Читать онлайн «Балтийский эскорт». Страница 65

В память о добровольцах «хулиганского флота», вставшего на защиту родных берегов, и было создано лет сорок назад военно-историческое общество «Шаркхантер». Возглавляет его издатель и журналист Гарри Купер, дальний потомок того самого Фенимора Купера, чьими «индейскими» романами зачитывалось не одно поколение американцев, да и европейцев, не исключая, конечно же, нас, россиян. Вот он-то, Гарри Купер, в прошлом офицер береговой охраны, и созвал нас всех на «патруль в раю» - традиционный ежегодный сбор «шаркхантеров». Это, во-первых, активисты общества, куда входят все, кому интересна история подводного флота - от домохозяек до отставных адмиралов. Во-вторых, были приглашены ветераны германского «кригсмарине» во главе с 87-летним контр-адмиралом Эрихом Топпом, тем самым командиром U-552, который за свои успехи в американских водах получил от Гитлера рыцарский крест с дубовыми листьями и мечами. И, наконец, впервые во встрече «шаркхантеров» приняли участие российские моряки - члены санкт-петербургского клуба моряков-подводников. Так раскрылась тайна «черной метки», присланной по электронной почте.

Эмблемой общества Гарри Купер выбрал стилизованный знак подводников гросс-адмирала Деница по той причине, что именно действия германских субмарин против Америки и составляют главный предмет интереса «Шаркхантера», одноименный журнал из номера в номер публикует исследования по тактике «волчьих стай», по биографиям командиров, судьбам кораблей, униформе, и даже талисманным знакам на рубках лодок…

- Теперь мы открываем в нашем журнале раздел, посвященный советским и российским подводникам, - сказал Купер, - поскольку в годы Холодной войны вы тоже действовали против Америки.

- Не против Америки, а против военно-морских сил НАТО, - уточнил контр-адмирал запаса Лев Чернавин.

В самые горячие годы Холодной войны (американцы пишут эти слова без кавычек и с большой буквы) он командовал моей родной 4-ой эскадрой подводных лодок Северного флота. Разбросанная от берегов Египта до фиордов русской Лапландии, эскадра насчитывала почти столько субмарин, сколько их было во всей Германии перед началом второй мировой войны. Мы составляли первый эшелон ударных сил Северного флота и выходили в Атлантику и Средиземное море, чтобы расчищать путь нашим подводным ракетоносцам от подстерегавших их на путях развертывания американских патрульных атомарин. По первому приказу из Москвы или Пентагона мы должны были выстрелить ядерные торпеды по обнаруженным в этот момент целям. В том и состоял смысл той грандиозной охоты друг за другом, которая десятилетиями длилась во всех океанах планеты. И вот ей пришел конец, правда, в одностороннем порядке. Наши подводные лодки по известным всем причинам отстаиваются в своих гаванях, и дальше учебных полигонов в моря не суются, тогда как натовские корабли шныряют в российских террводах, как у себя дома. Теперь Холодная война в океане - достояние историков, и наша небольшая делегация в погонах и черных пилотках - живые экспонаты для музея Гарри Купера. С этими невеселыми мыслями мы и начали свой «патруль в раю». Вот тут-то к нам и подвалили немецкие подводники, которые тоже пережили сходные чувства, правда, лет эдак с полвека назад.

Разговор пошел примерно такой:

«Вы в Атлантику какими курсами ходили?… И мы такими же! А в Гибралатар как прорывались? По ночам с потушенными ходовыми огнями? Надо же, и мы так же!» Вдруг выяснилось, что наши подлодки во время карибского кризиса скрывались от американских патрульных самолетов точно так же, как в годы «битвы за Атлантику» ныряли от них субмарины, на которых служили наши новые знакомые.

- На нас нет русской крови, - повторял Рудольф. - Мы воевали с американцами.

В конце концов, немцы стали смотреть на нас, как «камерадов» по оружию и общему противнику. Может быть, поэтому они показали нам привезенную с собой видеокассету. Право, это стоило посмотреть…

Американские аквалангисты сняли фильм в отсеках потопленной эсминцами немецкой подлодки U-853. Она лежит на морских подступах к Нью-Йорку на глубине 30 метрах. Лодку потопили за два дня до германской капитуляции - 6 мая 1945 года. Ею командовал обер-лейтенант Хельмут Фрёмсдорф. Кадры: лодка на песчаном грунте, но обросла так, будто прикрыта толстой маскировочной сетью из водорослей. Резиновые кабели вьются по палубам отсеков, словно черные змеи. А вот и черная змея лентовидного тела мурены… Крышки торпедных аппаратов… Корпус изрядно разорван глубинными бомбами. Рука аквалангиста в черной перчатке поднимает большую берцовую кость. Затем камера наезжает на человеческий череп. А вон еще… Чей-то ботинок. Еще череп, ребра… среди черепов - морские звезды. Мертвая тишина, лишь удушливо-хриплые звуки вдохи аквалангиста. Кажется, что это хрипят мертвецы-подводники, что это хрипит на последнем издыхании сама субмарина.

Всего два дня отделяли их от жизни.

Черепа наших собеседников могли точно также в затопленных отсеках их подводных лодок. Но им выпал счастливый жребий.[18]

Мы долго молчали… Рудольф сообщил нам, что поставил памятник своим былым однополчанам в штате Огайо - там, где осел после войны.

- Это камень, а вокруг столько роз, сколько погибло немецких подводных лодок…

В холл вошел высокий худощавый старик с былой военной выправкой. Рудольф и остальные подводники почтительно встали. То был один из лучших подводников Третьего рейха, «король тоннажа» кавалер Рыцарского креста с дубовыми листьями и мечами контр-адмирал в отставке 87-летний Эрих Топп.

Эрих Топп в списке германских подводных асов идет третьим по потопленному тоннажу - после Отто Кречмера и Вольфганга Люта: 198658 тонн. После него - Гюнтер Прин, Генрих Либе… Все они погибли. Эриху Топпу - повезло. В сентябре 1942 года корветен-капитан Топп был назначен командующим 27-й флотилии подводных лодок в Готтенхафене. Это была учебная флотилия, на которой молодые офицеры-подводники обучались тактике подводной войны. С этого времени в моря он не выходил до самого апреля 1945, когда был назначен командиром новейшей океанской подводной лодки U-2513…

Контр-адмирал в отставке Эрих Топп прилетел на слет «шаркхантеров» из родного Бонна в сопровождении патронажной медсестры…

Возраст есть возраст. Рослый, седой в больших очках Эрих Топп был похож скорее на профессора, нежели на подводного корсара. Былую профессию выдавала разве что вмятина на лысоватом черепе. Мы сидим в номере со стеклянной стенкой - сквозь нее далеко и широко открывается океан. Тот самый, под волнами которого столько раз скрывалась здесь подводная лодка моего собеседника. Кажется, что его забросили сюда, на десятый этаж флоридского отеля волной отхлынувшего времени.