Читать онлайн «Странник. Трилогия». Страница 89

Я уже собрался возвращаться на постоялый двор, когда мне попался торговец металлоломом, разложивший свой товар прямо на земле. Здесь были свалены обломки ржавых труб, куски арматуры, смятые бидоны, куски жести и поломанные клинки. Мой взгляд зацепился за блестящий кусок оплавленного металла размером с кирпич, я поначалу принял его за кусок нержавейки, но, взяв в руки, понял, что это мифрил. Металл оказался легче алюминия.

— Сколько просишь? — спросил я нищего барыгу.

Глазки у него забегали, и он выдал:

— Два золотых!

Я едва не помер от смеха, потому что знал реальную цену этого куска мифрила. Он не стоил ничего! Мифрил был настолько тугоплавким металлом, что ни один кузнец не мог из него ничего изготовить. «Эльфийское серебро» находили в развалинах довольно часто, но только маги в Меране брались сделать из него грубые пластины для панциря. Работа стоила баснословных денег, а доспех получался грубым, кривым и косым. Всю эту информацию я извлек из мозгов несостоявшегося кидалы. Бросив старьевщику серебряный империал, я забрал мифрил и пошел по направлению к караван-сараю. Двое мальчишек тащили за мной панцирь и кольчугу.

Первый ждал меня у коновязи, уплетая из большой кастрюли какое-то варево, рядом лежал Тузик и грыз огромную кость. Вид у него был блаженный и осоловевший. Я обрадовал шака обновкой и отдал купленный панцирь. Первый расцвел, как майская роза, и сразу стал все примерять. Панцирь оказался шаку немного великоват, но при его аппетите этот недостаток будет быстро устранен.

Моя кольчуга оказалась добротным изделием оружейного искусства, особых изысков не было, но своих денег она стоила. Она имела поддоспешник из мягкой перфорированной кожи, а сверху — съемный чехол в виде рубахи с длинными рукавами и капюшоном. Я мерил ее еще при покупке, а сейчас тоже напялил, чтобы спокойно подвигаться в ней, привыкая к весу. Закончив примерку, я отправился в барак.

Луц со своими бойцами уже вернулся из города, и мы занялись продажей моих трофеев. С этим делом покончили очень быстро. Купеческий староста выложил мне пятьдесят империалов, десять из которых мы тут же пропили. В этот раз сильно нажираться я не стал, и дело закончилось малой кровью.

Весь следующий день мы с Первым потратили на продажу наших четырех лошадей и покупку взамен трех других. Лошади из погибшего каравана могли быть знакомы кому-то из жителей Шателье, и расспросы по поводу того, где я взял лошадку любимого мужа, меня не прельщали. Мы прочесали весь базар, просмотрели зубы и копыта сотни лошадей, проспорили с сотней продавцов и покупателей и, наконец, приобрели себе животину.

Мне удалось купить себе гвельфийскую лошадь. Кобылка имела прекрасный экстерьер, но хромала на правую заднюю ногу. Причину хромоты местные лошадники определить не смогли, и лошадь продавали для получения жеребят в пять раз дешевле ее реальной стоимости. Магическое сканирование сразу определило, что у нее с ногой. Лошадь когда-то ранили стрелой, потом стрелу из ноги вынули, но в ране остался маленький осколок наконечника. При движении он задевал за какой-то нерв, вызывая боль. Осколок находился неглубоко, и я вынул бы его в два счета.

Две другие лошади тоже удовлетворили вкус шака. За лишнюю четвертую лошадь мы получили практически полную ее стоимость, и теперь у меня набралась вся сумма для выплаты отступного вдове дяди. Оформив документально сделку и заклеймив лошадей у местного шамана, мы вернулись в караван-сарай. Первым делом я прооперировал свою кобылу и, обработав рану настойкой, приготовленной шаком, отправился на ужин. Луц отменил вечернюю пьянку, поэтому я сразу после ужина завалился спать.

Мы с Первым наметили на утро продажу остатков трофейного барахла из каравана, а затем я собирался шпионить за купцами прибывшего каравана из Шателье.

Нам удалось полностью распродать лишние вещи до обеда и выручить за них десяток империалов. Первый занялся подготовкой к отъезду, а я уселся за стол в углу харчевни и стал подслушивать последние новости и сплетни. Справа от меня обедали купцы, а за соседним столом расположились четыре надменные дамы. Текла неспешная застольная беседа, из которой я узнавал последние новости.

Война между империей и халифатом так и не началась. Имперцы поначалу даже захватили Керану и почти весь район развалин древнего города, но потом неожиданно в боевые действия ввязалась Чинсу. Войска Поднебесной империи перерезали дорогу из Ариса в Мэлор, со стороны Восточного леса, и глубоко вклинились на территорию имперцев. Затем, нанеся удар вдоль реки Нерей, они сумели на неделю захватить Латр. Имперцы оттянули войска к Латру, и арбы выбили их из района Кераны и развалин. Чинсу вывели войска из империи, и вдоль границы начались спорадические партизанские стычки. В районе замка Самбулат отряды ассасинов и имперских наемников резали друг друга, а на границе с Чинсу около Восточного леса сохранялось напряженное затишье. Империя почему-то поссорилась с гвельфами, и те не выступили на ее стороне против Чинсу и халифата. Хуманы попытались напасть на гоблов на Теребе, но были выбиты с острова с большими потерями. Ходили слухи, что какой-то хуман из захудалого клана зарезал сыновей Великого князя Сигурда и скрылся на Теребе у гоблов.

На Таноле у хуманов тоже началась заварушка, потому что у Сигурда больше не было наследников, и его клан потерял право на престол Великого князя. Перевыборы должны состояться еще через три года, и Сигурд пока оставался Великим князем. Теоретически он мог удержаться на престоле, если родит себе наследника, но его жена Киона уже стара для этого. В принципе Сигурд может развестись с Кионой и снова жениться, но обязательно на видящей, потому что только ее дети могут претендовать на престол Танола. Однако высокородные видящие не рождаются каждый день, и поэтому подходящую кандидатку найти сложно. Единственная незамужняя видящая благородной крови, дочь Великого князя гвельфов Викана, услышав такое предложение, чуть в монастырь не ушла и вообще ни о каком замужестве не помышляет. Принцесса уехала на остров Зурон в храм богини Леды и молится там день и ночь за какого-то Ингура.

Всю эту любопытную информацию я почерпнул из разговоров великовозрастных матрон, прибывших в Гедеон для встречи с представителем таргини Нары. Дамы были страшно удручены своим увяданием и приехали, чтобы договориться о сеансе омоложения. Они громко сетовали на поборы вождя Бакари, который дал таргине убежище на своей земле, и им приходилось ехать сначала в Гедеон, а потом практически обратно в Шателье, к пещере шаманки у самой границы с империей. Все четыре пациентки оказались женами высокопоставленных чиновников из Мерана, от которых и знали о происходящем в мире. Правда, в основном разговоры велись все же вокруг того, какие наряды они себе купят и каких молодых любовников заведут после сеанса омоложения. Нужную мне информацию они выдавали между делом, просто для поддержания антуража. Здесь и Джеймс Бонд не нужен, а только массажист из салона красоты, и враги империи будут знать все секреты от этих напыщенных куриц.

Постепенно разговоры о политике прекратились совершенно и переросли в обсуждение только сеанса омоложения. Я хотел уже уходить из харчевни, когда мой слух зацепился за фразу из разговора, которая заставила меня задержаться. Оставшись за столом, я услышал рассказ одной из матрон о жене начальника дворцовой стражи, которую обварила ревнивая наложница мужа. Рабыня вылила женщине на голову целую кастрюлю кипящего масла, и несчастная только чудом не ослепла. Рабыню казнили, а женщину чудом спасли императорские видящие. Дама по пояс оказалась в шрамах от ожогов и не могла даже показаться без маски на лице. Никто на Геоне ей не мог помочь, даже монахини из храма Леды на Зуроне. Тогда дама поехала к таргине Наре, и та за три сеанса вернула ей красоту и молодость. Другая дама сказала, что это вранье и сказки, жена начальника дворцовой стражи после покушения умерла, она лично знала покойную, а безутешный муж просто женился на ее младшей сестре.

Устав от женской болтовни, я вышел на улицу и отправился проведать шака, Тузика и свою кобылу.

Первый доложил, что все готово к отъезду и лошадь уже не хромает, а к утру будет в полном порядке. Я еще раз просканировал заднюю ногу кобылы и никаких отклонений от нормы не обнаружил. Время катилось к вечеру, и после ужина мы, обговорив все вопросы с Луцем и его заместителями, отправились спать.

Глава 10

ДОРОГА В ШАТЕЛЬЕ

Снова под копыта лошади бесконечной пыльной лентой стелется дорога. Я снова скачу куда-то, подчиняясь воле непонятной силы, влекущей меня к невидимой за горизонтом цели. Какова эта цель? Почему и зачем я стремлюсь к ней? Мне неизвестны ответы на эти вопросы. Что-то резко переменилось в мире и в моей жизни. Еще совсем недавно для меня были главными слова «я хочу», а теперь как-то незаметно их заменили «я должен». Где и кому я так сильно задолжал? На этот вопрос тоже не было ответа. Чем короче становилась дорога в Шателье, тем яснее я понимал, что в очередной раз ввязываюсь в очень опасную авантюру. Старая, еще земная половинка моего сознания говорила: