Читать онлайн «Надежда». Страница 50

КАЛЛИОПА. Слишком пафосная для нового времени. Но на другой манер, нежели Полигимния. Пафосность Каллиопы более конструктивна. Она сочиняет истории или их рассказывает.

У Каллиопы свиток она «заламывает руки», сочувствуя судьбе эпических героев? Кто она? Девушка из жесткого фэнтази. А не из жесткого порно. Пронзенная стрелами пространства и семи ветрами, спасшая единорога от стрелы браконьера, девственница. Или лучше, девственница. Хотя девственница в наше время звучит как оскорбление, и применяется только врачами-педиатрами. «Сейчас» – несет не патриархальные сказки Большой Эдды, а Новый Каноны Эпической Фэнтази. С модернизированными вампирами. В этой реальности мозги становится сервером и бытие смешивается с матрицей и хаосом Инфы. Особо извращенная картина будущего бунт машин и порабощения людей. Но до этого еще далеко. Хотя все фантастические с опозданием лет в пятьдесят, воплощаются. Нужна садистка. Экстравагантная садистка с языком.

«Надя, может быть ты?» – сказал Пушкин.

«Я что, по-вашему, Александр Сергеевич, я девственница или экстравагантная садистка с языком?»

Итак, я садистка с языком? Ну и ладушки. Девственница? Да ради бога. Так думала я. Чтобы он не понимал под словами «с языком». Он не имеет ввиду ничего неприличного.

На должность Каллиопы был конкурс. Потом. Не в смысле, что много экстравагантных девственниц «с языком». А много экстравагантных садисток.

Девушка из Питера. Настасья Филипповна, Настя. Китайская девушка Чанг. Про Чанг позже, и про Настю, «денежную вампиршу», которая любила повторять: «Нам деньги не нужны, не коммерческий проект. Щаz». «Щаz-z-z-z-z-z-z!!!», – с таким звуком она прокусывала лучевую артерию на руке невинных девушек из Белоруссии. Вместе с Катей Андреевой в вамп-кафе на Моховой. Деньги… оказалось, деньги нужны всем. Даже вампирам. Говорить «нам не нужны деньги», это тоже неплохой способ пиара и зарабатывания. Другое дело, сколько. Мало не надо. Много надо.

Шутка. Если что, нам деньги не нужны, потому что нам нужен Весь Мир.

Ну и нас, конечно, короновали (бумажными коронами).

И в этих коронах мы пошли на ковчег и дверь за нами закрылась. Все были погружены. И сто тысяч собак. Может меньше. 1001 собака. И Размороженные Маты Хари. И другие хари, которые Наты, Наташи, то есть бомонд с их гламурными суками и кобелями. Они заплатили по миллиарду за это сафари. Шкидовцы. И П*ц, и болонка Королевы. И даже Валян-ди-Морд, папина «типа экс-теща». Все, кто представлял хоть какой-то интерес для человечества. Конечно Ипполит, Пушкин, Есенин. Беня Крик. Какие-то качки, на случай встречи с космическими орками. Бабки лететь отказались. А зря, с ними была бы веселуха. Ничего, может, на лунном модуле подлетят.

Прощай, Земля. Мы машем тебе ручкой. И ножкой. Как «Земляне» пели: «И слышен мне не рокот космодрома».

ИЗ ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНОЙ РЕЧИ МАРИИ АЛЕХИНОЙ В СУДЕ.

«Несчастна та страна, где простая честность воспринимается в лучшем случае, как героизм, а в худшем, как психическое расстройство», – писал в 70-е годы диссидент Буковский. И прошло не так много времени, и уже как будто не было ни Большого Террора, ни попыток противостоять ему. Я считаю, что мы обвиняемы беспамятными людьми.

«Многие из них говорили: «Он одержим бесом и безумствует. Что слушаете его»? Эти слова принадлежат иудеям, обвинившим Иисуса Христа в богохульстве. Они говорили: «Хотим побить тебя камнями, за богохульство». (Иоанн 10.33). Интересно, что именно этот стих использует русская православная церковь для выражения своего мнения на богохульство. Это мнение заверено на бумаге, приложено к нашему уголовному делу. Выражая его, русская православная церковь ссылается на Евангелие как на статичную религиозную истину. Под Евангелием уже не понимается откровение, которым оно было с самого начала. Но под ним понимается некий монолитный кусок, который можно разодрать на цитаты, и засунуть, куда угодно, в любой свой документ, использовать длялюбых целей. И русская православная церковь даже не озаботилась тем, чтобы посмотреть, в каком контексте используется слово «богохульство», что в данном случае оно было применено к Иисусу Христу.

Поляна. Не перед дворцом в Фивах.

3 ИЮНЯ 2011 ГОДА. 21-00.

Темнело, заканчивался третий день нашего нахождения в Пятитрубье.

Мы решили пробраться в трубу, в которой еще не были.

Муза дальних странствие не миновала нас своим вниманием. Труба раньше вела себя тихо, как будто в ней никого не было, теперь от нее доносился низкочастотный скрежет. Бруклинский мост при обрушении будет издавать такой же скрежет. Симфония металла. И в то же время, как звуки становления нового порядка из сил хаоса. Скажем так. Или, как «звучал» айсберг о борт Титаника. «Там творятся Большие Дела», – подумали мы и пошли. Оставили шкидовцев, хотя они сопротивлялись. Но мы сказали, что «только попудрим носик» и вернемся. Но чей носик нам предстояло пудрить, мы не знали.

Мы перебрались через несколько рядов колючей проволоки и оказались в летнем лесу. «Сумрачном лесу», подобно тому, в котором оказались Данте и Вергилий, земную жизнь пройдя до половины. Была ночь, пели птицы, стоял неповторимый зрелый, какой-то «банный» запах летних трав. С примесью запах водорослей вечернего пляжа, который видимо добавлялся из-за близости труб Берендеевской ТЭЦ. На пути нам встретился высокий дом.

ДОМ ДРАКОНА ИЛИ ДОМ ВЕЛИКАНОВ. Потолки 7 метров (ну конечно сначала мы сказали «тук-тук»). На вырост, планировали, что при коммунизме люди большие будут жить. Или не люди. Из центрального помещения идут широкие дверные проемы в «смежные» комнаты поменьше, они как ниши. Ниши для голов дракона, если в центральной комнате будет находиться его тело. Детская, кухня, ванная. Все, как для великанов. Игрушки, куклы – крокодильчики, колесико машинки размерами с колесо внедорожника. Бутылочка с детской смесью литров 20. В ней жидкость белесого цвета. Попробовали, на вкус молоко. С травяным горьковатым привкусом. Что-то среднее между козьим молоком, которое мне всегда напоминало «химические семечки» и молоком от коровы, которая питается полынью. Желтое стекло, но стекло. Прозрачного не умели делать. Рожок, пустышки. Сохранилось все хорошо будто не 65 миллионов лет назад, а вчера были выпущены китайской фирмой «Мир детства». Огромная книга, как кодекс пиратов. Читаем: «Бенджамин Спок». У них был свой Спок или это наш Спок? Мне Спок с его рекомендациями по уходу за детьми казался устаревшим. Но я не думал, что он написан великанами, драконами или другими древними силами, которые населяли землю до нас. На русском языке. Задорнов говорит, что современный русский язык самый первый язык. И возможно был изобретен даже не скифскими великанами, а еще динозаврами или хтоническими существами, населявшими Тартар. Буквы с магнитами, высотой сантиметров 40 см. высотой. Кириллические буквы. Большие, но не настолько большие, как в слове «HOLLIWUD». Мы бы и этому не удивились. Счетные палочки двухметровые. Или бейсбольные биты? Кегли боулинга. Бутылочки с этикетками с жидкостью. Написано «Киндердин», «ДинСтраКал», «ДиноЛайф». Детский Крем «Др. Моня». В данном случае «Др» должно означать не «доктор Моня», а «динозавр Моня». Подгузник с отверстием.

– Зачем отверстие? – сказал Марк.

– Для хвоста, – сказал Квентин, – чтобы мы спросили «зачем отверстие».

– Это используется сейчас. Здесь кто-то живет, – сказал Пабло.

– Сказка про девочку и трех медведей. «Кто лежал в моей кроватке?». «Кто ел из моей тарелки». «Кто писел в мой горшок?» – сказала Надя. – Может здесь живет мисс Паранойя?

– Или миссис. Или ты думаешь, что паранойя злая, потому что не замужем? – сказал кто-то.

– Даже так, надо больше пафоса, с выражением, не формальное «кто», а пострашнее: «Кто-о-о-о-о-о! Кто-о-о нарушил мой покой? И паранойя сама испугается, – сказала Пабло.

– Да все это павильон Голливуда, скорее всего, «MGM», – сказал Тарантино.

– В интернете писали, что драконы возродились, а динозавры не вымирали и в том числе живут под землей в катакомбах под центром Москвы? Гнездо драконов. В подвале, может быть даже под «Моссоветом», сидит самец и к нему слетаются самки. Это из городского фольклора бомжей, – сказал Ипполит.

– Может, это идеальная, аутентичная Россия, «Рос-с-с-с-и-я» эмигрантов, о которой они говорили и говорят с придыханием, оттяжкой и джазовым всхлипыванием, – сказала Надя. – Страна-мечта Чаадаева. Россия, которой не было и не будет, будет уже Китай или новый арабский халифат. Россия, которая прекрасна, загадочна, мистична и как то по-тихому страшна, как фильм Хичкока. Страшна именно, как фильм. Живешь, смотришь, ничего страшного, серенько, главное не высовываться. Но живешь в фильме, в картине, симфонии. И закон «главное не высовываться», не срабатывает. Было одно правило и того не стало. Правила как-то незаметно поменялись. Или это маразм? И что же делать? Ничего. Ждать неизбежного. И скрипочки «дивизии», как во вступлении к «Лоэнгрину», растворят тебя в небесной лазури. Одно успокаивает, не только нас, и других тоже растворят. А там, как говорила героиня из «Дяди Вани» Чехова, «отдохнем».