Читать онлайн «Научный атеизм. Введение». Страница 42

Чуть позже — примерно с 60-х годов I в. — эти пересказы стали записываться.

Между тремя крупными «партиями» (еще десяток более мелких я не рассматриваю), естественно, шли постоянные конфликты — ведь они оспаривали друг у друга не только близость к центральной фигуре новой религии, но и саму суть этой религии.

В логиях почитателей Христа — Иммануила говорилось, что Иисус пришел освободить евреев от иноземного рабства и восстановить царство, устроенное по закону Моисея (т. е. исполнить пророчество о грядущем иудейском царе — Машиах или Мессии). Царство Божье в этой версии — это восстановленное праведное иудейское царство.

В логиях почитателей Христа — Учителя Праведности говорилось, что Иисус пришел к тем, кто готов отбросить мир и предпочесть праведность в изолированной общине, обеспечивающую спасение после грядущего конца света (который должен был произойти в текущем столетии).

В логиях почитателей Христа — Логоса говорилось, что Иисус пришел рассказать правду об устройстве мира и за счет знания освободить людей от деспотической власти Демиурга (создателя материального мира, который ассоциировался с ветхозаветным Богом — Яхве или архонтом Ялдабаофом).

Во II в. первая и вторая партии оказались в неудобном положении. Иудейские национально-освободительные войны (1 — Бар Гиоры и 2 — Бар Кохбы) закончились поражением, т. е. иудейское царство не возродилось. Предсказанный конец света тоже не настал, мир продолжал жить повседневной жизнью. Этим двум партиям оставалось только объединиться против усилившейся третьей — что и было сделано. Они переписали свои логии в духе компромисса, так что стало непонятно: то ли Христос все же царь иудейский, освободитель евреев (временно скрывающийся от врагов) то ли он — казненный и воскресший Учитель Праведности, предписывающий собираться в изолированные общины с аскетическим уставом. Будущее царство тоже утратило определенность — то ли оно должно было вот-вот настать на Земле, то ли переносилось на небо, то ли предстояло и там и там, но после конца света (отодвигавшемся в совсем уж неопределенное будущее).

Третья партия тоже не дремала — она придала смысловую законченность своим логиям, объединив их в целостные произведения философско-этического плана, так что Христос стал воспринимаем не только среди социальных низов на Ближнем востоке, но и среди вполне приличной и образованной публики в разных частях империи.

Дальше мы видим два направления в христианстве — иудео-христианство и христианский гностицизм, каждое — со своим учением и писаниями. Эти направления борются между собой путем интриг, перетягивания верующих у противника, заимствования всякого рода популярных идей и даже доносами друг на друга (из-за чего христиане то одного, то другого направления подвергались преследованиям за антигосударственную деятельность).

В конце III в. иудео-христианам улыбнулась удача — им удалось создать у властей ассоциацию между гностицизмом и манихейством (персидским учением, также почитавшим Христа, но совсем в другой форме). Манихейство считалось идеологической диверсией соседнего враждебного государства. Под последовавшие гонения попали в итоге все христиане, но христианам — гностикам пришлось гораздо хуже, чем иудео-христианам, они потеряли контроль над ситуацией, а их простые последователи переметнулись в стан противника.

Конечно, иудео-христианам для этого пришлось еще раз отредактировать свое учение и писания. Им пришлось включить туда некоторые элементы и тексты, свойственные христианскому гностицизму (Логос, Свет происходящий сам от себя, учение о Боге, как космической Любви и о Демиурге — «князе мира сего»). Все это можно видеть в четвертом Евангелии — Иоанна. В Евангелиях синоптиков ничего подобного нет и быть не может.

Пришлось отказаться и от этнической ориентации — ведь новая волна последователей в основном была не евреями. Для этого к Петру (главному апостолу иудео-христианства) добавили Павла (апостола язычников), исключив по возможности из писаний данные об их непримиримой вражде. Христианство первый и последний раз в истории стало единым.

Но здесь христиан ожидала новая проблема — римские императоры заинтересовались популярной интернациональной религией и востребовали ее для своих политических целей.

Константин I собрал всех авторитетных христианских епископов и потребовал, чтобы они привели свои книги и учения в форму, удовлетворяющую религиозным и политическим воззрениям императора (Константин был солнцепоклонником и сторонником жесткой армейской дисциплины в обществе).

В процессе этой ревизии «источников и составных частей» христианство опять распалось, но в нем выделилась осевая линия, связанная с обслуживанием имперской власти. Для того, чтобы справиться с этой задачей, необходимо было сделать две вещи:

Во-первых, надо было срочно уничтожить «неотредактированные» тексты Писания (для этого сначала сожгли александрийскую библиотеку, а затем и другие значительные собрания книг).

Во-вторых, епископам надо было разобраться в той эклектике, которая возникла в «отредактированном» писании (после всех компромиссов, добавлений, исключений и замен слов), и придумать всему этому какое-то единообразное толкование, чтобы в дальнейшем внушать прихожанам что-то одно, не противореча друг другу.

В-третьих, надо было продолжать понемногу редактировать Писание, чтобы вычистить из множества копий те фразы и выражения, которые явно этому единообразному толкованию противоречат.

Последний процесс в основном завершился в католичестве — в XV в., а в православии — в XVII.

Впрочем, «зачистка» не совсем удалась — в тексте Писания все равно осталось множество внутренних противоречий, а бессовестные археологи откопали значительное количество предыдущих версий текстов из Ветхого Завета, из Евангелий и посланий начала II в., а также тех христианских текстов, что были в ходу в отдаленных от Рима местностях в средние века.

Выкупить у археологов удалось далеко не все — кое-что осело в музеях и распространилось в исторической литературе и периодике. Что и позволяет нам в общих чертах выяснить, как было дело.

Итак, как мы теперь знаем, христианство возникло на базе иудаизма, восприняв его основные черты. То, что в христианстве называется Ветхим заветом, на самом деле — иудейская Тора.

(А — Энциклопедия «Кругосвет») Слово «иудаизм» происходит от греческого ioudaismos, введенного в употребление грекоязычными евреями ок. 100 до н. э., чтобы отличить свою религию от греческой. Оно восходит к имени четвертого сына Иакова — Иуда (Йехуда), чьи потомки, вместе с потомками Вениамина, образовали южное — Иудейское — царство со столицей в Иерусалиме.

Иудаизм подразумевает веру в единственного бога и реальное воздействие этой веры на жизнь. В этой религии закрепляется осознание своей религиозной избранности и особого предназначения еврейского народа.

Для иудаизма свойственно обрезание — акт, совершаемый при рождении мальчика и символизирующий введение ребенка в завет (союз-договор), который бог заключил с Авраамом.

Согласно Торе (т. е. Ветхому завету), Авраам был первым, кто признал духовную природу единственного бога по имени Яхве. Это бог, к которому верующий может обратиться, он не нуждается в храмах и священнослужителях, всемогущ и всеведущ. Авраам покинул свою семью, которая не отказалась от ассирийско-вавилонских верований, и до своей смерти в Ханаане кочевал с места на место, проповедуя веру в единственного бога.

При Моисее евреи якобы получили кодекс из 10 заповедей правильного поведения. Моисей вывел свой народ из египетского рабства с помощью всем известных террористических актов, которые предпринял бог в отношении египтян, а затем 40 лет водил их по пустыне. Во время этого путешествия Яхве питал их манной небесной.

Согласно все тому же Ветхому завету, иудеи начали завоевание мира, причем бог им всячески помогал, взамен требуя кровавых расправ не только с пленными, но и с мирным населением (вырезания стариков, женщин, младенцев).

Однако, по историческим данным, Иудейское царство пало в 586 до н. э. Иудеи были изгнаны и селились в Вавилонии, Египте, Сирии и других странах. Тенденция к идолопоклонству в изгнании не прослеживалась, и в это время совершались только те обряды, которые не были связаны с храмовым богослужением. Соблюдение субботы и обрезание являлись важнейшими знаками союза-договора с богом. В собраниях пересказывали предания, толковали Писание, читали псалмы и другие произведения религиозной поэзии, исповедовались и возносили молитвы, сообща или индивидуально. Новшеством в иудейской жизни стало молитвенное богослужение. Отпадала нужда в зданиях, предметах культа, сословии жрецов; требовалось лишь желание группы или отдельного человека.