаемая ныне христианством, опять же в целом неприемлема для мусульманского мира. Убийство неверного в ряде случаев не рассматривается как грех. Платить добром за зло – принцип, не логичный для мусульманина. Есть в исламе и другие отличные от христианских установления: запрет на изображение людей и животных, запрет на употребление спиртного (что греха таить, христианская паства не гнушается обильных возлияний), разрешение на многоженство и т. д. и т. п.

Итак, в идеологии и мировосприятии ислама и христианства имеется довольно много существенных различий. Но являются ли они в принципе уж такими непримиримыми? Вовсе нет. Они просто отражают различия в принципах экономической и трудовой деятельности, в основных жизненных целевых установках, в представлениях о должном земном и горнем устроении, в степени влияния родовых и наследственных принципов на жизнь человека, даже в темпераменте и, если хотите, в этногенетических особенностях, существующих в различных регионах нашей планеты. Эти различия – характерные черты в жизни населения этих регионов, черты, выстраданные многовековой жизнью в каждой региональной зоне.

Несмотря на многовековую борьбу ряда исламских государств с государственными образованиями христианского толка, можно все же сказать следующее. Накоплен большой опыт длительного и довольно мирного совместного существования ислама с православной ветвью христианства. Вспомним здесь хотя бы богатую историю взаимодействий Османской империи с Древней Русью и эпоху существования Орды. Христианская заповедь «не убий» (любого человека) и запрет на убийство человека в ортодоксальном исламе (если этот человек не посягает на убийство мусульманина) вполне согласуются между собой, что, вообще говоря, обеспечивает определенную почву для их мирного сосуществования. Религиозная открытость, откровенное отсутствие запретных религиозных тайн, коллективизм, некоторое единство представлений о рае, идея ожидания нового, справедливого мира, идея самоограничения (в исламе – в форме умеренности), не очень рьяное отношение к частной собственности, призывы к миру и справедливости для всех, а не только для избранных, принятие человека по его вере, а не по национальности – это общие качества как ислама, так и христианства.