Читать онлайн «Дракон: Я – Дракон. Крылья за спиной. Жестокая сказка. Три войны (сборник)». Страница 66

– Господа студиозусы Ортенской школы магов, – поклон Риго и Тимуру, широкий приглашающий жест баронессам. – Марика, Ирма, ваши ручки. Пойдем покорять администрацию. Господа маги, операторы арки, говорят, что нас там ждут с нетерпением…

Вот и административный корпус, пятиэтажное здание, сложенное из зеленых известняковых блоков и украшенное резьбой и барельефами. Высокие стрельчатые окна и цветные витражи. Прекрасное сочетание красоты и стиля.

– Нам туда, – Риго указал рукой на стрелки, светящиеся на дорожке. А то без него не понятно.

Стрелки на дорожке привели их к боковой пристройке административного здания. Внутри пристройка выглядела как типичная контора какого-нибудь предприятия, длинный коридор и множество дверей по сторонам. Пара столов в начале коридора с сидевшими за ними клерками.

– Леди в кабинет номер пять, господа в шестой. Приготовьте выданные на арке жетоны, – выдал напутствие один из клерков. – После записи проходим в главный корпус здания, глаза есть? Вот и двигайтесь по стрелкам, а то вечно заблудшие души попадаются. Что рты раззявили, проходите.

– Леди, не скучайте, мы быстро, – выдал девчонкам Риго, открывая дверь шестого кабинета.

Хороший такой кабинетик, размером двадцать на десять. Пяток столов и клерки с гроссбухами. Понятно: ФИО, возраст, род, происхождение, титул и страна происхождения. Анкетирование студиозусов, все правильно, на арке не спрашивали, а тут будь добр ответь. Бухучет любит счет.

В кабинете ошивалось с дюжину абитуриентов разного сословия. К столу клерка пошли по отработанной схеме. В авангарде Риго, Тимур составляет основную массу войска, Андрей прикрывает тылы. Стоп, от соседнего стола донеслось про корпус и номер комнаты в общежитии, помимо прочего клерки расселяли абитуриентов по общежитиям. Постараемся определиться в одно. Как тут с любителями желтого металла и серебра? Философского камня еще не нашли?

– Уважаемый, – обратился Андрей к клерку за их столом, – не могли бы вы посодействовать нам в расселении в одно общежитие, по возможности в соседние комнаты.

На стол, прикрываясь толстенным гроссбухом и подставкой для чернил, легла рука Андрея с чуть звякнувшим тугим кожаным кошелем. Жалко серебра, но для дела надо. Кошель тут же оказался накрыт листом бумаги, из-под которого он исчез с быстротой молнии. Никто ничего не успел заметить и понять. Циркач, похоже, клерков тут фокусам с детства обучают, а слово «откат» уже придумали или еще нет? Не суть. Взятки берут, и видно, что такой способ вести дела не в диковинку. Легкие деньги и жажда наживы, золото манит своим жирным блеском. Запомним.

– Это будет трудно, но так и быть, я войду в ваше положение и посмотрю, что можно сделать. Молодой человек, не мешайте записывать, а то кляксу уроню, сами переписывать будете, – буркнул клерк, не отрывая взгляда от гроссбуха. Лицедей, артист погорелого театра.

Клерк, внеся в толстый талмуд данные Риго и Тимура, поднял взгляд на Андрея:

– Имя, род, фамилия, титул?

– Керровитарр Дракон.

– Дракон? Северянин значит… – Пусть будет северянин. Мальчик с севера. Для «цыплят» буду герцогом с северной пропиской. Ничего, что там больше вожди, ярлы, хевды да конунги? Писака склонился над бумагой. – То-то я гляжу прыткий. Все там такие? Титул?

– Поставьте прочерк.

– Что так? Ну да, полуорк, получеловек, полуэльф. А с глазами что?

– Вы пишите, а то кляксу посадите, – оборвал разглагольствования Андрей.

– Жетон давай.

Андрей вложил в протянутую ладонь полученный на арке жетон.

– Ого, универсал! Намешало кровушки, без Единого не разберешься. Гляди, еще и смертник-живчик, о-ля-ля. Реликт, прямо! На каких островах тебя откопали? – карябая пером буквы, продолжал бухтеть клерк. – Общежитие, третий корпус, номера девять, десять и одиннадцать, повезло вам с номерами, господа студиозусы. Лучшие покои с видом на Орть. Держи направление на всех троих. После десяти никаких баб в номере. Пьянки запрещены. Поймает комендант, и золото не поможет. Свободен.

Андрей забрал у сребролюбивого клерка три плотных куска картона с направлениями в общагу и ордерами на заселение. Рассыпавшись в благодарностях и коротко раскланявшись, он вместе с Риго и Тимуром вымелся в коридор, где их уже поджидали освободившиеся девчонки. Общаги тут разделены по половому признаку, в наличии комендантский час и пригляд за дисциплиной. Интересно, какие еще будут нормы морали? Забрав девчонок, они вышли из пристройки и по стрелкам направились в главный корпус.

Громадный холл в центральном корпусе административного здания был забит под завязку. Гомон стоял как на птичьем базаре. Сотни четыре народу набилось, на глазок определил количество присутствующих Андрей. Все чего-то ждут. На площади перед школьными вратами было тысячи три претендентов, выходит, через арку прошел каждый шестой или седьмой. Отборная комиссия рулит.

Чувствительно получив пару раз в бок острым локтем, Андрей решил поискать свободное от толпы местечко. Оглядевшись по сторонам, он приметил один подходящий вариант. Пустующую балюстраду.

Недолго думая, он повел свою компанию наверх. Какого ляда толпиться внизу, когда здесь такие удобные кресла и пустуют к тому же? Никто не обратил на них внимание.

Какое наслаждение вытянуть натруженные ноги и удобно развалиться в мягком кресле. Лепота! На соседнее кресло тут же плюхнулась Ирма, спустя пару мгновений ее кудрявая головка покоилась на левом плече Андрея. Риго и Марика, заразы, ехидно скалились, глядя на эту картину. Тимур, видно выговорившись перед аркой, только удивленно похлопал глазками, но встревать не посмел. Как еще отреагирует высокородный на замечание? А что благородная девица так развязно себя ведет, так это не его проблема. Вон, креслице удобное, лучше отдохнуть, пока никто не гонит.

Андрей заговорщицки подмигнул Тимуру, вогнав того в краску. Ну, нравилось ему, как тот смущается. Вареный рак по сравнению со смущенным Тимуром выглядит синюшной курочкой рядом с запеченным окорочком.

Народу в холле все прибывало, ради чего руководству школы понадобилось собирать такую толпу? Гомон и запах человеческой массы начали раздражать Андрея. Даже здесь, на балюстраде, воздух становился тяжелым и спертым. Хоть бы окна кто открыл, так и до обмороков недалеко. Хотя народ здесь крепкий и цивилизацией не испорчен, экология в полном порядке, парное молочко каждый день и такое же парное мясцо на сковородочке или жаровне. Сказка.

Гляди, нашелся добродетель! Андрей разглядел кружево магического плетения. Кто-то из стоящих на высоком помосте преподавателей поднял руки вверх, плетя заклинание. Кружево поднималось кверху, сверкая ледяными гранями снежинок и красотой морозных узоров на окне холодной зимой. Снежинки кружились в веселом хороводе, все убыстряя свой бег. Как жаль, что эту красоту нельзя рассмотреть в истинном облике. Мир другими глазами смотрелся ярче, полнее, и скрытые от человеческого взора связи между людьми и окружающим миром становились явственными и понятными.

Простые маги, что люди, что эльфы или орки, применяемое собой или другим магом заклинание видели истинным зрением как потоки света, световые фигуры или цветовые сполохи, реже как простенький рисунок. Гномы, в силу своей природы, видели побольше остальных, и заклинание в их глазах виделось замысловатым узором, напитанным игрой электрических сполохов.

Андрей, в человеческом облике, воспринимал творимую магию как кружево. Простые заклинания напоминали простенькое макраме, сложные – работу опытной кружевницы. И только когда он был в истинном виде, магия приобретала сложный трехмерный узор, наполненный глубиной и цветовой палитрой. Места сочленения сверкали строгой красотой граней и изяществом силовых линий.

Повеяло прохладным ветерком, кайф-то какой! Морсику бы кто поднес, да спинку почесал.

На противоположную сторону балюстрады вышел высокий мужчина в строгом синем камзоле магистра. Длинные, с нитками проседи, темные волосы вышедшего на балюстраду мага, были зачесаны назад и прижаты обручем из серебристого металла, аккуратная бородка обрамляла правильный овал лица. Голубые, с тоненькими лучиками прищура, глаза, в которых без труда угадывался мощный аналитический ум, цепко обежали располагавшийся внизу зал. Довершал картину тонкий аристократический нос. Чувствовалась в мужике порода и несгибаемая стать. На таких как он, женщины слетаются как мотыльки на пламя свечи. Что уж говорить про опытных женщин, если молоденькие баронески Ирма и Марика повернули к нему головы и дружно изобразили охотничью стойку спаниеля… Хм, знакомо ли ему слово «нет»? М-м, судя по девчонкам – нет.

Странное шевеление справа. Острых предметов вокруг вроде не наблюдается, от чего же так сдулся Тимур? С шумом втянув ноздрями воздух, Тимур попытался вжаться в мягкую обивку кресла. Чудак-человек, залезь под кресло и не отсвечивай, если так боишься. Ну, стоит мужик на балконе, смотрит на нас, но не гонит же! Андрей по-птичьи склонил голову набок и еще раз осмотрел незнакомца. Аура сияет затаенной мощью и спокойствием на зависть самому спокойному удаву. Нервишки у мужика, видно, из стали выкованы. Когда он смотрит на их компашку, в ауре проскальзывают розовые сполохи интереса и тщательно скрываемого любопытства. Нормально. Расслабляемся дальше, бить не будут.