Читать онлайн «Пираты. Рассказы о знаменитых разбойниках». Страница 103

На борту алжирского корсарского судна

Мы можем проследить историю алжирских пиратов начиная с 1500 года, когда Селим, тогдашний султан Алжира, на территорию которого вторглись испанцы, обратился за помощью к знаменитому корсару Оруйе Рейсу, больше известному европейцам под прозвищем Барбаросса, что в переводе с итальянского означает «рыжебородый». Ни о чем этот амбициозный морской разбойник, прославившийся своими жестокими набегами, не мечтал сильнее, как об установлении своей власти над сушей. Поэтому в сопровождении пяти тысяч отборных пиратов он подошел к Алжиру, овладел им, убил Селима и провозгласил себя султаном. Так возникло это пиратское гнездо, свирепые осы которого не переставали тревожить торговлю христиан и обращать в рабство христианских моряков. Оно было уничтожено только в 1830 году, когда Алжир был взят французами.

Страдания многих тысяч людей, которые были захвачены в плен, проданы в рабство и погибли от рук этих чудовищ, давно уже взывали к мести всего христианского мира. Сколько молодых и способных юношей слабого здоровья было захвачено пиратами и продано на невольничьих рынках! Участь их была ужасна – в течение долгих жарких дней они должны были очищать заилившееся дно какого-нибудь крупного пруда, из которого была спущена вода. Им приходилось раздеваться догола, залезать в пруд и вытаскивать на берег черную вонючую грязь, прижав ее к своей груди, или тащить огромные каменные блоки для постройки дамбы, или строить и чинить оборонительные сооружения, а также выполнять другие тяжелые и унизительные работы. Единственной их едой был кусок черного хлеба, к которому иногда добавляли несколько гнилых олив или мясо овцы, умершей от какой-нибудь болезни. На ночь их загоняли в эту ужасную тюрьму Баньо, где они спали на охапке гнилой соломы, задыхаясь от страшной вони. Их ноги и руки сковывали цепями и частенько стегали бичом. Иногда кого-нибудь выкупали, когда рассказ о его страданиях вызывал слезы у тех, кто его слышал. Пираты часто захватывали женщин, подвергая их страшным мучениям. Бывали случаи, когда в рабство попадала целая семья. Об этом свидетельствуют многочисленные истории, которые невозможно слушать без содрогания. Однако размеры этой книги вынуждают нас быть краткими.

Как-то раз одна испанская дама, жена офицера, с четырнадцатилетним сыном и шестилетней дочерью плыла на испанском корабле, который был захвачен алжирцами. Разбойники обошлись с ней и ее детьми крайне жестоко. Мальчика они заковали в цепи, а беззащитную девочку так часто били, что ее несчастная мать чуть было не сходила с ума. Кроме того, негодяи отняли у них все самое необходимое. Много дней они спали на жесткой палубе корабля, подстелив лишь тонкие грязные коврики; так они были доставлены в Алжир. Несколько месяцев они просидели в ужасной тюрьме Баньо, где содержали рабов, но однажды к Аге, коменданту Баньо, прислали гонца, который заявил, что его хозяевам требуется рабыня. Выбор пал на эту испанскую даму, но в ту минуту, когда она обнимала своего сына, испуганные и беспомощные взгляды которого разрывали ей душу, и когда она в отчаянии смотрела на свою измученную девочку, она услышала, как ее вызывают в караульное помещение тюрьмы, где ее ожидала семья, которой потребовалась рабыня. Ей разрешили взять с собой свою маленькую дочь. Она очень боялась, что ей откажут в работе и вернут в эту чудовищную тюрьму, где никто не обращал никакого внимания на происхождение человека и все рабы содержались в одинаковых условиях. Она пошла, готовая согласиться на любую работу, лишь бы избавиться от страданий, но ей отказали, поскольку она совсем не соответствовала описанию женщины, которая нужна была хозяевам. Она принялась плакать и умолять; в конце концов ее пожалели и забрали вместе с маленькой дочерью. Но в тюрьме остался ее сын. Она очень горевала о нем, и ее добрые хозяева скоро узнали причину ее горя; но они не могли забрать мальчика и относиться к нему по-человечески или хотя бы не так, как к рабу, потому что сумма выкупа за него и за его мать сильно бы возросла и им бы пришлось оставить все мечты о свободе. Тем не менее хозяева вызволили его из тюрьмы и загрузили мальчика и его мать легкой работой. В этой семье они прожили три года, но, поскольку война с испанцами становилась все более разрушительной, алжирские власти потребовали, чтобы мальчик вернулся в Баньо и стал работать вместе с другими рабами, которые восстанавливали укрепления крепости, разрушенные испанскими пушками. Ему приходилось пересекать весь город с тяжелыми каменными глыбами на спине, а поскольку быстро идти он не мог, его постоянно били.

Наступило утро, когда измученный непосильным трудом и побоями мальчик, имевший слабое здоровье, уже не смог подняться со своей соломенной подстилки и сказал надсмотрщику, что пусть они его убьют, но он не станет больше таскать эти камни. Венецианский консул, в доме которого жила его мать с сестрой, постоянно посылал Аге требования возвратить мальчика. Увидев, что он уже на пороге смерти, арабы решили отдать его в надежде получить богатый выкуп. И он был возвращен матери. Он был так слаб, что чуть было не умер, но благодаря заботливому уходу вернулся к жизни. Однако семья консула решила скрыть факт его выздоровления, опасаясь, как бы его снова не забрали на работу. Через несколько месяцев алжирцы заключили с Испанией мир (это было в 1874 году), получили выкуп за эту несчастную семью и отпустили ее домой.

Арабские пираты совершали набеги даже на побережье Ла-Манша. А Средиземное море просто кишело ими – не только алжирскими, но и тунисскими корсарами. Да и в других портах Берберии их тоже хватало. Они высаживались на побережье средиземноморских стран, грабили деревни и уводили жителей в рабство. Корсары плавали на самых разных судах: у них были крупные, вооруженные пушками корабли и даже фрегаты, гребные галеры и различные суда, на которых плавали люди всех национальностей, населявших берега Средиземного моря. Захватив эти суда, пираты превращали их из торговых в разбойничьи. Что касается рабов, то, высадившись на берег, пираты отводили их во дворец дея, или Башоу, где он отбирал себе столько, сколько ему полагалось по закону; остальных продавали на невольничьем рынке тем, кто больше заплатит. Захваченные суда и их грузы тоже переходили в собственность дея. Если кто-нибудь из пленников заявлял, что хочет принять ислам, его жизнь сильно облегчалась.

Иногда рабы предпринимали отчаянные попытки бежать, и бывали случаи, когда им это удавалось.

В 1644 году из Алжира бежали Уильям Оукли и четверо его товарищей, изготовивших лодку из холста. В то время в Алжире находился пленный английский священник по имени Спрет, и несчастные рабы имели возможность собираться в подвале, где он молился вместе с ними.