Читать онлайн «Религии народов современной России. Словарь». Страница 84

Нек-рые мусульманские религ. деятели и политики нашей страны считают целесообразным участие Российской Федерации в движении исламской солидарности, в частн. путем ее вхождения в Организацию Исламская конференция. В марте 1997 в помещении Комитета по международным отношениям Г осу дарственной Думы был организован «круглый стол», посвященный вопросу вступления России в эту орг-цию («НГ религии». Ежемесячное приложение к «Независимой газете». 1997. № 3. С. 2). Среди доводов, приводимых в пользу реализации этого проекта: а) возможность получения льготных кредитов и др. помощи от мусульманских гос-в и международных исламских институтов для подъема экономики регионов традиционного распространения ислама в нашей стране; б) пример вступления в Организацию Исламская конференция бывших республик Советского Союза Азербайджана, Узбекистана, Казахстана, Туркменистана и Киргизстана. Противники вступления России в ОИК приводят не менее убедительные аргументы.

А.А. Нуруллаев

Пантеизм воззрения, предполагающие тождество божественной и природной субстанций (термин введен в употребление в нач. 18 в. И. Фаем и Дж. Толандом от греч. Παν и ϑεὅζ: все бог); тип религ. мировоззрения, противоположного теизму, разграничивающему Бога и мир; натуралистическое восприятие божества, отличающееся от супранатуралистических концепций Бога в монотеистических религиях.

Различаются следующие разновидности П.: филос., религиозно-мистический и традиционный, относящийся к народным языческим верованиям и их пережиткам. Различные традиции П. взаимодействовали между собой (напр., присутствие элементов античного язычества в пантеистических филос. концепциях древнегреческих мыслителей, философизация религ. — мистического П.; возбуждаемый традиционными верованиями интерес к идеям П. в религ. мистической лит-ре и т. д.).

Пантеистическое обожествление природы свойственно языческим верованиям и мифологии разных народов (древнеиндийские Веды, античные теогонии, финский эпос Калевала, скандинавские и исландские саги и т. д.). Элементы П. унаследовали от ранних религ. форм индуизм, брахманизм и даосизм. Вместе с пережитками язычества (см. Язычество в России) элементы П. присутствуют в традиционных верованиях народов, принявших христ-во и ислам (см. Ислам в России, Ислам в Сибири). Нек-рые исследователи считают, что в условиях политеизма, при неразвитости представлений о едином божественном начале правильнее говорить о гилозоизме (оживотворении мира и природных стихий), крый, в свою очередь, восходит к анимизму (одушевление материальных объектов). Анимизм отражает архаические верования. Во всех земледельческих культурах (по крайней мере с эпохи бронзы) природа не только олицетворялась, но и обоготворялась. К тому же политеизм любого национального язычества имел достаточно условный характер. Персонификация в образах богов осн. природных сфер и явлений со всей определенностью указывает на обожествление различных природных объектов, «сумма» к-рых, отраженная пантеоном или обликом заместившего пантеон верховного божества, и составляет обожествленную природу в мифологически осмысленных ее ипостасях. Гилозоизм и анимизм не чужды П., а отражают лишь разные его свойства оживотворения и одухотворения обожествленной природы. Поэтому более корректно было бы употреблять термин «пантеистический гилозоизм». Это означает, что для язычества на всех стадиях его развития не существовало идеи Бога, существующего самого по себе, вне связи с чувственно воспринимаемым миром.

В дохрист. эпоху в славянорусском об-ве культ небесных и земных божеств по сути дела являлся пантеистическим культом природы. В политеистическую форму облекалось пантеистическое мировоззрение, выражавшееся в обожествлении природных стихий по отдельности (Стрибог — воздушное пространство, Перун дождь и грозы, Дажбог солнце) и природы как таковой. Единый обожествленный космос мыслился нашими языческими предками в двух органично слитых и нераздельных ипостасях. Одна представлена мужским, активным оплодотворяющим началом, олицетворявшим небесную половину обожествленного космоса (Сварог, Род, Святовит), другая являла собой парное дополнение в виде обожествленной земной части мироздания (Мокошь, рожаницы, Лада). Основываясь на пантеистическом родстве человека и мира, в «диалог» с обожествленной природой вступали волхвы, адресуя ей свои жертвы и заклинания. Столетия спустя после христианизации, когда стерлись из памяти народа сами имена богов, участники аграрных магических действий по-прежнему испрашивали урожая и благ не у Бога, а у «матушки-Земли» и у «Неба-отца», вместе олицетворявших собой высшую божественную санкцию. До 19 в. во время сева с целью обеспечения плодородия применялись магические приемы, имитирующие космический брак Неба и Земли. Эти действия восходят к представлениям об органичном единстве двусоставного обожествленного космоса в небесной (оплодотворяющей) и земной (рождающей) его ипостасях, мифологически объясняя возникновение форм жизни в природе. В календарных обрядах основным объектом поклонения выступают Земля и Небо, наделенные сверхъестественными божественными свойствами. Пантеистический культ огненно-небесной и земной обожествленных стихий проявился в календарной обрядности, приуроченной к Масленице, Семику и на Ивана Купалу. Трансформированные элементы П. присутствуют в традиционных верованиях, где нек-рые персонажи народной мифологии олицетворяют различные природные сферы (леший и полевик — растительность, водяной водную стихию). Промежуточной стадией в истории русских пантеистических представлений, связывающей язычество с его пережитками в народной традиционной культуре, следует считать патриархальную ересь стригольников, возродивших в 14–15 вв. пантеистический культ Неба и Земли как двуединой божественно-природной субстанции. Стригольники отвергали церковь и духовенство как посредников между Богом и людьми, исходя из логики пантеистического мировоззрения. Доступность Бога через природу его близости человеку делала ненужной церк. орг-цию. Из пантеистического равенства божественного и природного делался соц. вывод о природном равенстве, идеалом к-рого была патриархальная языческая старина. Еретический импульс, сообщенный стригольниками, наложился на обильные пережитки язычества в народной культуре и в 18 в. дал жизнь учению духоборцев, буквально пронизанному идеями П.

Филос. П. Древняя Русь, при общем отрицательном отношении офиц. церкви ко всему язычеству, постигала с небольшими дозами знаний об античной философии (платонизм в интерпретации Иоанна Малалы и митрополита Никифора, древнегреческий материализм в изложении Иоанна, экзарха Болгарского, пантеистическая концепция о тождестве макрои микрокосмоса в апокрифических пересказах «Сказание от скольких частей создан был Адам» и «Галиново на Гиппократа»). В дальнейшем развитии отечественной филос. традиции идеи П. нашли отражение в филос. курсах Славяно-греко-латинской академии и в филос. концепции Г. Сковороды. Появившаяся на Руси в 14–15 вв. переводная ареопагическая лит-pa в виде корпуса сочинений Псевдо-Дионисия Ареопагита, так же как и на Западе, отвечала двойственным идейным запросам: пантеистической мистике и П., стимулировавшемуся воспоминаниями о язычестве. В целом П. являлся мощным фактором, влиявшим на развитие отечественной культуры.

Пантеистические искания характерны и для современного неоязычества.

В.В. Мильков

Политика и религия. Несмотря на разные предназначения, цели, сферы деятельности, религия (сфера сверхъестественного, духовной жизни, личных чувств и убеждений) и политика (специфическая сфера орг-ции общественной жизни, властных отношений, управления соц. слоями, об-вом и гос-вом) неизменно взаимосвязаны. Взаимоотношения политики и религии требуют в каждый исторический период конкретного рассмотрения, призванного раскрыть специфику участия различных звеньев религ. орг-ций любой конфессии в политике и особенности использования религии политич. деятелями. Вопреки разделяемому мн. верующими принципу размежевания П. и р., зафиксированному также в документах ряда религ. течений («отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу» (Мф. 22:21), в совр. мире наблюдается широкое участие религ. орг-ций в общественной и политич. жизни разных стран, в т. ч. и в военных конфликтах. В нынешней России религ. орг-ции активизировали свое участие в политич. жизни, идеологических и партийных противостояниях (особенно в период выборных кампаний), межнациональных коллизиях и т. д.

В новой и особенно новейшей истории для большинства стран мира стал общепринятым светский (секулярный) правовой принцип отделения религ. дел от государственных, признание независимости и автономности друг от друга П. и р. Подобные нормы зафиксированы в конституциях, законодательствах множества стран; в свою очередь, сходные положения имеются и в совр. принципиальных документах мн. религ. орг-ций (напр., в определении Архиерейского собора РПЦ «О взаимоотношениях церкви с государством и светским обществом на канонической территории Московского Патриархата в настоящее время» (1994), в определении Архиерейского собора РПЦ «О взаимоотношениях с государством и светским обществом» (1997), в пастырской конституции о церкви в современном мире «Радость и надежда», принятой II Ватиканским собором (1965) и др. Теократические об-ва, в к-рых политич. власть отождествляется с властью религ., ныне сохраняются в ряде азиатских и африканских стран (что ярко демонстрирует, напр., режим, установленный аятоллой Хомейни в Иране).