Читать онлайн «Эликсир жизни». Страница 57

Если бы кому вдруг открылось, что вскоре он умрет, то что бы он стал делать, когда кончит рыдать? Постарался бы вспомнить свою жизнь – хорошую и плохую. Раздал бы имущество бедным. Обнял бы с любовью родню и завещал жить дружно. Постарался бы успеть еще что-нибудь сделать доброе, чтобы помнили… Вот каждому из нас каждый день и нужно это делать, ибо никто не знает наверняка, что будет жив завтра. Если бы каждый знал об отпущенном ему жизненном сроке, разве стал бы строить себе царские палаты? А то каждый живет так, будто будет жить вечно. Эти размышления были навеяны чтением книги Льва Толстого «Путь жизни», написанной им незадолго до смерти.

В одно прекрасное солнечное утро я почувствовал, что помирать не охота. Как говорится, и жить на белом свете надоело, и помирать не хочется пока (интересно, а чего больше всего хочется, когда уже ничего не хочется?). В это утро я попросил Ингу выделить в квартире одну комнату персонально для меня, выгрести оттуда всю пыль и тараканов, вынести все шмотки, оставив только кровать. Супруга возмутилась: «Что это еще за глупости?!». Но я был, на ее удивление, непреклонен, хотя продолжал шутить: «Пожалуй, уйду помирать из дома в другое место, более комфортное и чистое – кладбище». Самостоятельно расчистить комнату я не мог, так как при соприкосновении с пылью сразу начинался приступ. «Не собираюсь тебя обслуживать! Еще и угождать!», – крикнула супруга. Тогда я объявил ультиматум: «Если сегодня не будет сделано, завтра же подаю на развод». Не дожидаясь ответа, развернулся, оделся и ушел на работу.

Говорят, что дом это то место, где тебя ждут. Меня в семье ждали только дети. Придя с работы вечером, я был приятно удивлен: всё было исполнено; это сделали старшие дети. В чистой отдельной комнате мне сразу полегчало. Приступы стали гораздо реже. Через три недели я почти отказался от лекарств.

Если жена ругает мужа, значит в семье всё нормально; если муж ругает жену, значит, что-то не так. Я ругаться не умею, поэтому однажды попробовал с Ингой объясниться по-хорошему. В максимально мягкой форме попытался высказать всё, что накипело. Она, не дослушав, прошипела: «Если ты считаешь, что место женщины на кухне, то твое место на помойке». Вот уж действительно: мужчина, услышав критику в свой адрес, говорит «спасибо», а женщина: «ах ты гад!». Женщина – как гибрид кошки с собакой: при похвалах мурлычет и ластится, а при замечаниях ощетинивается и гавкает. Но если собака на тебя лает, это не значит, что ты должен лаять на собаку.

Однажды сынуля спросил: «Папа, что значит – жениться?». «Это значит, сынок, вкалывать на трех работах, приносить все деньги жене, быть у нее на посылках и ежедневно выслушивать ото всех, что ты козел», – ответил я. Когда супруга очень уж допекала сравнениями меня с козлом, а себя с ангелочком, я говорил: «Не тычь в мои недостатки своими достоинствами. Не всякий, кто прав – ты; не всякий, кто не прав – я. Всегда правы лишь боги и нахалы». Чем вызывал вспышку новой серии образных сравнений. В конце концов я от Инги ушел.

Уход произошел следующим образом. Я собрался вложить деньги, полученные за границей, в покупку квартиры, поскольку это был единственный способ уберечь их от инфляции и ненадежности хранения в частном банке. Инга стала возражать: «Мы потеряем все сбережения, если квартиры начнут дешеветь». Никаких признаков удешевления рынка жилья не наблюдалось, скорее наоборот. Денег было семь тысяч долларов, чего должно было хватить на 1-комнатную квартиру. Я припомнил супруге, как она отговорила меня (по возвращении из Франции) вложить деньги в покупку 2-комнатной квартиры; тогда для этого хватило бы трех тысяч долларов, а теперь такая квартира стоит в пять раз дороже. Инга разозлилась. И каждый остался при своем мнении. Другими словами, мы не остались одинокими: с ней осталось ее мнение, а со мной мое.

Я разыскал самую дешевую квартирешку – за 5500 долларов, отправился в банк и взял деньги. Назавтра собирался оформить сделку. Утром деньги исчезли. Я долго пялился в пустой конвертик, где они должны были лежать, затем обшарил ящики письменного стола, потом спросил детей: не видел ли кто? «Это я, я их взяла! Мы не будем тратиться на квартиру!», – с вызовом крикнула супруга. «Ну, ты даешь! Я ведь уже с людьми договорился, документы приготовил, заявку оформил…». – «А я тебя об этом не просила!». Я развел руками: «Если человек слеп, ему можно объяснить; но если человек не хочет видеть, ничего сделать уже нельзя». Инга воскликнула: «Это не я слепая, а ты!». Я согласился: «Да! Я, я слепой! Где были мои глаза и мозги, когда женился на тебе? Над слепотой и глупостью не властны даже боги. Жаль, что я не одноглазый: одноглазые видят острее». Тут жена рассвирепела: «Подлец! Я тебе всю жизнь отдала!». – «Ну, положим, не всю…». – «Я родила тебе пять детей!» – «Инкубатор!».

Каюсь. Тут я переборщил, нарушив принцип «смейся, но не высмеивай». Инга схватила валяющуюся на полу туфельку и в сердцах треснула меня по макушке. Стало больно, но почему-то смешно. «Зачем же по голове? Это ведь мой главный инструмент. А если бы сломала?», – смеялся я нервно, не в силах остановиться. «Я каблук об твою дурную башку сломала!», – огорченно констатировала Инга. И вдруг вернула деньги.

Назавтра при оформлении сделки выяснилось, что требуется согласие супруги. Инга заявила: «А я не дам согласие!». – «А я переоформлю эту покупку как дар. Тогда твоего согласия не потребуется». Супруга решила дать согласие. Мы пошли к юристу. Отсидели в очереди два часа. И вдруг Инга заявила юристу: «А у меня паспорт просрочен!». Я ушел и переоформил сделку как дар. Вечером сложил в сумку свои книги, рубашки, джинсы и перебрался в купленную квартирку. Потом по настоянию Инги выписался из собственной квартиры, а также переписал на старших дочек гараж, дачу и садовые участки. Всё. Свободен.

С годами вместо поздравлений с Днем рождения следует принимать соболезнования, однако все-таки – и поздравления тоже: с тем, что пока еще жив. Однажды в мой День рождения к концу рабочего дня в Институт явился мой брат. Поздравил и вручил пару теплых носков. Это было первый раз в жизни, чтобы Вовчик мне что-нибудь подарил, и потому было особенно приятно. «Ух, сколько у тебя компьютеров!», – восхитился Вовчик, глядя по сторонам. «Да, 7 штук», – гордо констатировал я.

Вовчик вышел в коридор покурить. Я пошел за ним. «А я недавно слышал, что на компьютерах появилась такая штука – интернет, по которому можно с женщинами знакомиться. Верно?», – спросил Вовчик. «У нас есть интернет. Но он для работы: найти нужную информацию, статью или послать сообщение», – пояснил я. «А знакомиться разве нельзя?», – переспросил Вовчик. «На счет знакомств я не в курсе. Надо узнать у молодежи». – «Спроси. Только не говори, что для меня. А то неудобно. Сам понимаешь». – «Да что ж тут неудобного? Ты ведь не женат. Ну, ладно, не буду говорить, что для тебя». Мы вернулись в лабораторию и я спросил парней о знакомствах. Они сначала удивились, а потом принялись наперебой объяснять, как и что. «А зачем это Вам, Викентий Леонидович!?», – спросил один. «Я смутился. Да нет, это не мне. Вот братишке нужно». При этих словах Вовчик молча вышел.

Вышел и не вернулся. Как потом выяснилось, обиделся, что я проболтался о нем. Пришлось мне весь следующий вечер после работы потратить на поиски в интернете. Потом позвонил брату: «Володя, я нашел сайты знакомств. Приходи и ищи себе невесту». Он ответил: «Я не умею пользоваться компьютером. Раз уж ты взялся помогать, то поищи для меня сам». Я удивился: «Ну, ты даешь! Не могу же я подбирать для тебя самих женщин!». «Ты осрамил меня перед пацанами? Осрамил. Ты взялся помогать? Взялся. Вот и помогай!», – обиженным голосом пробурчал Вовчик. «Но как же я могу угадать, понравится ли тебе женщина или нет?». – «А ты набирай побольше, а уж я кого-нибудь да выберу». Пришлось мне потратить еще вечер. Когда Володя пришел, я показал ему 20 анкет. Анкеты без фоток он вообще читать не стал. А фотки забраковал все, возмущенно сказав: «Ты чего это всяких уродин понабирал!?». Мне стало обидно. Ведь старался.

И тут я поймал себя на мысли, что в чем-то он прав: старался-то я на свой вкус. Меня осенило: а, собственно, почему не ищу себе? Потому что женат? Но женат-то номинально. Однако тут же пришли другие мысли. А как же? Развестись что ли? Жутковато как-то. Столько лет прожили. И дети… Но тут же подумалось: а ты что – первый на планете, кто хочет развестись? По статистике свыше 70 % браков распадаются. Много лет прожили? Тоже не аргумент. Если бы это были счастливые годы, тогда да. А так – потерянное время. Конечно, потерянное не в смысле детей. Дети? Они уже не малыши, выросли. Помогать им буду. Затем возник новый аргумент «против»: но ведь Инга тебе вроде не изменяла… Тут же возникли контраргументы. Изменяет или не изменяет – вторичный вопрос; главное – любит или нет. Не любит. Временами даже ненавидит. Это факт. И ты ее не любишь, едва терпишь. Всё в ней стало противно: и настырность, и высокомерие, и поганый язык, и постоянные придирки, и настрой на ссоры с тобой, с детьми, с родней, с соседями, с коллегами, и дурацкая суета вокруг огородов, и бардак на кухне, и беспорядок в квартире (по мнению Инги беспорядок является наиболее живописной разновидностью порядка), и лузганье семечек перед телевизором с просмотром бесконечных сопливых сериалов. И осточертело ее хождение по дому в рваном халате с тюрбаном полотенца на голове.